Секретные поручения - Данил Корецкий

Заскрежетал сейф, и он вернулся с несколькими женскими фотографиями и каким-то списком.

— Посмотри…

Фотографии были не совсем резкими, в углах просматривались полукружья печатей.

Денис понял, что они пересняты с паспортов. Мадлен он узнал сразу. Здесь она не улыбалась и смотрела в объектив широко открытыми глазами.

— Вот она…

Мамонт сверился со списком.

— Мадлен Дюпарк, родилась в Авиньоне, тридцать восемь лет…

— Тридцать восемь?! — поразился Денис. — А выглядит гораздо моложе…

— Не замужем, реставратор музея в Лионе, — задумчиво дочитал контрразведчик. — Проверим, какой она реставратор…

— А что такое? — Денис не понял, чем вызван такой интерес к милой женщине.

— О чем думает обычный человек на речной прогулке? — принялся объяснять Мамонт.

— Он расслаблен, любуется природой, и ему по барабану — у кого какое кольцо.

Другое дело разведчик! Он всегда насторожен и постоянно ожидает подходов со стороны контрразведки страны пребывания. А потому обращает внимание на мелочи, странности, нестыковки и пытается их прояснить. Именно это и делала Мадлен.

— Выходит, она?.. — удивился Денис. — Да нет, ерунда!

Мамонт пожал плечами.

— А ты думаешь, у разведчика на лбу написано, что он разведчик? Или рога растут?

— Нет, но все же… Такой поспешный вывод…

— Выводов пока никто не делает. Просто мадемуазель Дюпарк представляет оперативный интерес. Проверим ее, и все станет ясно. Правда, может и не стать…

Но если ей вздумается посетить нас еще раз, мы будем держать ее под контролем.

На всякий случай.

— Перестраховщики!

— А как ты думал? — Мамонт снисходительно улыбнулся. — Вся наша работа и есть перестраховка. И в этом большой смысл. Когда в каждом подозреваешь шпиона, рассматриваешь под увеличительным стеклом, проверяешь со всех сторон, то из десяти раз один попадешь в точку. Или из ста. Или из тысячи. Конечно, много лишней работы, пустого труда… Но иначе зачем вообще нужна контрразведка?

«Идиотизм!» — подумал Денис. А вслух спросил:

— Как же вы ее будете проверять?

— Этого я тебе сказать не могу, — спокойно ответил старший лейтенант. — Во всяком случае, пока. Я и так с тобой очень откровенен. Тебе крепкий чай?

Денис не обиделся. У каждого свой уровень осведомленности. А Мамонт доверяет ему больше, чем другим. Во всяком случае, он единственный из группы, кого наставник принимает в этом помещении. И уже не первый раз.

— А что с датчанами? — поинтересовался Мамонт за чаем.

— Среди них нет никакого Мишеля, Константин Иванович, — уверенно сказал Денис. — То, что Отта с Карлом поселились в «Кавказе», на одном этаже с Бен-Ави, — чистая случайность, это администратор им посоветовала: шестой этаж самый тихий. В номере оружия нет, фальшивых документов тоже. И контейнера с микрофильмами я не нашел. Позавчера прихватил у Отты видеокассету, просмотрел ее на хорошей профессиональной аппаратуре — обычный Джеймс Бонд, «Голдфингер», без всякой кодировки. Есть несколько восьмимиллиметровых кассет, на которых Карл работает, там тоже все чисто.

— Вот так, да? — сказал Мамонт. Он не казался огорченным. Ну ни капельки. Денису это показалось странным.

— А кстати, как тебе удалось установить контакт и так здорово развить его?

— Да… Просто, — Денис смущенно хмыкнул. — Взял их под контроль на выходе из гостиницы и пошел следом. Они ходили пешочком, не торопясь, — город осматривали.

На рынок зашли, по набережной погуляли, в «Золотом блюде» раков поели с пивом, потом на Лысую гору забрались… А на Богатяновке заблудились. Отта хохочет и заставляет Карла дорогу спрашивать. Ну тот и спрашивает: то по-своему, то по-английски. А полиглотов у нас как-то негусто… Я через проходняк нырнул и вышел им навстречу, Карл меня тут же и окликнул.

— По своей инициативе, — с гордостью добавил он. Это действительно была хорошая работа.

Мамонт прищурился.

— А если бы не окликнул? Что тогда?

— Тогда бы у меня ботинок развязался, — пожал плечами Денис. — Или сигареты уронил. Или… Да ерунда это, не мог не окликнуть. Иностранцы все время ищут своих в толпе, у них зрение заряжено на пиджачные пары и зубные протезы. Из одиннадцати человек, которых остановил Карл, семь были в костюмах, еще двое — в сорочках и при галстуке. Это для них стереотип «своего».

— Ага, — кивнул Мамонт. Он слышал великое множество теорий, которые имели хождение только потому, что поверить в них проще, чем опровергать.

— Я сказал, что сам не местный, из Новороссийска, но попробую сориентироваться.

Так мы дошли до самой гостиницы. Карл пригласил выпить. А дальше все пошло само собой. Никакой особой моей заслуги тут и нет. Тем более что и результата нет.

— Не скромничай, — сказал Мамонтов. — И сколько же ты за ними ходил?

— Около шести часов. Точнее, пять часов сорок минут. Кстати, они не проверялись.

— Откуда ты знаешь? — чуть заметно усмехнулся старлей.

— Так видно же!

— Так прямо и видно? — наставник перестал скрывать усмешку. — Проверки — это целая наука. И умение их определять — тоже. Этому учатся шесть месяцев — семестр.

Денис несколько смутился.

Контрразведчик подумал, что из Холмса выйдет толк. Парень находчив, коммуникабелен, очень внимателен, упорен и умеет анализировать факты. Что он мог слышать о Бен-Ави? Почти ничего, так — крохи какие-то. Однако запомнил, аккуратно сложил в какой-то уголок памяти и сохранил до поры. А когда момент подошел, сумел увязать с Мишель.

— А насчет отсутствия результата ты не прав, — Мамонт перестал улыбаться и стал очень серьезным. — Результат есть, только выскочил он не с той стороны. Вчера мы арестовали Цигулеву…

— Арестовали?! — расплескивая чай, Денис оттолкнул чашку. Лицо исказила гримаса, словно кто-то со всей силы заехал ему в солнечное.

— Не надо ее жалеть, это редкая сука! И тебя она не жалеет: жаловалась, что ты заставлял ее сожительствовать с целой армией нелегальных эмигрантов из Сирии…

— Я?!

— Рассказывает, как ты сажал ее на иглу, как черные над ней издевались. И про многих других тоже: как кололи, как насиловали, как заставляли. Та еще штучка!

Но главное не в этом…

Мамонт на миг задумался, как бы решая — говорить или нет.

— Главное, что Цигулева и есть та самая Мишель!

На лице у Дениса облегчения не проявилось.

Мамонт хотел добавить, что эту суку искали целый год, из-за нее майор Смирнов едва не вылетел без пенсии на гражданку. Что она и есть та самая дырка, дырища, через которую информация о тиходонском НИИ «Точмаш» потоком лилась за кордон.