Я Пилигрим - Терри Хейз

– Карлсруэ? – переспросил Дэйв.

Никогда не слышал, чтобы он говорил так мягко. Причину этого я понять не мог, но надеялся, что у директора разведки все в порядке.

– Там еще есть отель «Дойче кёниг», – с трудом произнес я, пока мой голос совсем не сошел на «нет».

– Отлично, просто здорово! – сказал Шептун.

Президент, наверное, подумал, что я могу вот-вот испустить дух, и не стал давить на меня, несмотря на то что ставки были очень высоки и действовать надлежало срочно. Думаю, он знал, что я все-таки справлюсь.

– Продолжайте, – попросил Гросвенор. – Вы настоящий герой.

– Мне следовало узнать номер партии груза, – посетовал я, слабея с каждой минутой. – Просто забыл об этом… Сарацин ранил меня… Там был ребенок…

– Да, мы знаем, – ответил Дэйв.

– Я не имел права этого делать… Не нашел другого выхода…

– Его и не было, – заверил меня Шептун. – Ничего, все осталось в прошлом.

Я вдруг обнаружил в себе какой-то резерв энергии, и это помогло хоть немного прояснить ситуацию.

– Это вакцина, – сказал я. – Она в стеклянных флаконах.

– Какая вакцина? – спросил Шептун тем же странным, тихим голосом.

– Прививка от гриппа. Он поместил туда вирус. Сейчас как раз сезон иммунизации, он начнется завтра.

На другом конце воцарилась тишина. По-видимому, мои собеседники поняли: я сделал это! Долгий путь, начавшийся с двух телефонных звонков с Гиндукуша, закончился в медицинских учреждениях США. Шептун подтвердил президенту, что теперь они располагают всеми необходимыми сведениями: им известны дата, производитель и способ, которым предполагалось распространить вирус. Я думал, на этом они и закончат разговор: им предстояло решить великое множество организационных вопросов, но Гросвенор спросил меня:

– Где вы?

Я не ответил. Дело сделано. Я щурился, глядя на солнце, и думал о предстоящем долгом путешествии.

– Он на побережье, – сказал Шептун. – В девятнадцати милях от Бодрума.

Я вновь промолчал, собирая в кулак все оставшиеся силы, все резервы своего организма: мне нужно было как-то доковылять по песку до старого причала.

– Вы сможете еще немного продержаться, Скотт? – спросил крайне обеспокоенный президент. – Я пришлю к вам вертолеты Средиземноморского флота. Сумеете их дождаться?

– Нам придется сообщить об этом турецкому правительству, – вмешался Шептун.

– Да пошло оно куда подальше! – воскликнул Гросвенор.

– Не надо никого присылать, – сказал я. – Меня здесь уже не будет.

Президент попытался спорить, хотел выяснить, что я задумал, но Шептун перебил его:

– Хорошо, Скотт. Я понял.

– А я нет, черт подери! – недовольно сказал Гросвенор. – Я распоряжусь, чтобы вертолеты все-таки вылетели.

– У него серьезные увечья, господин президент… Они ранили его…

Настало время отплывать, и я вдруг забеспокоился, что забыл о чем-то сказать.

– Вы поняли? – спросил я. – Десять тысяч доз… «Чирон»… Прививки от гриппа.

– Да, мы все слышали, – мягко сказал президент. – Я хотел бы выразить вам от имени…

Я дал отбой. Дело было сделано. Миссия выполнена. Перетерпеть боль – вот с чем мне предстояло теперь справиться. Выстоять любой ценой.