Родная кровь - Anne Dar

Я хотела не позволить себе проливать слёзы, но сегодня со мной творилось что-то неладное. Просидев напротив двух переполненных вкусными блюдами тарелок не меньше пятнадцати минут, дождавшись, пока от них перестанет исходить тёплое испарение, я наконец встала, взяла обе тарелки одновременно и, перенеся их на рабочую поверхность, начала перекладывать еду в вакуумные контейнеры. Всё же это была еда, а я теперь была беременна, так что выбрасывать витамины в мусорный бак мне вдруг показалось вдвойне кощунственным, чем это казалось прежде.

Установив контейнеры в холодильник и неестественно аккуратным движением закрыв его тяжелую дверцу, я, не отпуская дверную ручку, снова решила упереться лбом во что-нибудь более стойкое, чем в эти минуты отчаяния ощущалась себе я сама, и потому прислонилась горящим лбом к холодной дверце холодильника.

Слёзы покатились из моих глаз прежде, чем я поняла, что не смогу их удержать внутри себя.

За то короткое время, что я была с Арнольдом, я, как совершенно неопытная и зелёная девчонка, не только успела, но позволила себе не просто влюбиться в этого парня по уши, но по-настоящему полюбить его. Ведь прекрасно знала, как это может быть опасно, и всё равно… Зато теперь я отчётливо понимала, что на момент разрыва с Диланом уже давно не любила его. Потому что с ним не было так больно. Порвать с ним вообще было просто. А вот с Арнольдом, с котором я провела всего лишь четыре неполные недели своей жизни, получилось очень больно… Как будто он не просто ушёл, но уйдя вырвал мою душу вместе с мясом, и теперь я прислушивалась к своим внутренностям, пытаясь понять, какие из них уцелели. Почки болели, печень болела, болели даже лёгкие и желудок, а вот сердца я не чувствовала. Похоже, он, задев все органы, сердце выдрал из моей груди вместе с корнем. А без корня новое сердце у меня не отрастёт…

Обливаясь слезами, я отправилась наверх. Только в ванной, умывая лицо прохладной водой и мешая её со своими тёплыми слезами, я заставила себя прекратить плакать. Наконец успокоившись, я начала медленно дышать, пытаясь восстановить дыхание, и в итоге провела напротив зеркала не меньше пяти минут, как вдруг… Услышала крадущийся скрип половиц. Сначала я подумала, что это вернулся Арнольд, но быстро поняла: если бы это был Арнольд, он бы не крался по моему дому – он бы шёл свободно, хозяйской походкой, не опасающейся ничего и громко заявляющей о его владении этой территорией. Но если это был не Рид… Значит, в моём доме сейчас помимо меня находился ещё кто-то. Посторонний.

Я прислушалась и не поверила своим ушам: шаги были реальны – кто-то замер на лестнице! Из-за малого количества мебели, в доме было хорошее эхо, так что я не сомневалась: на ступенях лестницы сейчас кто-то стоял. Кто-то боящийся своего обнаружения…

Схватив с полки у зеркала пистолет, который неосторожно, но, как сейчас выяснилось, спасительно оставила здесь при снятии куртки, я замерла и прислушалась. Тишина. Может быть, это всё же Арнольд?.. Вернулся, чтобы забрать какие-нибудь вещи вроде бритвы или зарядного устройства? Нет, Арнольд бы не крался…

Аккуратно выглянув через приоткрытую дверь, я посмотрела вдаль по коридору и никого не увидела. Невольные мысли о Ричарде Маккормаке, всё ещё находящемся в бегах, вызвали у меня нервные мурашки…

Я постояла ещё немного и, ничего так и не услышав, начала аккуратно приоткрывать дверь. Открыв её достаточно, чтобы протиснуться через образовавшуюся щель, я выставила перед собой пистолет и начала медленно, на полусогнутых ногах продвигаться по направлению к лестнице, опасаясь вызвать скрип в обычно тихих половицах второго этажа. Как только я сравнялась с углом, за которым начиналась лестница, я резко вынырнула на лестничную площадку, обеими руками держа перед собой пистолет. Для того, чтобы осознать, что я целюсь в Арнольда, мне понадобилось целых две секунды. Он стоял на три ступени ниже меня, с вложенными в карманы куртки руками, и не двигался.