Вороны не умеют считать - Эрл Стенли Гарднер

На следующее утро, когда я вошел в агентство,Берта Кул радостно встретила меня:

— Дональд, милый, ты просто молодчина!Замечательно справился. Я знала, что после твоего возвращения дела у нас пойдутна лад.

— Что случилось?

— Гарри Шарплз. Ты его отлично раскрутил.

— О чем ты?

— Он только что звонил, предлагает тебепятьсот долларов в неделю. Понимаешь, хочет, чтобы ты работал на негопостоянно.

— Постоянно?

— Ну конечно! Чтобы все время был принем.

— И как долго?

— Гарантирует полтора месяца.

— Пошли к черту.

Берта резко выпрямилась — стул под нейзаскрежетал.

— То есть как?

— Очень просто. Не хочу я на негоработать.

— Что значит «не хочу»? — заоралаБерта. — Ты что, разборчивая невеста? Пятьсот баксов в неделю! Ты с умасошел!

— Отлично, — сказал я. — Берисьза эту работу сама.

— Я?

— Ты.

— Я ему не нужна. Он хочет иметь дело стобой.

— Ему нужен телохранитель, ясно тебе? Аэта работа не по мне.

Берта молча смотрела на меня.

— Мне надо кое-что разузнать, —продолжил я. — Тебе случайно не известно, куда делась эта ручная ворона?

— Не знаю и знать не хочу, —отрезала Берта. — Ты что, идиот — отказываться от работы, за которуюплатят две тысячи в месяц? Кто тебе даст столько?! Подумай хорошенько.

— Я уже подумал.

Берта решила изменить тактику.

— Дональд, милый, — спросила онавкрадчиво, — ты у нас шутник, скажи правду, ведь ты разыгрываешь старушкуБерту, да?

Я промолчал.

Она стыдливо улыбнулась:

— Я без тебя — никуда. Ты у нас голова. Япо-прежнему молчал.

Берта продолжала:

— Помнишь, как ты пришел сюда наниматься?С работой тогда было не просто, а тебе хотелось кушать. Ты бедствовал, голодал.Если бы тогда тебе предложили хоть малую часть тех денег, что предлагаетШарплз, ты был бы счастлив…

— Пожалуй.

— Я никогда не забуду, какой ты былбледный, худой. Как благодарил, когда я взяла тебя на работу! Господи, как тывкалывал! Выполнял каждое мое поручение. Потом Берта стала доверять тебе всенаиболее важное. А потом мы стали партнерами. И дела у нас пошли в гору. Развене так?

— Так.

— Я спасла тебя от голодной смерти,Дональд, и я знаю, что ты умеешь быть благодарным, хотя и не склонен ксантиментам.

— Когда я пришел сюда, Берта, ты копаласьв таком дерьме, в которое не сунулась бы ни одна уважающая себя контора. Взятьхоть эти вонючие бракоразводные процессы! Ты тогда, и представить себе немогла, что можно зарабатывать больше пятисот долларов в месяц.

— Неправда! — закричала Берта.

— После того, как сюда пришел я,агентству впервые стали поручать серьезные дела. Теперь за месяц ты получаешьстолько, сколько раньше зарабатывала за год. Конечно, я тебе благодарен. А тымне?

Берта заерзала на стуле: мои слова ей быликрайне неприятны.

— Слушай меня внимательно, —выдавила она наконец. — Если ты упустишь эти пятьсот баксов в неделю, ярасторгну наш договор о партнерстве и сама займусь этим делом.

— Пожалуйста, — невозмутимо произнеся и вышел из кабинета.

Как я и ожидал, Берта не дала мне уйти далеко:через какое-то мгновение раздался скрежет стула, послышались тяжелые шаги. Онадогнала меня в приемной.

— Дональд, постой, ты сгоряча наговориллишнего.

— По-моему, это ты наговорила лишнего.

Мы остановились у стола Элси Бранд. Девушкаоторвалась от машинки, чтобы следить за развитием событий.

— Почему ты не хочешь работать наШарплза?

— Потому что не понимаю, что ему от менянужно.

— Но ему действительно нужентелохранитель. Он чего-то боится. Ты что, думаешь, это будет опасная работа?

— А как по-твоему? Опека над имуществом вдвести тысяч баксов! Распоряжается деньгами, как хочет, пока жив. Опекакончается с его смертью. Второй опекун уже получил нож в спину. Подумай сама:если бы ты работала в страховом агентстве, стала бы страховать жизнь такогоклиента на обычных условиях?

— Мне кажется, ты сам не веришь всемутому, что говоришь.

— Главное, что Шарплз верит.

— Чем он тебе так не по нраву?

— У меня сегодня много дел. Надо кое вчем разобраться.

— В чем?

— В повадках ворон, — бросил я ивзялся за дверную ручку.

Обернувшись на прощание, я увидел, какпобагровела Берта, — казалось, вот-вот ее хватит удар.

По бешеному стуку машинки Элси Бранд былопонятно, что весь свой гнев Берта вымещает на бедной девушке.

Я снова открыл дверь.

Берта мерила шагами приемную и раздраженноговорила:

— …И еще запомни, пожалуйста, что я плачутебе за то, что ты печатаешь на машинке, а не за подслушивание наших деловыхразговоров. У тебя что, работы мало? Могу подбросить…