"Убийственная" вдова, или Бумажные дела Кремнева - Фридрих Незнанский

— Что? — Егор непонимающе на нее взглянул. — Пакет?.. Ах, да — пакет.

Он поднял руку и тряхнул пакетом:

— Я тут купил ей фруктов и конфет.

— Конфеты можешь забрать обратно, Насте их нельзя. А за фрукты спасибо.

— Нельзя конфеты? — Егор хмыкнул. — Что за глупость. Ведь их же специально делают для детей.

— У нее больные зубки, — сказала Мария. — Ты не знал?

— Нет.

Мария усмехнулась:

— Меня это почему-то не удивляет.

Егор поморщился.

— Маш, кончай, а? Подумаешь, опоздал на полчасика. Ведь не конец же света. Зайду завтра. Я теперь надолго в Москве.

— Что так? — прищурила золотисто-карие глаза Мария. — Тебя повысили в должности и сделали начальником департамента?

Егор невесело усмехнулся:

— Скорее, наоборот. Влепили выговор и загрузили бумажной работой.

— За что на этот раз?

— Как всегда.

— Нарушение субординации?

Егор кивнул:

— Угу.

Мария вздохнула:

— Вижу, жизнь тебя ничему не учит.

Кремнев примирительно улыбнулся, хотя это стоило ему больших усилий.

— Маш, давай не будем ссориться. Можно я пройду в спальню?

— Зачем? Настя ведь спит.

— Ничего. Я просто постою и посмотрю. Ужасно по ней соскучился. Можно?

Мария покачала головой:

— Нет.

— Почему?

— В последние дни она очень беспокойно спит. Если проснется и увидит тебя, ее потом полночи не уложишь.

Кремнев нахмурился.

— Черт… — проворчал он. — Ну почему всегда так происходит?

— Потому что ты всегда ставил работу выше семьи.

— Маш, не начинай, а?

Мария вздохнула:

— На меня тебе всегда было плевать, но дочь… Такое ощущение, что ты намеренно…

— Маша! — оборвал ее Егор.

Несколько секунд оба молчали.

— Почему ты опоздал? — спросила Мария устало.

— Уколов взвалил на меня гору бумажной работы.

— И это все?

Кремнев покачал головой:

— Нет. Погиб один из наших. Новичок. Совсем еще мальчишка.

По лицу Марии пробежала тень.

— Погиб на задании? — тихо спросила она.

— Нет. Покончил собой.

Брови Марии приподнялись.

— Покончил собой? Из-за чего?

— Из-за женщины.

— И тебе поручили разобраться в этом деле?

Егор отрицательно мотнул головой:

— Нет. За это дело я взялся сам.

— Почему?

— Я должен это сделать. Парень был одним из нас, понимаешь?

Мария вздохнула:

— Понимаю. Тебе, как всегда, больше всех надо. Что ж, меня это не удивляет. Оставь пакет с фруктами и уходи.

— Маш, я…

— Не спорь, Егор.

Кремнев посмотрел на закрытую дверь спальни и поставил пакет на пол. Постоял немного, вздохнул и пошел к двери. Однако, уже взявшись за дверную ручку, остановился и посмотрел на Марию.

— Маш, что если мы втроем сходим в субботу в зоопарк?

Мария усмехнулась:

— Эта песня хороша, но слышу я ее уже в десятый раз. Не позорься, Кремнев. В субботу ты улетишь куда-нибудь в Никарагуа или Гондурас… И даже забудешь позвонить и предупредить, чтобы мы с Настей тебя не ждали.

Егор сдвинул брови.

— Неужели я всегда так поступаю?

— Да, Кремнев. Всегда. И самое обидное, что ты сам этого не замечаешь.

Егор рассеянно поскреб пятерней в затылке.

— А если я скажу, что этого больше не повторится? — неуверенно проговорил он.

Мария насмешливо прищурилась:

— Ты сам-то в это веришь?

— Да… То есть…

— В этом-то все и дело, — вздохнула Мария. — Ладно, Егор, иди. Если будешь в субботу в Москве, позвони нам. Может, что-нибудь и придумаем. Что еще?

— Маш, а может, мы с тобой…

Мария покачала головой:

— Нет.

— Но…

— Егор, мы обсуждали это много раз. Я устала быть боевой подругой супермена. Я хочу нормальной человеческой жизни. Той жизни, которую ты не в силах мне дать. Спокойной ночи, Егор.

— Спокойной ночи. Поцелуй за меня Настю.

Егор повернулся и вышел из квартиры.