Гюрза с бирюзой - Светлана Бестужева-Лада

— И не думал! Я его вообще потерял. А может быть, украли. У меня дома компании собираются большие, веселые. Мало ли кому змейка могла приглянуться.

— Вы же знали, что браслет опасен…

— Откуда? Я его не примерял, знакомым девушкам дарить не собирался. Полежала змейка у меня какое-то время на полке за стеклом, а потом — фьюить, исчезла. Я и хватился-то не сразу.

Следствие в очередной раз зашло в тупик. На коробочке из-под браслета, кроме отпечатков пальцев самого Артура, были еще какие-то, но они не принадлежали ни Александре фон Хёнинген, ни Сергею. И подложить «подарочек» Артуру Сергей физически не мог: неделю был на гастролях в другом городе, а потом еще несколько дней беспробудно пил на даче у добрых знакомых, где его и отыскали следственные органы.

Как говорится, железное алиби. Как и у Александры. Но кто-то ведь послал письмо и подложил в карман Артуру браслет. Кому это было нужно, кому, может быть, выгодно затевать такую изощренную интригу с непредсказуемым исходом?

Конкуренция? Была и такая версия. Но убрать соперника таким экстравагантным способом мог только человек, во-первых, вращающийся в кругах шоу-бизнеса, а во-вторых, каким-то образом получивший и браслет, и «инструкцию» к нему. А это возвращало следствие к баронессе фон Хёнинген, которую вознамерились было допросить еще раз.

Но баронесса наотрез отказалась давать еще какие-либо официальные показания, порочащие бывшего друга сердца. По-видимому, сначала дама была слишком сильно поражена известием о трагической гибели своей первой любви и сказала лишнее.

Поэтому она прислала официально заверенное заявление, в котором начисто отрекалась от первоначальных показаний: дескать, призналась под давлением, возвела на человека напраслину. Никакого старинного браслета она отродясь не имела, тем более смертельно опасного, никаких предков-итальянцев у нее не было. И письма она никакого не писала, зачем ей писать письма незнакомому человеку?

Так что заявление полностью противоречило протоколу допроса, а так как свидетельница стала подданной другого государства, где постоянно теперь и проживала, то дальнейшие ее допросы представляли серьезные трудности. Германия — не Россия, туда просто так повестку от следователя не отправишь, а лишние финансовые расходы никому не нужны.