Блондинка в озере. Сестричка. Долгое прощание. Обратный ход - Реймонд Чандлер

— Поворот совсем близко, — сказал Уэйд. — Знаете?

— Знаю.

— Кстати, вы не сказали, как вас зовут.

— Филип Марло.

— Хорошо звучит. — Внезапно он резко изменил тон. — Минутку. Это не вы были замешаны в деле Леннокса?

— Я.

В машине было темно, но он стал пристально всматриваться в меня. Позади остались последние дома на главной улице Энсино.

— Я ее знал, — сообщил Уэйд. — Немного. Его никогда не видел. Странная эта история. Полиция, говорят, вас потрепала?

Я не ответил.

— Может, вы не хотите об этом говорить? — сказал он.

— Возможно. А вас почему это интересует?

— Я же писатель, черт побери. Это потрясающий сюжет.

— На сегодня возьмите отгул. У вас, наверно, еще слабость не прошла.

— О'кей, Марло. О'кей. Я вам не нравлюсь. Понял. — Я свернул, и впереди замаячили невысокие холмы с просветом посередине — это была Беспечная Долина.

— Дело не в том, нравитесь вы мне или нет, — сказал я. — Ни то, ни другое. Я вас не знаю. Ваша жена попросила найти вас и доставить домой. На этом моя миссия закончится. Не знаю, почему она выбрала именно меня. Я уже сказал — это просто работа.

Мы обогнули склон и очутились на широкой, хорошо вымощенной дороге. Он сказал, что дом будет через милю, справа. Назвал номер дома, который я знал и без него. Этот парень, несмотря на свое состояние, так и рвался поговорить.

— Сколько она вам платит? — поинтересовался он.

— Об этом речи не было.

— Сколько бы ни заплатила, все будет мало. Я вам страшно обязан. Вы здорово поработали, приятель. Я того не стою.

— Это вам сейчас так кажется. — Он засмеялся.

— Знаете что, Марло? Пожалуй, вы мне симпатичны. В вас сволочизм есть — и во мне тоже.

Мы подъехали к дому. Он был двухэтажный, обшитый дранкой, крыша веранды опиралась на тонкие колонны. Длинная лужайка тянулась от дома до густых зарослей кустарника, огороженного белым забором.

Над входом горел свет. Я въехал на асфальтированную дорожку и остановился возле гаража.

— Сами дойдете?

— Конечно. — Он вылез из машины. — Хотите зайти, выпить или просто так?

— Спасибо, в другой раз. Подожду, пока вам откроют. — У него участилось дыхание.

— Пока, — отрывисто произнес он.

Он осторожно двинулся по мощеной тропинке к дому. На секунду ухватился за белую колонну, потом толкнул дверь. Она открылась, он вошел. Дверь осталась открытой, на зеленую лужайку падал свет. Внутри сразу послышались голоса. Я дал задний ход и стал отъезжать. Кто-то меня окликнул.

Я поднял глаза и увидел, что на пороге стоит Эйлин Уэйд. Я не остановился, и она побежала вслед. Пришлось затормозить. Я выключил фары и вылез. Когда она подошла, я сказал:

— Надо было мне вам позвонить, но я боялся от него отойти.

— Конечно. Сложно это все оказалось?

— Ну… не просто визит вежливости.

— Зайдите, пожалуйста, и расскажите мне подробно.

— Его надо уложить спать. Завтра будет как новенький.

— Его уложит Кэнди, — сказала она. — Сегодня он пить не будет, если вы об этом.

— И в мыслях не было. Спокойной ночи, м-с Уэйд.

— Вы, наверно, устали. Сами не хотите выпить? — Я закурил. Казалось, что я не пробовал табака уже пару недель. Просто наслаждение.

— Можно мне разок затянуться? — Она подошла поближе, и я передал ей сигарету. Она вдохнула дым, закашлялась и со смехом отдала ее обратно.

— Чистое дилетантство, как видите.

— Значит, вы знали Сильвию Леннокс, — сказал я. — Вы потому и решили меня нанять?

— Кого я знала? — в голосе звучало удивление.

— Сильвию Леннокс. — отобрав назад сигарету, я затянулся как следует.

— А, эту женщину, которую… убили, — произнесла она тревожно. — Нет, мы не были знакомы. Но я про нее слыхала. Разве я вам не говорила?

— Простите, уже забыл, что вы мне говорили.

Она притихла, стройная, высокая, в белом платье. Свет из открытой двери падал сзади на волосы, они мягко поблескивали.

— Почему вы спросили, связано ли это с тем, что я вас — как вы выразились — наняла? — Когда я замешкался с ответом, она добавила: — Может, Роджер сказал, что они были знакомы?

— Когда я назвал свое имя, он вспомнил об этом деле. Сразу про меня не сообразил, только потом. Он так много наговорил, что я и половины не помню.

— Понятно. Я побегу, м-р Марло, а то вдруг мужу что-то понадобится. Так что если вы не хотите зайти…

— Это вам на память, — сказал я.

Я обнял ее, притянул к себе и запрокинул ее лицо. И крепко поцеловал в губы. Она не сопротивлялась и не отвечала. Спокойно отстранившись, она посмотрела на меня.

— Не надо было этого делать, — произнесла она. — Это нехорошо. Вы слишком славный человек.

— Верно. Очень нехорошо, — согласился я. — Но я целый день был таким славным, верным, послушным псом. Вы меня соблазнили на одно из глупейших дел в моей жизни, и, черт побери, оно оказалось словно по нотам расписано.

Знаете что? По-моему, вы с самого начала знали, где он находится или, по крайней мере, знали, что доктора зовут Верингер. Вы просто хотели, чтобы я познакомился с вашим мужем и впутался в эту историю. Чтобы почувствовал себя ответственным за него. Может, я сошел с ума?

— Конечно, сошли, — холодно заявила она. — Никогда не слышала такой возмутительной чепухи. — Она повернулась, чтобы уйти.

— Минутку, — сказал я. — От этого поцелуя шрама не останется. Вам только так кажется. И не говорите, что я такой славный. Лучше бы я был мерзавцем.

Она оглянулась.

— Почему?

— Если бы у Терри Леннокса не было такого славного друга, как я, он сейчас был бы жив.

— Да, — спокойно произнесла она. — Почему вы так уверены? Спокойной ночи, м-р Марло. И большое вам спасибо почти за все.

Она пошла вдоль газона. Я проводил ее глазами. Дверь закрылась. Свет у крыльца погас. Я помахал в пустоту и уехал.