Головоломка для дураков. Алый круг. Семеро с Голгофы (сборник) - Джонатан Стагге

Но Грина, кажется, эти аргументы не убедили.

– Пусть так. И все же мог ли один из ваших пациентов никем не замеченным проникнуть ночью в кабинет физиотерапии?

– Вероятно, мог, – ответил Ленц, поглаживая бороду сверху вниз. – Я, видите ли, не верю в необходимость слишком жесткого режима и ограничений. Для того типа пациентов, которых я лечу, важна атмосфера, максимально приближенная к нормальной. Вот почему мне хочется сделать свое учреждение по мере возможности похожим на отель или своеобразный клуб. И если пациенты не создают особых проблем и не причиняют неприятностей персоналу, то пользуются достаточно большой степенью свободы.

– Даже свободы добыть смирительную рубашку? – мгновенно задал вопрос Грин.

– Нет, разумеется, – на этот раз в разговор вмешался Морено. – У нас в лечебнице их всего-то две. Мы с доктором Ленцем едины во мнении, что они не только неэффективны и старомодны, но даже опасны. У нас вообще не прибегают к мерам насилия без особой необходимости. А смирительные рубашки предназначены для действительно экстремальных ситуаций. Они хранились под замком в стенном шкафу кабинета физиотерапии. Только Фогарти и Уоррену были выданы ключи. Я вообще сомневаюсь, чтобы кто-то другой во всей лечебнице даже догадывался об их наличии.

Внезапным озарением мое сознание пронизало воспоминание о разговоре прошлым вечером с чрезвычайно расстроенным Уорреном.

– Едва ли это важно, но лучше упомянуть о том, что мне известно, – сказал я. – Я сам слышал, как Фогарти и Уоррен постоянно говорили о том, что как-нибудь устроят тренировочную борцовскую схватку между собой, чтобы помериться мастерством. Быть может, они воспользовались смирительной рубашкой в качестве средства испытать силу каждого, и произошел несчастный случай в соответствии с предположением доктора Морено?

Ленц и Морено при этом обменялись быстрыми взглядами.

– Вот видите, – с надеждой сказал доктор Стивенс, – оказывается, такое объяснение случившегося вполне возможно. И оно бы удовлетворило всех.

Грин усмехнулся. Его реакция осталась не вполне понятной. Он задал мне еще несколько вопросов, а потом сказал:

– Существует и другая вероятность. Мистер Дулут обмолвился, что Фогарти пользовался успехом у слабого пола. Очевидно, что никакому мужчине не удалось бы так связать покойного против его воли. А вот женщина легко могла убедить его самого надеть на себя смирительную рубашку. Вы говорите, он гордился своей силой. Тем проще оказалось бы бросить ему вызов и попросить продемонстрировать мощь мускулатуры. А как только он оказался скован рубашкой, даже дамочка запросто справилась бы с остальным.

Я сразу же вспомнил позавчерашнюю сцену с участием Фогарти и мисс Браш. Шутку, которая так скандально закончилась вмешательством юного Билли Трента. Я догадался, что Морено тоже припомнил нелепый эпизод, судя по тому, как чуть порозовели его смуглые щеки. И прежде чем я сам решил, упоминать об этом или нет, Морено внезапно заявил:

– Мистер Дулут еще не полностью оправился от шока, вызванного подобной находкой, а ему противопоказано слишком перегружать нервную систему. И если у капитана больше нет к нему вопросов, я бы рекомендовал отпустить его.

Грин пожал плечами, а доктор Ленц кивнул в знак согласия. Когда Морено направился ко мне, я не мог не поразиться его стремлению поскорее избавиться от моего присутствия. Но не только это озадачило меня. Как и я сам, Ленц прекрасно знал о странных происшествиях в лечебнице. Он сам совсем недавно был первым готов привлечь к ним мое внимание. Но в присутствии Грина предпочел о них умолчать.

Морено проводил меня до двери и чуть задержал на пороге.

– Надеюсь, вы понимаете, – процедил он сквозь зубы, – что вам нельзя ни о чем рассказывать другим пациентам, мистер Дулут. И не советую слишком забивать этим голову себе самому. Вы все-таки еще не до конца вернулись к норме, знаете ли.