Чужая зона - Алексей Наст

– Уработал ты их? – не злясь на Изю, спросил Сергей.

– В хлам. В месиво. Больше не будут друг друга в задницы дрючить. Им даже теперь операции по перемене пола не потребуется. Они уже и так эти, как их называют, которые мужики, но бабы?

Сергей выругался.

– Во-во!!! – согласился Изя.

В клинике к Сергею отнеслись внимательно.

Проходя тесты и сдавая анализы, Сергей думал, что должно было произойти после его визуального контакта с Циммерманом. Возможно, ему каким-то образом должны были передать приказ о дальнейших действиях.

Эшли все время находилась с ним рядом, но, получив телефонный звонок на мобильный и переговорив, поцеловала Сергея в лоб, сказала: «Милый, у меня срочное дело. Сам домой вернёшься, ладно?» – и стремительно ушла. Сергей был удивлен. Ведь он готовился к задержанию и жесткой вербовке. Что-то не клеилось.

Покончив с медицинскими делами в течение часа, он, с удивлением узнав у врача, что свободен, покинул клинику, ожидая увидеть у входа автомобиль с Эри за рулём, но и его не было. Что же всё это могло значить? Не могло ФБР выпустить его из поля зрения совсем. Где-то должна была находиться наружка.

В глубокой задумчивости Сергей пошёл к студенческому городку. Он не понимал действий ФБР, и это было самое плохое – он не знал, к чему быть готовым.

Алёшин шёл вперёд по улице медленной походкой гуляющего, никуда не торопящегося человека.

Значит, связником у него будет Изя Циммерман, размышлял он. Процесс начался, и от Сергея теперь зависел во многом его успех. Хотя по опыту Сергей знал, что важные операции, которые назначала контора, всегда проводились только первым и вторым номерами. Правда, были ещё и третий, и четвёртый, и пятый номера. И все они сейчас выдвигались на исходные позиции.

А его исходная позиция должна определиться сейчас, немедленно. Он прямо с трапа самолёта попал в лапы ФБР, поэтому информация о дальнейших действиях, как он знал из инструкций, полученных ещё в России, будет доведена до него без прямого контакта, то есть Сергей просто увидит её, открытую для всех, но понятную только ему.

И он её увидел. Проходя мимо высокой витрины офисного центра, он окинул взглядом афишу предстоящих гастролей. Афиша была на русском и английском языках, но предназначалась именно русскоговорящей эмигрантской диаспоре. На афише была помещена фотография уже немолодого человека, очень знакомого в прошлом Сергею. Подпись под фотографией гласила: «Румель Блево. Как создать богатство и сохранить здоровье».

Это был знаменитый в своё время на просторах России аферист Ромка Блевок, собиравший на свои целительные семинары наивных пенсионерок и мало битых жизнью лохов, где впаривал им свои книги и аудиозаписи. Теперь, значит, сюда определился, в Соединённые самые Штаты, понял Алёшин.

Семинары здесь, в городке, планировались через две недели, а в Нью-Йорке уже через два дня, в здании Сайлас-Холл, 87-я стрит. Начало в 19.00 по местному времени.

Вот она, та самая открытая информация, видимая всем и понятная только Сергею. Встреча со связным назначена в Нью-Йорке, в Сайлас-Холл, под крылом Ромки Блевка.

«Значит, – подумал Сергей, – снова Нью-Йорк».

Отпуск на три дня он свободно подпишет у начальства колледжа. От Эшли, которую ФБР, естественно, командирует вместе с ним, он благополучно оторвется в громкоголосом лектории – люди Блевка надёжно удержат её в зале своей болтовнёй, а он, получив инструкции от Циммермана, начнёт действовать.

Таков план. Всё просто и красиво. Только тревога о неожиданном уходе Эшли из клиники мешала Сергею чувствовать себя уверенно. Что же планировало ФБР? Американцы предоставляли Сергею вести «свою операцию», чтобы накрыть с поличным в самый важный момент, – это сомнений у него не вызывало…

Вернувшись в свой коттедж, Сергей увидел Эшли и изобразил на лице лёгкую улыбку человека, получившего от прогулки удовольствие.

– Вот и я, дорогая.

– Что, как сердце?

– Сказали – нервное напряжение. Ничего страшного.

– Нервное напряжение. Понимаю.

Эшли сидела на диване, поджав ноги, и не верила его радостному настроению.

Сергей объявил:

– Еду в Нью-Йорк. Дня на два-три. – Сказал он это уверенно, давая Эшли понять, что он не спрашивает её позволения и не считает себя от неё зависимым.

Эшли удивлённо подняла брови, но смолчала.

Алёшин спросил:

– Ты со мной?

Эшли, улыбаясь, отрицательно помотала головой и пояснила:

– Я буду ждать тебя в нашем гнёздышке.

Сергей был удивлен: «Странно».

«Нью-Йорк! Нью-Йорк!»

Совсем как в знаменитой песне.

Пусть слова не полностью отражали пафос великого города, но смысл был правильный. Блеск и нищета. Конгломерат строений и миллионов человеческих особей.

Одним словом – Нью-Йорк. Финансовая столица Соединённых Штатов. В случае ограниченного термоядерного конфликта между США и Россией, согласно списку, обнародованному в Интернете, Россия гарантированно нанесёт удар по Нью-Йорку. В списке же обречённых российских городов значатся промышленные и энергетические центры России, разрушение которых должно ввергнуть экономику страны в коллапс и хаос. И естественно, по России Америка нанесёт удар зимой, чтобы мороз и голод довершили работу, начатую губительными ракетными бомбардировками. Российская зима – это не только плюс для России (достаточно вспомнить поражение наполеоновских и фашистских орд), но и большой минус, если случится зимний ядерный ограниченный конфликт. Для удара по России зима – самое лучшее время. В Америке зимой тепло – им-то на зиму плевать. Только на Аляске случаются реальные холода и вьюги, но население там немногочисленное – пара-тройка военных баз, несколько городишек масштабов российских райцентров, а остальное – пустота, кидай сюда ядерные снаряды, хоть закидайся – от этого США ни холодно ни жарко.

Сергей усмехнулся, глядя сквозь стекло задней дверцы такси на плывущую мимо городскую суету.

«Только подумал о Нью-Йорке, сразу про бомбардировки вспомнил. Может, вот сейчас, в эту минуту, как шарахнет, и всё… А я тут. В самом эпицентре».

Сергей улыбнулся таким своим мыслям, не сразу поняв вопрос, заданный таксистом.

– Что вы сказали? – переспросил он.

– Спрашиваю, по делам к нам?

– Да, в командировку.

– Бизнес?

– Лекции.

– О-о. Вы преподаватель?

Откровенничать с говорливым таксистом у Алексея не было никакого желания. Нью-йоркские таксисты славились на все Штаты своей надоедливой, выматывающей болтовнёй. Это они так «развлекают» клиентов.