Хранители завета - Том Эгеланн

— Мы слышали по радио, что вы нашли пещеру в Тингведлире.

Она смотрит на меня, будто ждет, что я дам какое-то объяснение.

— Большое спасибо. Преподобный Магнус был бы очень благодарен.

Пока я молча улыбаюсь, она кивает и повторяет, что муж ждет в машине. Я еще раз благодарю ее. Она уходит.

4

Я разрываю конверт и вынимаю листок.

Простите меня, но я ничего не могу с собой поделать и громко смеюсь. Преподобный Магнус остался самим собой. Даже перед смертью.

В тексте три строки. Написанные рунами.

На первый взгляд текст кажется абсолютно непонятным. Я знаком с руническими знаками, но и на второй, и на третий взгляд все равно в нем нет смысла.

Сверху на листочке написано:

G88C3

Под этим следует текст:

Я долго смотрю на текст и пытаюсь найти смысл. Но даже тогда, когда я знак за знаком продираюсь через текст, он остается непонятным. Нечитаемым. Не имеющим смыла.

Надпись руническими знаками зашифрована.

Возможно, он опасался чего-то. И потому оставил сообщение для меня у друзей, которым доверял. От этой мысли мурашки побежали у меня по телу. По-видимому, преподобный Магнус чувствовал, что ему угрожает смертельная опасность.

Что же он такое знал, чего никому не выдал?

Читая текст, я чувствую в нем наличие некой схемы. Совершенно очевидно, что преподобный Магнус сделал в своем послании сдвиг знаков по системе Цезаря, но на сколько знаков и в каком направлении?

Из своего гостиничного номера я звоню моему волшебнику-шифровальщику и диктую ему рунический текст.

— G88C3, — бормочет он. — Это и есть, очевидно, ключ к коду.

У меня в голове мелькает светлая мысль.

— G88! Это официальное обозначение Кюльверского камня! — кричу я.

Кюльверский камень был найден у могильника около усадьбы Кюльвер на шведском острове Готланд в 1903 году. Известняковая плита содержала алфавит старших рун.[26]Заменяем рунические знаки на буквы латинского алфавита и получаем следующий текст:

iii.ndдёёо.hþd

rёtwpgdt: uёp dÞb

sдёёþwu: dёp oёutpёhgs

— Мы приближаемся к разгадке, — говорит Терье. — Этот код не особо сложный. СЗ. Неужели это всего лишь Цезарь-3?

Попробуем. Если следовать правилу Цезаря о сдвиге на три знака вперед, мы получаем следующий текст:

www.gmail.com

Username: din mor

Password: min lidenskap

— Вуаля! — говорит Терье. — Новенький с иголочки электронный адрес на сайте gmail.com: имя пользователя — имя твоей мамы, пароль — страсть Магнуса.

Ах, Магнус, ах, хитрец!..

Я благодарю Терье за помощь, вхожу через свой ноутбук в Интернет, набираю адрес почтового сайта. Вписываю имя своей матери, а затем — большую страсть Магнуса, но это вовсе не Снорри, как можно было бы предположить, a foie gras[27]— два слова, которые, чтобы стать паролем, должны писаться слитно.

В почтовом ящике лежит только одно письмо.

В строке «Тема» написано:

Бьорну.

Текст короткий:

«Shit happens![28]Удачи, Бьорн! Я с тобой. Твой друг Магнус».

Я открываю приложение. Некоторое время сижу и молча смотрю.

Преподобный Магнус прислал мне отсканированную и оцифрованную полную версию «Кодекса Снорри».

5

Я провожу в Исландии еще несколько дней.

Меня все время сопровождают двое полицейских в форме, которые самим фактом своего присутствия мешают мне делать то, что, собственно, надо делать.

У меня и Трайна непрерывно берут интервью газеты и телевизионные каналы по поводу обнаружения грота и серебряного ларца с манускриптом, который получил название «Свитки Тингведлира». Название не случайно. В 1947 году один пастух нашел в Кумране, недалеко от Мертвого моря, в пещере, древние свитки. В течение последующих десяти лет пастухи, бедуины и археологи обнаружили еще не менее 850 свитков с уникальными библейскими текстами. Эти свитки вошли в историю как «Свитки Мертвого моря».

Я переслал электронную копию «Кодекса Снорри» Трайну и попросил его пока сохранять в секрете, что она у нас есть. В том числе и от полиции. Знаете, на всякий случай.

«Свитки Тингведлира» находятся в надежном месте — бронированном подвале Института Аурни Магнуссона. Ни динамитом, ни взрывчаткой «Семтекс», ни газовым резаком арабы не смогут вскрыть стальную дверь.

Трайн и руководство института пригласили трех специалистов — двух лингвистов и одного историка — для перевода текста.

Сам я решаю вернуться в Норвегию. Полиция не возражает. Напротив, они рады. Рано утром мои провожатые отвозят меня в аэропорт и следят за тем, чтобы я в целости и сохранности взошел на борт.

Представляю, с каким чувством облегчения, оттого что отделались от меня, они машут руками вслед моему взлетающему самолету.