Ради большой любви - Лариса Соболева

Зашли в кафе средней руки, Князев сделал заказ, но почти не ел, полностью уйдя в мысли. Молча поедала обед и Малика, но вот она отодвинула тарелку и подалась корпусом к нему, так как Князев первым наклонился к ней.

– Бери деньги и поезжай на авторынок. – Десять тысяч долларов он протянул под столом, Малика взяла. – Сможешь выбрать машину?

– Дядю Костю возьму, наряжу в одежду мужа. А какую надо?

– Внедорожник. Простенький. Уложись в десятку, за эти деньги можно купить неплохой джип, разумеется, старенький, но крепкий. Сегодня же купи, оформи на себя, мне такой ерундой заниматься некогда. Все, я побежал.

– Пал Палыч, – поднялся со своего места Оскар, когда Князев вошел в приемную, – вы так и не сказали, где будут проходить совещания.

– В комнате отдыха.

– Она же не предназначена… – растерялся референт, словно не припас лишних «жучков» на подобный случай.

– Я, кажется, ясно сказал где! – отрезал Князев, скрываясь в кабинете.

Первое совещание было с ближайшим окружением, в которое входили Клим, Колчин, Ермаков и ведущие специалисты. Конечно, тот, кто продался, доложит новым хозяевам, о чем шла речь. Но все продажными быть не могут, это кто-то один, все слово в слово он не передаст. К тому же не исключена вероятность, что его вообще нет среди этих сотрудников, один процент из ста, однако есть. Решался вопрос о приостановке нового цеха.

– Нет, я сказал, – Князев был категоричен. – Пока есть комплектующие, мы будем выпускать машины. Клим, как обстоят дела со сбытом?

– Хреново, – ответил тот. – Очень хреново.

– Хреновый твой ответ, – прорычал шеф. – Лети хоть в Конго, но обеспечь сбыт. Предложи проценты с закупок, у тебя срок – пять дней. Далее. Следует увеличить объем основной продукции, надеюсь, здесь у нас не будет сбоя.

– Завод простаивал неделю… – подал голос Колчин.

– Значит, хорошо отдохнули, – услышал он резкий ответ Князева. – Последнее: сокращение. Согласитесь, в данной ситуации мы не можем обойтись без него.

– Рабочие поднимут шум… – попытался образумить его Колчин.

– Я не о рабочих речь веду, а о тех, без кого мы можем обойтись. Например… зачем мне личная охрана, да еще в таком количестве?

– Они работают посменно, – покраснел от негодования Ермаков. – Обеспечивают охрану и в командировках, кстати, не одному тебе, Пал Палыч.

– А по мне, так жирно. Личную охрану уволить, охранников на объектах завода не трогать, новых никого не брать. Предупредите уволенных: как только дела утрясутся, возьмем их обратно. Остальным завтра принести списки на увольнение.

– Но это же не так просто – уволить работника! – забеспокоился и главный инженер. – На нас подадут в суд за незаконное…

– Я все сказал, а «просто – непросто» вместе с законностью меня вообще не колышет. На этом закончим. Оскар, пригласи начальников цехов.

Подчиненные выходили, переглядываясь, мол, патрон голову потерял. Князев провел еще два совещания, носился по цехам и побеседовал со старожилами, которые иной раз лучше инженеров соображают, что делать.

Вечером Малика час ждала его у проходной в новом, вернее, старом джипе. Сзади сидел Чемергес, которого не украсила даже чистая одежда – как такого за руль сажать? – но в служебный автомобиль Князев решил больше не садиться. Он отправился к охраннику Кустову, один поднялся на этаж и позвонил. Открыла жена:

– Пал Палыч? Проходите.

– Извините, я спешу. Позовите мужа.

Через минуту Кустов и Князев курили на лестничной площадке.

– Скажи, только честно, почему ушел? – спросил напрямую Князев.

– Место мне предложили, – после длительного молчания ответил Кустов, рассматривая свои ботинки. – А тебя, Пал Палыч, не было…

– Ну, этот ответ ты придумал, – вздохнул Князев. – Я просил честно сказать. Кажется, мы неплохо работали, я тебя не обижал. Пойми, мне нужно знать, что вокруг затевается. Ты боишься?

– Боюсь, – признался Кустов.

– Говори, я тебя не продам.

– Подцепили меня трое на улице, когда ночью возвращался домой, приказали уйти. Пригрозили, что сотрут в порошок, если не уйду сам.

– Кто они?

– Не знаю. Судя по рожам, бандюки. Пойми, у меня семья. Кому они будут нужны, если меня не станет? Прости, Пал Палыч.

– А новые охранники не знаешь откуда?

– Посмотри в личном деле.

– В личное дело накатать можно любую легенду, бумага все стерпит. Еще двум охранникам тоже приказали уйти?

– Мы не говорили, но, думаю, да.

– И на том спасибо. – Прощаясь, Князев пожал руку Кустову, он был ему благодарен, потому что получил подтверждение своим догадкам, а это очень важно.

– Пал Палыч, может, тебе пригодится… Захватывать завод приезжали люди Сайкадзе. Я узнал одного парня, он работает у него.

– Сайкадзе? Кто такой?

– Владелец ЧОПа под названием «Ринг».

– Спасибо, – бросил Князев и сбежал вниз. Запрыгнув в машину, он, торжествуя, подмигнул Малике: – Пока я иду на шаг впереди. Кустову приказали уйти от меня, угрожали. Наверняка остальным двум охранникам угрожали тоже. А сегодня я приказал уволить личную охрану.

– Ты ненормальный, – остудила его она и понизила тон, так как с заднего сиденья раздавался булькающий храп Чемергеса. – Уволил бы новых…

– А где уверенность, что старых не купят или путем угроз не заставят застрелить меня? – выставил он контрдовод. – Хотя хлопнуть меня могут везде.

– Тебя не хлопнут, пока меня не раскусят, – возразила Малика. – Надеюсь, не успеют раскусить, а наш план даст тебе время. Знаешь, Пал Палыч, я весь день думала, и вот какое у меня есть предложение. Давай я с тобой везде буду ходить на правах личного телохранителя?

– Телохранительница Князева? – криво усмехнулся он. – Меня поднимет на смех пернатая стая губернатора и мэра.

– Князев, если у тебя полно врагов под носом, то хотя бы одного человека ты должен иметь надежного. Между прочим, от тебя зависят жизни моей семьи и моя. Целых три. И я заинтересована, чтобы с твоей головы ни один волос не упал.

– А Гриб? Кто будет им заниматься?

– Гриб не скажет, кто тебя заказал, а его дегенераты не знают. Все, что мне необходимо, выяснит Бомбей, а там будем думать, как быть.

– А вдруг Гриб пронюхает, что ты моя телохранительница?

– Как он пронюхает? Я ему не скажу.

– Ну а твой муж не приревнует тебя ко мне?

– Мой муж идеальный человек.

– Так не бывает.

– Конечно, он брюзга, немножко зануда, любит поговорить, но это же мелочи. Я ему обязана всем, что сейчас имею.