Не верь зеркалам - Антон Чижъ

Игнатьев рассказал, что примерно через полчаса в номер вошла сотрудница отеля в форменном кителе. Блондинка с короткой стрижкой. Лицо в кадр не попало, потому что камера снимала со спины.

– Блондинки среди сотрудников отеля не нашли?

Игнатьев молча кивнул.

– Сколько она пробыла в номере?

– Чуть больше тридцати минут. Ушла так, что видна на камере со спины.

– Описать можете?

– Средний рост, обычная фигура, особых примет нет.

– Изображать мог кто угодно. Только надеть форму.

– Вам виднее, вы же актерскую игру изучаете.

Варвара пропустили шпильку мимо ушей.

– Вы наверняка просмотрели все камеры: откуда эта блондинка появилась?

– Вошла через служебный ход, – нехотя ответил Игнатьев. – У нее на лице была маска.

– Охрана ничего не заподозрила?

– Помогли пройти через турникет, – сказал Игнатьев, будто проверял.

Варвара задумалась на секунду.

– У нее в руках было что-то тяжелое?

– Почти угадали: легкое. Но объемное.

– Воздушный шарик большого размера?

Игнатьев кивнул. Варвара была рада, что сумела отбить подачу. А ведь лейтенант играет с ней исподтишка. Надо быть внимательной.

– Вы проследили, как блондинка вошла в отель, – продолжила она. – У номера она была уже без шара, что понятно: просто сдула. Когда она вышла из номера, куда пошла дальше?

Игнатьев почему-то медлил.

– Никуда, – наконец сказал он.

Варвара сделала вид, что не поняла, хотя догадка подмигнула ей.

– Она вышла из люкса и… пропала?

Лейтенант промолчал слишком красноречиво.

– Блондинка исчезла? – не унималась Варвара.

– Мы не смогли найти ее ни на одной камере.

– Она же не могла растаять, как призрак.

– Не могла, – резко ответил Игнатьев. – Это все?

Варвара поняла, что надо уходить с больной мозоли, на которую надавила слишком сильно.

– Когда Добронина вернулась вечером, брала ключ на рецепции?

– Забрала с собой еще днем. Может, хватит?

– Последние вопросы, Павел, – пообещала Варвара. – Пакет из-под молока и упаковки от ягод в номере не нашли?

– Нет, – ответил Игнатьев и встрепенулся: – Как узнали?

– Сотрудники отеля носят резиновые перчатки?

– Сейчас это обязательно.

– На пакете и упаковках могли оказаться отпечатки, которые убийца не забыл унести, – поставила Варвара маленькую, но победную точку. – Чем была снята кожа с лица?

– Очень острый нож, как скальпель.

– От чего умерла женщина в ванной?

– Опять вы о том же… Пока данных нет, результат обычно бывает не сразу, но мы попросили поторопиться. Будет завтра или послезавтра…

– Эксперты что-то предполагают?

– Болевой шок и потеря крови.

– А почему убитая не сопротивлялась?

Игнатьев допил бутылку и шмякнул об стол.

– Как это поняли?

Мужчина смутился. Это хорошо.

– На углу ванны лежал планшет с моим блогом, – сказала Варвара. – На полу ванной нет луж и малины, значит, женщина не оказывала сопротивления: легла в ванну и дала себя убить. Сколько ей примерно лет?

– Шестьдесят, шестьдесят пять… Может, закончим допрос?

Раздражение было искренним. Варвара решила не перегибать палку. Для начала.

– Готова дать признательные показания, – сказала она, следя за лицом лейтенанта.

– В чем будете признаваться?

– Добронина сняла номер не для того, чтобы отдохнуть в одиночестве. Она пригласила своего жениха, Шляпича, для того чтобы… Для романтического свидания. Перед свадьбой. А потом отменила.

– Почему?

– Шляпич винит капризы Доброниной.

– Вы и его допросили? – печально спросил Игнатьев.

– Сам разболтал.

– Каким образом?

Варвара чуть не сказала: «Подкатывал ко мне».

– Приглашал прокатиться в кабриолете с ветерком. Пожаловался на невесту и предлагал дружбу.

Если Игнатьев намек понял, то себя не выдал.

– Значит, его свидание отменила Добронина. Почему?

Варваре тоже хотелось это знать.

– Могу предположить: она стала что-то подозревать. Испугалась умереть, отменила встречу. Тут возникает куда более серьезный вопрос.

– Какой? – напряженно спросил Игнатьев.

– Кто и почему пошел вместо нее. На смерть.

Лейтенант помотал головой:

– Хотите сказать, что Добронину заказали?

Варвара услышала откровенную насмешку: дескать, насмотрелась, девочка, сериалов. Насмешек Варвара не терпела.

– Вам не кажется странным, Павел, что убийца, владеющий скальпелем, то есть не новичок, убил совершенно другого человека вместо Доброниной?

Игнатьев постучал донышком бутылки по столешнице. Ответа у него не было.

– Убийца снял с лица кожу, – не унималась Варвара. – Но при этом не заметил, что это не Добронина. Как такое возможно?

– Пожилых женщин часто путают.

Кажется, Игнатьев не слишком верил в то, что сказал. Варвара это уловила. И не разжала коготки, которыми вцепилась в него.

– Павел, давайте посмотрим, что могло происходить.

– Давайте, – безрадостно согласился лейтенант.

Варвара никогда не использовала свое изобретение, «театр разума», публично. Случай выпал подходящий.

– Давайте представим, – сказала она, забирая пустую бутылку. – Жертва входит в номер, готовит по рецепту ванну, ложится…

Бутылка легла на стол.

– Купается, возвращает красоту, смотрит мой блог. Тут входит убийца, – Варвара не нашла, кто бы мог сыграть эту роль, и воткнула в столешницу указательный палец. – Что делает убийца?

– Заходит в ванную.

Варвара подвинула бутылку к пальцу.

– Жертва не пугается, не вскакивает из ванны, не поднимает крик. Почему?

– Увидела сотрудницу отеля, – ответил Игнатьев. – Рум-сервис, номер люкс.

– В номер был заказан ужин?

– На одиннадцать вечера. Я вам этого не говорил.

– А я ничего не слышала, – ответила Варвара. – Вот причина, почему жертва не испугалась. Дальше… – она тихонько подтолкнула бутылку к Игнатьеву. – Жертва теряет сознание. Есть следы удара по голове?