Зигзаг неудачи - Валентина Андреева

Димка очередной раз оказался прав. Интересные открытия начались сразу же, как только мы помахали руками дождливой Москве, разобрались с билетами и принялись открывать чемоданы. Я удивилась первая и сразу же впала в состояние прострации, увидев содержимое чемодана, в котором рассчитывала найти свой спортивный костюм. Новый, кстати. Старый, вместе с ветровкой и запасными шортами, на всякий случай, сунула в чемодан мужу. Надо же было его чем-то заполнять… Сверху аккуратно лежали Димкины футболки. Я еще подумала, что они ему в поезде точно не пригодятся. На самом дне покоились два платья, сарафан и закрытый купальник, которые пихнула для себя, опять-таки на крайний случай: не была уверена, что доведется надевать. Где-то в середине уютно устроились Славкины шорты и пакет с его спортивными штанами в дорогу и шлепанцами, прямо на новой бейсболке и сумке с феном. Вот уж это я точно в чемодан не убирала. Переворошив Димкино нижнее белье, отметила две коробки с конфетами, но уже не удивилась и не порадовалась.

– Ключи! Пакет с ключами! – настойчиво билась в голове навязчивая мысль. – Мы нечаянно перепутали чемоданы…

– Не разбери поймешь! – возмутился Вячеслав, открыв второй чемодан. – Ма! Я хорошо помню, что положил плеер с наушниками в твой чемодан, выкинув оттуда две коробки с конфетами. А сейчас здесь только Ленкины тапки!

– Дай, дай, дай, сюда! – обрадованно завопила Алена. – А я-то уж хотела объявлять их во всекупейный розыск! Не лапай коробки! Конфеты папик нам с мамулей подарил. Хотел сюрприз сделать, чтобы мы катились себе спокойно и с удовольствием. А ты этот сюрприз выкинул!

– Не выкинул, а сунул в чемодан к своим шлепкам. Чтобы подружились. Так где мой плеер?

– Не знаю. Мне бы свой костюм найти. С ним в пакете еще новый детектив лежал. Переставь мамочку и открой следующий чемодан. Желательно побыстрее. Сейчас вернется Наталья Николаевна после похода к Лешке, мало не покажется.

Я с трудом осмысливала появление на полке третьего чемодана.

– Вот он, твой плеер! – возвестила Алена. – Ну это мои вещички… А остальное мамочкино. Славка, переставь ее на другое место. Видишь, человек задумался. Мам, он полез за пирожками!

– Сидеть! – вяло скомандовала я. – Кто додумался взять с собой отцовский чемодан? Силы девать некуда?

Возня стихла. Теперь уже столбняк напал на деток.

– Так это… – проронил сын с набитым ртом. – Мы думали, этот чемодан тоже собрался ехать с нами. Там твои вещи были.

– И он был полупустой, а наши грозили лопнуть…

В голосе дочери слышалась легкая укоризна.

– Зато теперь твои босоножки папик точно не забудет. Кроме них, ему и везти нечего.

– Нет! Это не поезд поляков Москва – Варшава, блин!

Дверь купе резко распахнулась, явив нам рассерженную Наталью.

– Там купе только на троих. Три полки друг над другом и умывальник, трансформирующийся в столик. Здесь – без умывальника, на четверых и никакой свободы передвижения! У Лешки гораздо лучше. В плане этой самой свободы. Три девицы бальзаковского возраста и он. Так до конца и поедет на свободе. Притулится где-нибудь в тамбуре. Как бы до Туапсе не женился. Правда, мне начальник поезда обещал… Ну не буду говорить, а то сглазите. А почему вы до сих пор не переоделись?

Суета стихла примерно через полчаса. До сознания стало доходить, что мы в дороге. Переодетые и умытые сидели за столом, наворачивали все подряд, любуясь унылым дождем, серым небом и грустным подмосковным пейзажем. Мелькали пригородные станции с нахохлившимися в ожидании электрички пассажирами, привычные одноэтажные деревянные домики и теснившие их коттеджи. Земля, будучи не в силах впитывать влагу, проявила строптивость. Огромные, похожие на озера лужи заставляли думать о том, что когда-то она была мировым океаном. И если именно там зарождалась жизнь, то мы вроде как направлялись к истокам давно обмелевшей и забытой родины.

После трапезы и под мерный перестук колес потянуло в сон. Я аккуратно прилегла позади Аленки. Но тут начался раздел полок. Нижние, само собой, забронировали мы с Наташкой. Отсюда вытекало, что верхние полки должны поделиться между Аленкой и Славкой. Сложность была в том, что ни я, ни подруга не хотели оказаться жертвой несчастного случая. Только я про это молчала, а Наталья опасалась за свое здоровье вслух. Но обе были уверены – ни одна висячая полка Славку не выдержит. Его это, похоже, совсем не волновало, он сосредоточенно возился с фотоаппаратом. Сыну было абсолютно все равно, на кого рухнуть во сне.