Мозаика Парсифаля - Роберт Ладлэм

Лоринг возвратил микрофон на место, но новый сигнал прозвучал раньше, чем он успел откинуться на спинку сиденья.

— "Эс-пять".

— "Эс-два". Объект прошел в свой кабинет. Если судить по походке, по общему виду — он крайне возбужден.

— Хорошо. Ваши слова подтверждают сообщение сверху. Возможно, придется действовать быстрее, чем мы...

— Стоп! Оставайтесь на связи, — предупредил «Эс-два» сквозь внезапно возникший шорох помех. Агент спрятал радио под одеждой, не выключая его. Через несколько секунд его голос зазвучал вновь. — Прошу прощения. Объект проходил мимо, и пришлось отвернуться. Он снял белый халат и сейчас в уличной одежде. Тот же бежевый плащ, та же мягкая шляпа. Полагаю, теперь он ваш.

— Похоже на то. Конец связи. — Лоринг, вставляя микрофон на место, обратился к водителю. — Готовьтесь, товар отгружен. Если мне придется поработать ногами, принимайте команду. Я буду на связи.

Он сунул руку за борт пиджака, достал миниатюрное переговорное устройство и проверил по привычке заряд батарей. Затем он приподнял левый рукав, обнажив маленькую скоростную фотокамеру, прикрепленную к запястью. Лоринг повернул руку, послышался щелчок. Затвор фотоаппарата был взведен.

— Интересно, кто же такой этот Шипперс, — пробормотал он себе под нос, не сводя глаз со входа в «Ридженси-Фонд».

* * *

Телефонный звонок прервал размышления Хейвелока над бумагой из Пентагона. Он поднял трубку.

— Да?

— Кросс?

Майкл непроизвольно сглотнул, узнав скрипучий голос Рандолфа.

— Да, доктор.

— Возможно, нам обоим удастся сохранить головы на плечах. Только что звонил Бен Джексон. Он был страшно зол и верещал, как недорезанный.

— По какому поводу?

— Ему позвонил некий адвокат и поинтересовался причиной задержки последнего взноса по страховке Маккензи.

— Шипперс, — сказал Хейвелок.

— Вы чрезвычайно догадливы, а Бен рвал и метал. Не могло быть никакого последнего взноса, вся сумма единовременно восемь недель назад была переведена адвокату Мидж.

— Но почему Джексон позвонил вам, не адвокату миссис Маккензи?

— Потому что Шипперс — я думаю, что это был Шипперс или кто-то по его поручению, — заявил возмущенно, что возникла какая-то путаница с медицинским заключением, и спросил, знает ли об этом Бен. Бен натурально ответил, что ему ничего не известно, деньги выплачены, проведены через страховую компанию, и вопрос исчерпан. Он также заявил, что его репутация...

— Слушайте меня, — перебил его Хейвелок. — Я, может, и сохраню свою голову, но свою-то вы определенно подставили под удар. Я хочу, чтобы вы не выходили из кабинета и никого не принимали до тех пор, пока я не пришлю к вам пару человек. Если кто-то захочет встретиться с вами, путь в приемной скажут, что вы на операции.

— И не думайте! — воскликнул Рандолф. — Неужели вы полагаете, что я испугался такого вонючего сопляка, как Шипперс? Как только он появится, я прикажу охране немедленно бросить его в палату с пробковыми стенами.

— Если он появится, и вы так поступите с ним, я поцелую ваши туфли. Но это будет не Шипперс. Если вам повезет и он позвонит еще раз, скажите, что вы сожалеете о том, что без злого умысла пришлось солгать. На самом деле после долгих раздумий вы захотели лично подстраховаться и получить вторую подпись под этим проклятым протоколом.

— Он не поверит.

— Я бы тоже не поверил, но это единственная возможная отговорка. Людей к вам я сейчас же вышлю.

— Мне они не нужны!

— У вас нет выбора, доктор Рандолф, — жестко сказал Майкл и положил трубку.

— Ты и вправду считаешь, что Шипперс может попытаться убить доктора? — спросила Дженна от окна, пока он искал нужный номер телефона.

— Он — нет. Туда пошлют других, и не для того, чтобы убить, а с целью захвата. Захватить, доставить в укромное место и вышибить из него признание в том, с кем связан и ради кого лжет. Убийство по сравнению с тем, что может его ожидать, — благо. — Хейвелок потянулся к телефонной трубке.

— С другой стороны, — заметила Дженна, — Шипперс, узнав о том, что Рандолф лжет и, видимо, действует не один, начнет действовать поспешнее, чем мы полагали. Когда последний раз звонил Лоринг?

— Примерно час назад. Шипперс на такси отправился в центр. Сейчас они, очевидно, следят за ним на своих двоих. Скоро узнаем. — Майкл набрал нужный номер. Ответ последовал незамедлительно. — Говорит Пятый стерильный, Фейрфакс, — произнес Хейвелок. — Вчера под этим кодовым именем я с сопровождением ездил в Медицинский центр Рандолфа — графство Тэлбот, Мэриленд, Восточное побережье. Подтвердите, пожалуйста. — Ожидая ответа, Майкл прикрыл трубку ладонью. — Мне только что пришла в голову новая мысль. При удачном раскладе минусы могут обратиться в плюсы... Да, да, — заговорил он в трубку. — Группа из трех человек, отъезд ровно в одиннадцать. Вы готовы получить дальнейшие инструкции?.. Немедленно направьте двух человек по тому же адресу. Объект — доктор Мэтью Рандолф. Ему должна быть обеспечена постоянная охрана. Он все время должен находиться в поле зрения. Но имеется одна тонкость. Мне хотелось бы, чтобы ваши люди вписались в окружающую обстановку под видом интернов или сотрудников центра; это будет зависеть от того, как я договорюсь с Рандолфом. Попросите их по дороге связаться со мной по радио — скажем, минут через двадцать. — Майкл опять прикрыл трубку, ожидая, пока диспетчер сделает нужные заметки, и сказал Дженне: — Рандолф сослужил нам еще одну службу, рискнув своей жизнью. Правда, он об этом и не догадывается.

— Если он согласится на охрану.

— У него нет выбора. Я не шучу.

Диспетчер вновь заговорил. Майкл выслушал его и сказал:

— Нет, очень, хорошо. Я даже предпочитаю, чтобы это были не те люди, что вчера. Да, кстати, паролем будет... — Майкл замолчал, мысленно вернувшись на Палатинский холм, к человеку, слова которого привели его в конечном итоге в Мэриленд. — ...Апачи. Было такое племя охотников. Попросите «апачей» выйти на связь со мной через двадцать минут.

Доктор Мэтью Рандолф возражал яростно, но безуспешно. Хейвелок заявил, что или доктор пойдет на сотрудничество, или им придется «рискнуть» и испытать свои шансы со всеми возможными последствиями. «Мистер Кросс» готов идти до конца, если для этого даже придется заявить об убийстве агента ЦРУ по имени Стивен Маккензи и о роли доктора во всем этом деле. Наконец Рандолф понял, что оказался меж двух огней, и принял условия игры, даже проявив при этом незаурядную изобретательность. Команда «апачей» превращается в кардиологов из Калифорнии, при этом «апачи» получают боевые наряды в виде белых халатов и стетоскопов.

Хейвелок выдал четкие распоряжения. Ошибок быть не должно. Любого, кто придет к доктору Рандолфу — а кто-то придет обязательно, — следует брать живым. Или живыми. Ранения разрешались — в руки, в ноги, но не выше пояса.