Anamnesis vitae. Двадцать дней и вся жизнь - Татьяна Шарпарь

– Пошили? – Что?

– Платье?

– А, нет. С материалом не определились.

Алексей достал блокнот и записал: спросить у Натальи насчет портнихи.

– Что вы такое пишите? – забеспокоилась Мария Геннадьевна. – Я на суде ничего не подтвержу.

– Пока вас на суд никто еще не вызвал, – успокоил ее Алексей. – А вот скажите, как вела себя Анна Дмитриевна? Может быть, она делилась с вами какиминибудь опасениями?

– Ничем она не делилась, отдала мне бутылку ликера, как будто я сантехник какой. И денег, конечно, дала. Не зря же я в такую даль тащилась.

Она еще подумала и добавила:

– И за такси заплатила. Туда и обратно. Только я обратно на метро поехала, сэкономила.

– А что за ликер был? – скорее для порядка спросил Алексей.

– Не ликер, а бальзам, – уточнила Мария Геннадьевна. – Она еще сказала, что ей сегодня такую же бутылку для меня передали, но сам перепутал и уже унес ее в багажник. Поэтому она свой бальзам мне отдала, а тот, который подарили, себе оставит.

– А кто подарил?

– Да Анька же Корчак, – как тупому, пояснила Мария Геннадьевна, – я ей костюм перешивала. Работы было много, пришлось почти весь пиджак перекраивать. И швы там на оверлоке обработаны были, почти весь день распарывала.

– То есть Анна Дмитриевна взяла себе бутылку бальзама, которая предназначалась вам, а вам отдала свою? – уточнил Алексей.

– Да, она мне так сказала.

– А почему Анна не принесла эту бутылку вам сама? – Да ей там от работы близко. Она мне звонила дня за два до этого и сказала, что дала мой номер телефона ювелировой жене, мол, она спрашивала, нельзя ли у меня платье пошить. А у меня тогда и заказов не было, и лишняя копеечка не помешает. И заодно сказала, что отнесет бальзам для меня к ювелиру на квартиру.

– Вы что, бальзам у нее просили?

– Да нет, – терпеливо, как очень недалекому человеку, разъяснила Мария Геннадьевна, – я ей сказала, что надо за костюм рассчитаться, а она сказала, что денег пока нет, так, мол, пока отдаст бальзамом. Мне этот бальзам и даром не надо было, но с паршивой овцы хоть шерсти клок.

– А почему вы взялись за работу, хотя знали, что она не сможет рассчитаться? – нетерпеливо спросил Алексей.

– Я ей сразу сказала, сколько это будет стоить. Она не отказывалась платить.

– Заплатила?

– Через месяц заплатила, через Лидку передала. – Они были с Лидией знакомы? – Стало быть, были.

Кажется, Мария Геннадьевна сама удивилась этому открытию.

– А что с Лидкой-то? – вспомнила она.

– Пока она задержана по подозрению на покушение на жизнь Ивана Ильича Горчакова, – спокойно ответил Алексей.

– Как, покушению? – всерьез испугалась женщина. – Так, покушению. Собирайтесь, Мария Геннадьевна, поедете с нами. Надо оформить ваши показания протоколом.

– Никуда я не поеду, мне вообще плохо. Вызовите скорую.

– Ничего, в тюремной больнице тоже есть врачи, – вдруг очень весомо заявил молчавший до этого Саша.

– Слушай, любопытный экземпляр ты мне привез, – Константин Петрович был необыкновенно благодушен и словоохотлив. – Столько интересного рассказала, я прямо в восторге. Как это мы раньше ее не зацепили? Получается, что ювелира отравили по ошибке? А? Каково? Ты меня слушаешь или нет?

Алексей, конечно, слушал.

– Слушаю, только не могу себе представить, что из-за какой-то мифической ошибки можно отравить человека.

– Романтик, – поставил диагноз Константин Петрович, – ты на нашей работе еще не нахлебался? Не сыт подобными историями? Я думал, что нас с тобой уже ничем не удивить.

– Да не романтик я, конечно, – досадливо огрызнулся Алексей, – но всегда вздрагиваю от человеческой подлости и мелочности.

– Как думаешь, отпустить ее или подержать до завтра?

– Это ты сам решай, ты процессуально не зависимое лицо. Дашь мне поручение, я ее до квартиры сопровожу, не сам, конечно. Мне общения с ней хватило по горло.

– Да, неприятная дамочка.

– Ты все-таки думаешь, это Корчак их по ошибке? – Не знаю. Как-то тут все закручено лихо. И холдинг, и родственники – все перепуталось. И Мусалимов с какого-то боку. Да, еще же бывшая невеста Ивана Горчакова есть – ее пальчики нашли на жуках в квартире, помнишь? У меня такое чувство, что кто-то умный дергает все персонажи за веревочки, а они только двигаются в заданном направлении. Как-то так.

– Не перемудреж? Боюсь я слишком заумных версий. В жизни все проще: захотел денег – украл. Взревновал – убил. А эта бабушка Машкова? Тебе не кажется, что она и подставу организовать может?

– Кого подставляем?

– А если это она бутылки подменила? Могла? И мотив у нее тоже железный, прямо-таки железобетонный: все то же наследство.

– Ума у нее хватило бы на такую хитрую комбинацию?

– Да комбинация-то сама по себе немудреная: типичная подстава для устранения конкурента, только в кулуарном масштабе.

– Слушай, Алексей Николаич, я тебе иногда поражаюсь. Вроде не граф, а слова такие знаешь – кулуарный.

Алексей засмеялся:

– Я еще знаю слова будуар и импрессионизм.

– Эка, образованный. Так что с дамочкой делать будем? – уже другим тоном спросил следователь Михайлов.

– Подержи ее пока, а там видно будет. Кстати, ее дактилоскопировали? У меня тут пальчик на дне бутылки той, ну, на которой вообще ничего не нашли, есть. Женский, между прочим.

На том конце помолчали, а потом следователь очень по-казенному распорядился быстро предоставить ему материалы, которые неизвестно по какой причине не оказались в деле. А это, как известно, нарушение УПК. Вот так-то.

Наталья заканчивала выборку для автореферата, когда в дверь позвонили. Кто это мог быть? Алексей на службе. Связь с ним только в крайнем случае по выданному ей телефону. По городскому звонить не рекомендовано. Как быть? Подойти к двери? А вдруг там снайпер? Она на цыпочках прошла в ванную, осмотрелась. Ничего не протекает. Звонили очень настойчиво. Не будет она открывать и в окно смотреть не будет. Конспирация так конспирация. А по телефону сейчас позвонит. Она зашла в «свою» комнату, укрылась с головой одеялом и набрала номер.

Алексей ответил сразу:

– Что случилось?

– Звонят в дверь, очень настойчиво. Я боюсь.

– Не подходи, не отвечай. Сиди на диване, подальше от окна. Поняла?

– Поняла.

Через минуту на лестничной клетке появилась тетя Саша с мусорным ведром. Она внимательно оглядела мужчину, который непрерывно давил кнопку звонка.

– Молодой человек, что вам тут надо? – спросила она строго.