Свадьба с огоньком - Татьяна Луганцева

Утро Юра встретил в одноместной палате под капельницей. Ночью с него смыли могильную грязь и отвезли в операционную, где старый знакомый Волков осмотрел его рану. Слава богу, она оказалась поверхностной и не опасной, и ее зашили под местным наркозом. И, вколов противостолбнячную сыворотку и мощный антибиотик, отправили в палату отсыпаться.

Сергей Семенович, полный, невысокий мужчина с добродушным лицом, украшенном усами, вошел в палату:

– Привет, друг! Как чувствуем себя?

– Спасибо, Сергей, все в порядке.

Врач подошел к нему, сел на кровать и, взяв руку, стал считать пульс.

– Другого ответа и не ожидал. А ты, красавец, не изменился, к тридцати пяти годам все как мальчишка. Ладно, я тебя штопал в двадцать лет, но сейчас-то…

– Несчастный случай, – улыбнулся Юра, натягивая на себя одеяло, хотя в палате было душно и жарко. – Скажи, док, почему я все время мерзну? Меня просто трясет.

– Во-первых, кровопотеря, во-вторых, переохлаждение: и несколько дней тебя будет знобить. Еще бы несколько часов в этой могиле, и последствия могли бы быть необратимы.

– Спасибо девчонке, что вытащила меня, – согласился Юра, – она, кстати, тоже переохладилась. Как она?

– Я не знаю. Она отказалась от госпитализации и уехала.

– Вот черт! Я же просил ее подождать! Надеюсь, она оставила свой адрес? – забеспокоился Юра.

– Нет, она не оставила своего адреса, она оставила деньги.

– Деньги? – переспросил Юра.

– Да, мокрые, мятые купюры, видимо, пострадавшие, как и вы. Я принес их тебе – друзей за деньги не лечу.

– Зачем она их оставила? – не понимал Юра.

– На твое лечение, дорогой, – засмеялся Сергей Семенович, – добрая самаритянка.

– Да она сама нуждается в деньгах, это было видно по всему! Я же богатый человек, зачем она отдала свои жалкие гроши?! – Юре стало плохо от бессилия и несправедливости.

– Ну уж этого я не знаю, дети мои. Значит, ты ей не сообщил, что являешься богатым человеком. А если судить по твоему вчерашнему виду, так можно было подумать, что ты бомж. Кстати, ты был перевязан женской кофтой, она вся в грязи и крови, возвращаю ее тебе.

– Это ее кофта, – глухо ответил Юрий.

– Не бери в голову! Ну, помогла тебе эта женщина, спасибо ей за это. А то, что она оставила деньги, так это ее личное дело, что теперь сделаешь?

– Я не привык быть в долгу перед кем-то. Меня спасли, дали денег, и кто? Это я хотел дать ей денег! Вот ведь попал! – разволновался Юрий.

– Да не переживай ты так, – растерялся Сергей Семенович.

– Как же я теперь найду ее?

– Может быть, она сама тебя навестит? Я помню, ты раньше производил неизгладимое впечатление на женщин, и они липли к тебе, как пчелы на мед.

– Боюсь, что в могильной жиже я не успел произвести на нее должного впечатления, – возразил Юра. – Да и характер стальной я в ней почувствовал, несмотря на цыплячий вес.

– Ладно, я зашел проверить твое самочувствие и вижу, не умираешь. С тобой хочет поговорить следователь. Сам понимаешь, ножевое ранение… – развел руками доктор, демонстрируя этим жестом, что ничего не может поделать.

– Я поговорю, – кивнул Юра, – и сегодня же отправлюсь домой.

– С дыркой в боку? Дней пять-семь придется полежать, – покачал головой Сергей Семенович.

– Нет, я порядки знаю, силой вы меня держать не имеете права. Я распишусь, что ухожу по доброй воле, – упрямо сдвинул красивые черные брови Юрий.

– Ну, смотри… но уколы антибиотиков ты еще раз пять должен сделать, чтобы закончить курс.

– Сделаю, – пообещал Юра.

Сергей Семенович вышел из палаты, а его место занял бодрый молодой следователь:

– Лейтенант Соловьев Павел Александрович. Вы в состоянии давать показания?