Опасный след - Нора Робертс

Саймон представил ее — связанную, испуганную девушку, возможно, с кровоточащими ранами от врезавшейся в тело веревки. И вооруженную ножом, едва ли более смертоносным, чем чертежная кнопка.

— Я снова залепила себе рот. — Она сказала это так спокойно, так безразлично, что Саймон повернул голову и изумленно уставился на нее. — И обмотала веревкой лодыжки, спрятала руки за спину. И закрыла глаза. Перри открыл багажник, все еще насвистывая, наклонился, похлопал меня по щеке, чтобы привести в чувство. И я ударила его этим крохотным ножом. Я надеялась попасть в глаз, но промахнулась. И все же мне удалось обескуражить его, поранить и выиграть секунду. Я снова ударила его в лицо уже кулаком и лягнула изо всех сил ногами. Не так сильно, как хотела, потому что веревка немного запуталась, но все же он упал на спину, и я смогла выбраться из багажника. На земле валялась лопата. Прямо там, где он выронил ее, когда я воткнула ему в лицо нож. Я схватила лопату и ударила его пару раз по голове. У меня в руке оказались ключи. Я до сих пор очень смутно помню все это — шок, выброс адреналина, как мне потом объяснили, — но я вскочила в машину, воткнула ключ в замок зажигания, вдавила педаль газа в пол.

— Вы вырубили его и уехали, — прошептал Саймон, ошеломленный и восхищенный.

— Я не знала, где нахожусь, куда еду, и мне очень повезло, что я не разбилась насмерть. Я мчалась так, будто за мной гнались все демоны ада. Я наткнулась на жилье. Гостиницу. Случайно увидела свет за деревьями. Оказалось, что Перри привез меня в Национальный парк Олимпик. Хозяева вызвали рейнджеров, те позвонили в ФБР, ну и все закрутилось. Перри скрылся, но я подробно описала его внешность. И у них был его автомобиль, его имя, его адрес. Во всяком случае, документально установленный. И все же Перри скрывался еще почти год, пока не застрелил Грега и Конга. Его остановил Конг. Пес остановил его ценой своей жизни.

Фиона убрала нож в карман.

— Вы умная женщина. И сильная, — произнес Саймон после недолгой паузы. — И вы спасли от него других женщин. Ублюдок в тюрьме, ведь так?

— Получил несколько последовательных пожизненных сроков. После моих показаний, когда он понял, что за Грега и за меня ему грозит смертный приговор, он пошел на сделку.

— Почему власти согласились на это?

— В обмен на его признания по убийству Грега, по моему похищению, по двенадцати другим жертвам, в обмен на местонахождение его блокнотов, звукозаписей. Чтобы семьи убитых женщин смогли наконец успокоиться, получить ответы на свои вопросы и уверенность в том, что он никогда не выйдет на свободу.

Фиона кивнула, словно отвечая на какой-то свой мысленный вопрос.

— Я всегда думала, что это правильно. Как ни странно, мне становилось легче, когда я слышала, как он снова и снова, шаг за шагом, проходит через все это, и знала, что он за все заплатит и будет платить еще очень, очень долго. Я хотела оставить все позади, закрыть ту дверь. Но мой папа умер всего девять недель спустя. Совершенно неожиданно. И земля снова ушла из-под ног. — Она потерла ладонями лицо. — Жуткие времена. Я приехала сюда пожить с Сил несколько недель, пару месяцев, как я думала, и вдруг поняла, что не хочу возвращаться, что хочу остаться здесь и начать все сначала. Я так и сделала. И почти всегда мне удавалось держать ту дверь на замке.

— Почему она открылась сегодня?

— Дейви приехал сообщить, что кто-то копирует Перри, включая детали, которые скрывались от публики. Пока только две жертвы. В Калифорнии. Но это снова началось.

В голове Саймона завертелись десятки вопросов, но он не задал ни одного. «С нее довольно, — подумал он. — Она сказала все, что хотела сказать».

— Для вас это сильный удар. Возвращает все, что было, делает прошлое настоящим.

Фиона снова закрыла глаза и как будто расслабилась.

— Да. Да. Вы совершенно правы. Господи, может, глупо, но когда это говорит кто-то другой, то действительно помогает. Когда кто-то понимает. Поэтому спасибо. — Она коснулась рукой его колена. — Я должна идти, нужно сделать несколько звонков.

— Хорошо. — Саймон отдал ей бокал. — Спасибо за вино.

— Вы его заслужили.

Саймон пошел за щенком. Тот немедленно стал облизывать его лицо, словно они не виделись лет десять.

Поворачивая грузовик к мостику, Саймон оглянулся. Фиона как раз входила в дом в сопровождении своих собак.