Закон вселенской подлости - Елена Логунова

Электрифицированного идиота тетка и Егорыч, переглянувшись, пропустили первым. Не дай бог, раздавит во рту свою лампочку, нажрется стекла, помрет ведь, не приведи боже…

Сам Егорыч пошел вторым. Рука у него жутко болела и выглядела пугающе – опухшая, красная, вся в багровых царапинах и дырках от уколов. Не рука, а клешня вареного рака-гиганта.

– Кто это вас так? – опасливо поинтересовалась тетка в подштанниках. – Кошка бешеная или, может, еж?

– Я вообще-то не понял, – признался Егорыч. – И, покосившись на забытую кем-то газету, добавил: – Может, вообще змея. Ядовитая, зараза!

Газета из разряда «желтых» пестрела тематическими заголовками: «Городские голуби смертельно опасны», «Рыбаки выловили в пруду карася-монстра» и «Грибника укусил уж-мутант».

Тетка, явно уже успевшая пролистать ту газетку, почтительно охнула и пропустила неведомо кем укушенного вперед.

– Это, батенька, никакая не змея и даже не ежик! – обработав раны потерпевшего и вытянув из них два обломка желтых иголок, охотно объяснил хирург. – Это, представьте себе, кактус!

– Какой кактус? Откуда у нас кактус? – не поверил Егорыч – вынужденный знаток типичной городской растительности.

– Уж не знаю, но факт остается фактом: вы у меня сегодня уже второй пациент с уколами иголками кактуса, – жизнерадостно сообщил хирург. – Утром уже приводили одного такого, так сказать, маленького человека, только у него нога была травмирована. Он, что удивительно, тоже не знал, что поранился кактусом, а я, признаться, не сразу понял, какие такие шипы извлекаю, пришлось даже справочную литературу полистать. В нашей местности, знаете ли, редко кому случается поймать пяток заноз от крупного кактуса.

– Это все потому, что человек в естественную среду грубо вмешивается, – рассудил Егорыч, сам живущий, почитай, на лоне природы. – Испохабили всю экологию, и нате вам – кактусы-монстры на людей нападают!

– Преувеличиваете, батенька, но зерно истины в ваших рассуждениях, конечно же, есть.

Добродушно похохатывая, эскулап наложил на обработанные раны Егорыча повязку с мазью и велел некоторое время руку поберечь, не нагружать.

– Одна иголка очень неудачно попала в нервный узел, – объяснил он пациенту. – Так и руку потерять недолго было, знаете ли.

Он представил себе заголовок статейки в «желтой» газете: «Кактус-монстр лишил человека руки» и похихикал над этой фантазией, но беззвучно, про себя, чтобы не обидеть и не напугать пациента.

Едва войдя в квартиру, Катерина сразу поняла: Вовка, скот, опять напился!

Пониманию поспособствовали пустая бутылка и стакан на столе в кухне, а также мощный храп в гостиной. Здорово, значит, нализался, если даже до спальни не дошел.

И где только деньги на пойло нашел, скотина?!

Катерина в сердцах громко шваркнула об пол сумку с моющими средствами, щетками и мочалками. Вовку это, конечно, не разбудило, да и самой Катерине облегчения не принесло.

Вот Вовка гад, морда пьяная! Катерина-то думала после обеда в «Мир садовода» за грунтом съездить, Вовка за грузчика сошел бы, сама-то она и одного мешка не дотащит.

Катерина расстроилась пуще прежнего.

В ее тяжелой и безрадостной жизни счастливых моментов было мало, и почти все они приходились на то время, когда Катерина самозабвенно возилась с горшечными растениями. Просторная светлая лоджия была полностью оккупирована зелеными друзьями Катерины.

А Вовка посвящал себя служению зеленому змию.

Сняв и затолкав в стиралку одежду, в которой она убирала чужие квартиры, Катерина быстро приняла душ, надела домашний халат и босиком, с мокрыми волосами, заторопилась в свой маленький рай. Традесканцию пора было обработать мыльным раствором и сполоснуть теплой водой, а орхидею не помешало бы притенить…

Потерю в стройных рядах питомцев Катерина заметила сразу же, хотя коварный Вовка и попытался замаскировать образовавшуюся брешь, расставив оставшиеся горшки попросторнее.

Вот, значит, где он деньги на водку взял! Пропил кактус Грузона, паскуда!

– Ты куда мою эхинацею дел?! – безжалостно растолкав супруга, потребовала ответа разъяренная Катерина.

– Эхи… Нахи…

Вовка что-то помямлил, а потом вполне отчетливо послал жену на три буквы.

– Продал кому-то, паскуда, – поняла Кате-рина.

Ждать, пока подлюга Вовка проспится и расскажет все толком, она не могла. За это время кактус могли и в другой город увезти! А что? Запросто! Эхинацею Катерина выкормила-выпоила знатную, такую на любую выставку представить не стыдно.

Открыв секретер, Катерина отыскала ручку и старую тетрадку в линейку, села и вывела на первом листе:

Объявление

Пропал редкий кактус – Эхинацея Грузона…

В «Мир садовода» она, разумеется, не поехала. Вместо этого Катерина полдня раскатывала по городу на трамваях-троллейбусах, расклеивая в местах наибольшего скопления граждан свои объявления.

От помощи дилетантов наша профессиональная художница отказалась и росписью по кактусу занялась единолично. Мы с Эдиком, чтобы не мешать рукодельнице, ушли на кухню и озадачились приготовлением ужина.

В холодильнике было пустовато, не помешало бы сходить в магазин и пополнить запасы провианта, но оставлять Юлю одну мне было страшновато. Оставлять ее вдвоем с Эдиком – тоже. Парень-то он вроде неплохой, но пока не прошел проверку у следователя, нет гарантий, что не маньяк.

Маньяки – они же как раз такие милые и симпатичные.

До тех пор, пока не начинают кроваво маньячить.

А новый наш знакомый тем временем не ленился зарабатывать очки. Он безропотно почистил картошку и добросовестно перемолол жесткую волокнистую говядину ручной мясорубкой – подвиг, который мне никогда не удавался по причине нехватки грубой физической силы.

Румяная картошечка уже почти дошла до готовности, и котлетки на сковородке веселым шкворчанием символизировали о приближении к полной кондиции, когда Юля громко позвала нас из комнаты:

– Идите принимать работу!

Я уменьшила огонь под сковородками, и мы с Эдиком пошли полюбоваться Юлиным творчеством.

– Ух ты! Как будто так и было! – оценил реалистичность произведения неискушенный зритель Эд.

Я обошла вокруг журнального столика, на котором стояла Чучундра Вторая, придирчиво осматривая кактус со всех сторон.

В самом деле, иголки убедительно пожелтели.

– А это что? – Я ткнула пальцем в узел колючек, раскрашенный в несколько тонов а-ля чайная роза.

Укололась, ойкнула и сунула палец в рот.

– Осторожнее! Это я не удержалась и покреативила немного, – призналась Юля. – Скучно все колючки одинаково желтым красить, было бы прикольно разрисовать их в фантазийном стиле.