Укрепрайон «Рублевка» - Александр Смоленский

Шатунов сделал вид, что не заметил колкого выпада в свой адрес. Он резко покинул туалет, оставив Сытого наедине со своей естественной нуждой.

– А говорят, у нас тут олигархов нет! – Вице-премьер искренне улыбнулся идущему навстречу главному сельскому банкиру Грушину. – Разве вы, господин Грушин, часом, не на Рублевке обитаете?

– Да нет, там нам не по карману, – ответил тот.

– Ну-ну. – Словно размышляя над чем-то отвлеченным, Шатунов двинулся дальше.

А что, действительно торжество смазано, когда нет настоящей элиты? Шатунов задал себе этот вопрос, подразумевая непривычное отсутствие в зале большей части той самой бизнес-элиты, к которой уже стала привыкать вся страна.

Странно, но он даже не рассматривал в такой плоскости сегодняшний праздник. Но с другой стороны, с этой публикой все равно надо рано или поздно разбираться. Президент сделал лишь первый шаг, отдав лишь часть олигархической команды на растерзание следователям и прокурорам. Но кто-то же должен сделать второй, третий шаг... И если вдруг все-таки он окажется преемником, значит, он и должен сделать этот шаг.

Краем глаза Шатунов заметил, как к директору ФСБ Любимову и его бывшему заместителю Кушакову, недавно назначенному руководить Службой национальной безопасности, поспешил слегка полноватый мужчина с остатками былой военной выправки и принялся что-то горячо нашептывать обоим. Никто из гостей приема, кроме вицепремьера, даже не обратил на этот эпизод практически никакого внимания. Но Сергей Васильевич все понял: то, что должно было произойти этой ночью, уже случилось.

К неудовольствию жены он дал ей понять, что пора откланяться. Наденька стояла в окружении жен ближнего круга коллег и друзей вице-премьера, о чем-то весело сплетничала, но не ослушалась мужа. Только вернувшись в редко посещаемую ими городскую квартиру, она позволила себе удивиться столь скорому уходу из Кремля.

– В кои веки выбралась с тобой отдохнуть, а ты взял и утащил меня в такую рань.

– Помилуй, дорогая, уже полночь. Мне надо рано на работу. Ты же сама знаешь, президента нет, а дел невпроворот.

Всю дорогу он названивал директору СНБ Кушакову, но телефон, как назло, молчал. Только во втором часу, когда Наденька была под душем, Кушаков на какое-то мгновение ответил. Настолько коротко, что Шатунов даже пожалел, что столь долго унижался, вызванивая генерала.

– Утром буду у вас. Пока все неоднозначно.

Телефон отключился, оставив вице-премьера в тревогах и сомнениях.

* * *

В восьмом часу он уже ехал в Дом правительства, хотя будь он не при чинах, с удовольствием прошелся бы пешком, благо квартира, которую ему выделили хозяйственники управделами президентской администрации, была рядом с Белым домом.

В новом кабинете, большом и неуютном в сравнении с тем, который он занимал совсем недавно в Кремле, Сергей Васильевич никак не мог пообвыкнуть. И нынешнее утро не оказалось исключением. В ожидании звонка он уже, наверное, полсотни раз прошагал маршрут от дальнего окна к столу и обратно.

Телефонные аппараты АТС-1 с государственным гербом на диске упорно молчали.

Интересно, их кто-нибудь подслушивает? Шатунов слышал, что разговоры по ВЧ практически невозможно подслушать. Может, так оно и было раньше, но чтобы сейчас?! Свежо предание, да верится с трудом.

Наконец! Сподобился. Звонит.

– Здравствуйте Сергей Васильевич, – послышался в трубке глуховатый голос Кушакова.

– Приветствую вас, Петр Семенович! – сдержанно ответил вице-премьер, стараясь придать голосу спокойствие и уверенность.

– Выспались? – вежливо-нейтрально спросил гэбэшник. – Мне доложили, что разъезд гостей был поздним.

– Только не для меня. В начале первого мы с женой уже были дома.

– Где был я, напоминать, надеюсь, не надо. Но ночь, должен заметить, в смысле тарарама удалась.

О том, что происходило в получасе езды от Кремля, ни радио, ни ящик еще не сообщали. Поэтому Кушаков по привычке говорил втемную.

– Вы меня понимаете?

– Конечно, понимаю.

«Молодец, однако, этот Кушаков! – подумал Шатунов. – Чувствуется школа. Профессионал. И человек, судя по всему, порядочный. Раньше времени никого светить не хочет. Мало ли что? Хотя именно такие вот профессионалы могут быть опасны в будущем».

– Может быть, заглянете ко мне? Прямо сейчас. А то в праздничной кутерьме даже нормально не поговорили.

– С удовольствием. Буду минут через двадцать, – коротко ответил Кушаков. – Может, прихватить коллег?

– Да нет, не думаю. Просто не вижу необходимости. Пока, по крайней мере. К тому же меньше знаешь – лучше спишь! Не так ли, Петр Семенович? – Шатунов про себя усмехнулся шутке.

Как и обещал, директор АНБ появился в его кабинете ровно через двадцать минут. Шатунов вышел из-за огромного дубового стола, очевидно, сохранившегося в Белом доме еще с советских времен.

Ни директор АНБ, ни новоиспеченный кандидат в преемники никогда особо не были близки. Сказывалась разница в возрасте. Кушаков был лет на пятнадцать старше, да и деловые биографии в прошлом не пересекались.

Шатунов краем уха слышал, что бывший заместитель Любимова своими излишне прямолинейными действиями чуть не завалил некую операцию «Меморандум» и недовольный директор ФСБ упросил президента избавить себя от совместной работы с Кушаковым.

Если бы Петр Семенович не был личным другом всесильного президентского советника Крутова, его бы без излишних церемоний отправили на пенсию. Но хитроумный советник сумел представить историю с меморандумом так, что чуть ли не Кушаков своими активными действиями способствовал благополучному разрешению серьезного политического конфликта. После чего генерал Кушаков возглавил новую спецслужбу – АНБ, весьма закрытую, чтоб о ней иметь суждение.

Позже Сергей Васильевич даже прочитал об этой истории в романе «Заложник», появившемся в печати следом за событиями. Но особой доблести, если верить все-таки книге, в действиях Кушакова не нашел.

...Они обменялись рукопожатием и устроились за традиционным для подобных кабинетов журнальным столиком, который в окружении цветов и кресел стоял ближе к огромным окнам.

Директор АНБ по-деловому раскрыл кожаную папку.

– Тут полный отчет. Документы секретные...

– Что же вы предлагаете? – поинтересовался Шатунов, не имеющий опыта общения с такими специфическими документами. А то, что это именно такие документы, Сергей Васильевич ни на секунду не сомневался. – После прочтения я должен съесть эти бумажки?

– В отчете все подробно описано и объяснено. Информация, как вы понимаете, не для чужих глаз и ушей. Главное в ней, что «объект» полностью изолирован. Естественно, налицо изрядная паника. Есть первые локальные столкновения с представителями власти. Прежде всего, как мы и ожидали, у карантинных постов. Но иначе и быть не могло... Впрочем, СМИ уже получили четкую и выверенную информацию о событии.