Преследование праведного грешника - Элизабет Джордж

По работе Терри частенько приходилось разносить открытки по телефонным будкам в районе Южного Кенсингтона. Обычно он отправлялся туда по вечерам, поскольку с наступлением темноты снижалась вероятность того, что полиция застукает его за этим неблаговидным занятием. Он проходил по обычному маршруту в окрестностях Куинс-гейт, и вдруг в одной из будок зазвонил телефон.

— Телефон зазвонил на углу Элвастон-плейс, — уточнила Вай.

Шутки ради Терри снял трубку и услышал мужской голос, сказавший: «Пакет в «Альберт-Холле». Сектор Q, седьмой ряд, девятнадцатое место», после чего разговор прекратился.

Таинственный характер звонка заинтриговал Терри. Слово «пакет», намекающее на передачу денег или наркотиков либо каких-то важных документов, резко усугубило его интерес. Поскольку он как раз находился неподалеку от того места, где королевский «Альберт-Холл» выходил на южный конец Гайд-парка, то Терри решил заглянуть туда. Публика уже начала расходиться после концерта, и он, легко проникнув в зал, нашел указанный сектор и обнаружил под девятнадцатым местом пакет с нотами.

«С музыкой Чандлера, — подумала Барбара. — Но кто, черт возьми, его туда положил?»

Терри поначалу решил, что попался на удочку и выполнил дурацкое поручение, предназначенное для любого простака, решившего снять трубку в будке на углу Элвастон-плейс. Заглянув к Вай за очередной порцией открыток, он рассказал ей об этом забавном приключении.

— Я подумала, что на этом можно заработать, — объяснила Вай Барбаре. — И Никки согласилась со мной, когда я рассказала ей о находке Терри.

Шелли вдруг отбросила руку Вай и буркнула:

— Не желаю ничего слышать об этой сучке.

На что Вай ответила:

— Кончай уже, Шелл. Она умерла.

Шелли в ярости метнулась к своему стулу. Плюхнувшись на него, она с угрюмым видом скрестила руки на костлявой груди. Барбара на минутку представила себе далеко не легкие будущие взаимоотношения этих двух подруг, учитывая, что одна из них попала в весьма зависимое положение. Вай проигнорировала эту демонстрацию обиды.

Все они лелеяли честолюбивые замыслы, сказала она Барбаре. Терри носился с идеями целевого искусства, а Вай и Никки мечтали стать создателями первоклассной эскортной фирмы. Они также нуждались в дополнительной прибыли с тех пор, как Никки порвала отношения с Адрианом Битте. Всем им необходимы были денежные вливания, а это музыкальное произведение выглядело как их возможный источник.

— Понимаете, я вспомнила, что вроде бы на одном из аукционов «Сотбис» продавали какие-то вещи Леннона и Маккартни. Причем их фанаты отвалили за оригинал одной только песни несколько тысяч фунтов. А к нам попала целая рок-опера. Я сказала, пусть Терри попытается продать ее. Никки предложила провести исследования и найти хороший аукционный дом. Мы собирались поделить деньги, полученные от продажи музыки.

— Но с какой стати вы с Никки на что-то рассчитывали? — спросила Барбара. — Ведь в конце концов, пакет-то нашел Терри.

— Да. Но он был неравнодушен к Никки, — просто сказала Вай. — Ему хотелось произвести на нее впечатление. Только и всего.

Барбара уже знала, что за этим последовало. Нейл Ситуэлл из аукционного дома «Бауэре» открыл Терри глаза на существование закона, охраняющего авторские права. Он направил его на Сохо-сквер, сообщив, что там можно зайти к управляющему «Кинг-Райдер продакшн», который подскажет ему, как связаться с адвокатами Чандлера. С рок-оперой под мышкой Терри отправился к Мэтью Кинг-Райдеру. Увидев ноты, сообразительный Мэтью быстро смекнул, как можно воспользоваться ими, чтобы вернуть себе богатство, которого его лишило отцовское завещание. Удивительно только, почему он сам не предложил деньги за эту рок-оперу? Почему решил убить Терри, чтобы завладеть ею? А еще проще, почему бы просто не приобрести права на это произведение у семьи Чандлера? Если постановка, которую обеспечит эта рок-опера, окажется подобной былым постановкам совместных произведений Кинг-Райдера и Чандлера, то Мэтью огребет целую кучу денег в виде процентов, даже если половина отойдет Чандлерам.

