Проект "Нужные дети" - Дмитрий Федотов

– Интересными делами ты теперь занимаешься! – хмыкнул Илья, разливая густой, почти черный напиток по стаканам. Этот «чай» тоже был родом из нашей студенческой юности – незаменимое средство в ночь перед экзаменом. Он позволял продержаться без сна до полутора суток, сдать «точку», а потом мы вырубались часов на двенадцать и просыпались с чистой, незамутненной знаниями головой, готовые к новым «штурмам». Глупости, конечно, но все же…

– Приходится, – я сделал первый, маленький глоток. – Он самый! Фирменный «Люханс»!

– Так что тебе от меня хотелось бы услышать?

– Умные мысли, креативные идеи…

– Забавно!.. – Илья тоже отпил чаю. – А ведь ты, сам не подозревая, пришел точно по адресу!

– В каком смысле?

– Дело в том, что… Надеюсь, ты прочитал вывеску на двери лаборатории?

– Ну да… Только не понял.

– А! «Группа НГП» означает «группа по изучению наследственной генетической памяти». – Илья пристально посмотрел мне в глаза. – Я сейчас нарушаю приказ о неразглашении, который подписал при вступлении в должность руководителя проекта. Поэтому, зная тебя как исключительно порядочного человека, предупреждаю: информация top secret! Никаких намеков и ссылок в разговорах! Иначе меня «закроют»…

– Буквально? – с сомнением уточнил я, вспомнив тетку на входе в институт.

– Да. Ладно, не будем о грустном. Думаю, тебя интересует вопрос: насколько серьезно можно говорить о наличии у хомо сапиенс врожденных паранормальных способностей?

– В точку!

– Можно, Димка! И очень серьезно. Моя группа уже третий год работает по гранту Минобороны именно в этом направлении. Без подробностей могу сказать, что получены обнадеживающие практические результаты.

– Разреши наводящий вопрос?

– Валяй.

– Если я правильно понял, вы теперь можете тиражировать экстрасенсов?

– Мы называем их «эсперами». – Суркис взял сигарету из моей пачки и закурил. – Всего два-три удачных опыта, о тиражировании речи не идет… Но и этого хватило, чтобы вектор интересов у заказчиков заметно поменялся.

– Погоди, – я тоже взял сигарету и прикурил от первого «бычка». – То есть вы реально пробудили у человека паранормальные способности?

– Не совсем. Год назад мы работали с детьми-аутистами, искали гены социальной адаптации, – Илья невесело усмехнулся, – а вышло как в анекдоте: «Ничего не понимаю! На коробке написано „Модель корабля Христофора Колумба“, а у меня почему-то все время автомат Калашникова получается!»

– Ящик Пандоры открыли с помощью зубочистки, – серьезно кивнул я. – Верю. И что было дальше?

– Приехал суровый дядя в штатском с генеральской выправкой, похвалил за работу и объявил, что отныне мы – отдельная научная лаборатория некой Группы перспективных исследований, которую курируют напрямую из Администрации Президента!

– Нехило!..

Некоторое время мы молча курили, потягивая «чай». Я постарался свести всю полученную за сегодняшний длинный день информацию к общему знаменателю, и когда мне это удалось, сказал:

– Выходит, похищение могли устроить твои новые шефы с помощью… одного из результатов ваших экспериментов?

– Не хотел бы я, чтобы это было так, – мрачно откликнулся Суркис.

– Почему?

– Потому что в этом случае твое расследование почти наверняка закончится трагически.

– Ну, это спорный вопрос…

– Нет, Димка! – жестко оборвал меня Илья. – Группа перспективных исследований – очень серьезная организация. И становиться ей поперек дороги – безумие.

– Да чего ты так испугался? Может, это и не они вовсе засветились.

– Хорошо бы…

Тут мой взгляд наткнулся на небольшую стеклянную витрину за спиной Суркиса. Там, укрепленный на мудреной подставке, покоился странного вида пистолет, похожий на водяной и одновременно какой-то хищный, недобрый.

– Что это у тебя? – показал я на витрину.

– Где?.. А, это одна из наших, так сказать, «побочных» разработок, – ухмыльнулся Илья. – Мы называем его «парализатором».

– Да ну?! Прямо как в романе Абрамова «Все дозволено»?

– Не ёрничай. Конечно, это не оружие. Пока… Но он действительно на короткое время парализует двигательную активность любого животного. В том числе и человека.

– А чем стреляет? Сонным газом?

– Димыч, хочешь, я его на тебе продемонстрирую? – зловеще поинтересовался Суркис, поднимаясь и подходя к витрине.

– Думаю, не стоит. Я тебе верю! – поспешно сказал я. – А на каком принципе он действует?

– Импульсное коротковолновое излучение. При определенных частотах в нейронных синапсах возникает временный блок захвата медиатора ацетилхолина соответствующим ферментным комплексом, и передача нервного импульса прекращается. Аккумулятор в рукоятке позволяет сделать до десяти эффективных «выстрелов».

– Ух, ты! А дальность поражения?

– До трех метров.

– А стрелять куда надо? В голову?

– В любую часть тела. Но если попадешь в голову, результат будет максимальным.

– То есть обездвиживание зависит от места приложения?

– Ну да. Хотя конус импульса с трех метров составит не менее тридцати сантиметров, а следовательно, под «выстрел» спинной мозг так и так попадет. Результат – временный паралич конечностей.

– Круто! А еще у тебя что-нибудь интересное есть?..

– Слушай, Димыч, – Илья посмотрел на меня извиняющимся взглядом, – мне бы поработать немного, а?

– Лады, Люханс! – Я поспешно поднялся. – Меня уже нет. Уговор наш остается в силе: никаких упоминаний и ссылок. А за идею – спасибо!

Мы тепло попрощались, и я потопал домой в весьма приподнятом настроении. Ощущение грядущих необыкновенных событий прочно обосновалось в подсознании, и мне не хотелось его оттуда изгонять.