А Вай тем временем продолжала говорить: «…не смог назвать ему никаких имен», когда Барбара вышла из задумчивости и спросила:

— Что? Простите, что вы сказали?

— Мэтью Кинг-Райдер не дал Терри имени адвоката. Он вообще не дал ему ни о чем спросить. Он выгнал его из кабинета, как только увидел, что Терри принес с собой.

— Когда увидел рок-оперу?

Вай кивнула.

— Терри сказал, что он покраснел как рак и вызвал охрану. Тут же вошли два амбала и вытолкали его из офиса.

— Но Терри отправился туда только затем, чтобы получить адрес адвоката, верно? Ведь только этого он хотел добиться от Мэтью Кинг-Райдера? Или он хотел получить от него деньги? Какое-то вознаграждение или что-то наподобие.

— Мы все хотели, чтобы деньги дали ему Чандлеры, как только узнали, что эту штуку нельзя продать с аукциона.

В палату вошла медсестра с небольшим квадратным подносом в руках. На нем лежал шприц с лекарством. Пора делать уколы, сообщила женщина.

— Последний вопрос, — взмолилась Барбара. — Зачем Терри поехал во вторник в Дербишир?

— Я попросила его, — сказала Вай. — Никки считала, что я зря беспокоюсь из-за Шелли…

Рыжеволосая подруга встрепенулась. А Вай продолжила скорее для нее, чем для Барбары:

— Она все посылала и посылала мне письма, постоянно крутилась поблизости, и я уже начала ее бояться.

Шелли подняла тонкую руку и ткнула себя в грудь.

— Меня? — удивленно спросила она. — Ты боялась меня?

— Никки рассмеялась, когда я рассказала ей о письмах. Но я подумала, что если она сама их увидит, то мы сможем придумать, как успокоить Шелли. Я написала Никки записку и попросила Терри передать ее Никки вместе с письмами. Как я уже говорила, он был неравнодушен к ней. Искал любой повод для встречи. Ну, вы понимаете, о чем я говорю.

Медсестра прервала их общение.

— Мне все-таки придется попросить вас закончить допрос, — заявила она, подняв шприц.

— Да-да, я готова, — сказала Вай Невин.

На обратном пути в Чок-Фарм Барбара заглянула в продуктовый магазин, поэтому добралась до дома уже после девяти вечера. Войдя в свой маленький коттедж, она разобрала покупки и запихнула их в буфет и маленький холодильник. Все это время она мысленно прокручивала полученные от Вай Невин сведения. Где-то среди этой информации должен быть спрятан ключ к пониманию всего случившегося не только в Дербишире, но и в Лондоне. Наверняка, подумала она, если просто выстроить все факты в правильном порядке, то обнаружится потерянная связь.

С тарелкой разогретого готового блюда «Роган Джош», приготовленного из филе баранины с индийским соусом в отделе кулинарии гастронома, постоянным покупателем которого Барбара стала, переехав жить в этот район, она устроилась за обеденным столиком возле фасадного окна коттеджа. Она налила себе тепловатого пива «Басе» и положила рабочий блокнот рядом с кофейной чашкой, из которой ей приходилось пить уже несколько дней, поскольку вся имеющаяся в доме посуда, включая столовые приборы и стаканы, громоздилась в миниатюрной кухонной раковине. Глотнув пива, Барбара подцепила вилкой кусочек баранины и принялась просматривать записи последнего разговора с Вай Невин.