Убийца среди нас - Энн Грэнджер

Ошеломленный Маркби вернулся к насущному:

— Понятно. А теперь расскажите, как вы очутились в винном погребе.

При упоминании последних событий вся живость сошла с ее лица, и оно приняло прежнее измученное выражение.

— Я бежала за Хоуп, пыталась поймать ее и остановить. Но тут побежали все, и я оказалась в толпе. Она выставила себя на посмешище, и… у нее был такой нелепый вид! Когда все сгрудились в погребе — вы дали ей свой пиджак, а еще кто-то шаль… В общем, мне стало нехорошо. Захотелось поскорее уйти. Я боялась, что Хоуп меня окликнет и все станут на меня глазеть. А ведь в подвал проник и оператор с телевидения!

— Да уж, — сухо кивнул Маркби.

Совсем непросто избавиться от съемочной группы, если операторы поняли, что оказались на месте преступления, особенно убийства.

— На лестнице толпились люди, подняться наверх было невозможно. Поэтому я пошла вглубь, в пустую, как мне казалось, часть винного погреба. Но она не была пустой. Там была Эллен… мертвая!

Зои замялась в нерешительности. Ее рассказ в общем совпадал с тем, что Мередит недавно ухитрилась прошептать старшему инспектору на ухо. Неясным оставалось одно.

— Дама, которая прибыла на место происшествия вскоре после вас, увидела, как вы выходите из-за стеллажа с винами, где вы, очевидно, прятались.

Зои кивнула:

— Я услышала, что кто-то идет, и подумала, что возвращается убийца. Я испугалась и забилась в нишу за ближайшим стеллажом.

— Ясно. А теперь подумайте хорошенько. Не заметили ли вы поблизости кого-нибудь еще до того, как в подвал пришла мисс Мередит?

— Нет, кроме меня и Эллен, там никого не было. Конечно, в первом подвале, где нашли Хоуп, было очень многолюдно и шумно. Но, как мне кажется, я бы обязательно услышала шаги, если бы в дальнем конце подвала был кто-то еще.

— Вы даже мельком никого не заметили? Не слышали ни шума, ни шороха? — не сдавался Маркби. — Вы уверены, что возле… тела больше никого не было?

От ужаса глаза у нее сделались огромные, как блюдца. Она поняла, на что намекает старший инспектор.

— Я ее не убивала!

— Успокойтесь, — ласково проговорил он. — Я только пытаюсь представить, как все было. Вы прикасались к телу или к орудию убийства?

Зои вздрогнула и покачала головой.

— Хорошо, тогда у меня пока все. Сейчас к вам подойдет сержант Пирс; он запишет ваши показания, как полагается. Кстати, вы не собираетесь покинуть Бамфорд — скажем, поехать в отпуск?

— Я не езжу в отпуск, — уныло ответила девушка. — Никогда. Мне надо присматривать за животными. Ведь в приюте, кроме меня, больше никого нет. — С новым всплеском энергии и вновь блеснувшим непокорным взглядом она добавила: — Но я не жалуюсь! В конце концов, мои питомцы составляют смысл моей жизни!

Маркби невольно подумал: «Какое грустное признание в двадцать четыре года!»

* * *

— Было просто ужасно, — резюмировала Лора Данби.

Шел первый час ночи. Они втроем сидели в разных позах в гостиной Данби. На улице все стихло, но тишина лишь усугубляла их беспокойство. Пол сгорбился в кресле. Развязанный галстук свисал с шеи, как кусок уродливой ленты. Лора сбросила туфли на высоком каблуке, а ноги положила на журнальный столик. Мередит сидела на диване, поджав под себя ноги. На полу стояли кружки из-под выпитого кофе. Все ждали Алана.

— Как долго его нет! — вздохнула Мередит. — А может, он вообще не придет.

— Он обещал, что придет. Если Алан говорит, что придет, значит, обязательно придет — хоть и в три часа ночи.

— Надеюсь, что раньше, — мрачно пробурчал Пол.

— Тогда иди ложись! — отрезала его жена.

— И нечего на меня срываться! Я не подбрасывал труп в винный погреб старины Шумахера!

— Но вы его и не нашли! — с горечью возразила Мередит.

Супруги Данби участливо посмотрели на нее.

— Не повезло. — Лора покачала головой.

— Это послужит мне хорошим уроком не бродить где попало. Надо было оставаться со всеми.

— А голая толстуха… — заговорил Пол исполненным ужаса голосом. — Ну и ну!

— На меня она произвела сильное впечатление, — заметила Мередит. — И если она хотела обратить на себя внимание…

— Да уж, обратила! Отвратительное зрелище, — отрезала Лора. — Впрочем, чего и ждать от Хоуп Маппл! Намалевала какой-то транспарант… Наверное, пыталась выразить протест. Видимо, протест как-то связан с этим ее обществом, но все равно странно. — Лора развернулась к Мередит и начала объяснять: — Хоуп преподает рисование в группах для взрослых, дает уроки макраме, рукоделия и так далее. До сегодняшнего дня я считала ее разумной особой, хотя и немного… странной. Не представляю, что на нее нашло.

В дверь позвонили.

— Алан! Я открою.

Пол с трудом поднялся на ноги.

— Извините, что заставил вас так долго ждать, — сказал Маркби, входя. — Если кофе остался, я бы выпил чашечку черного. Надо было сказать, чтобы вы ложились спать и не ждали меня.

— Как будто мы сейчас в состоянии уснуть! — возразила его сестра.

— Все равно всего я вам рассказать не могу. Тайна следствия. И потом, дело, видимо, передадут кому-нибудь другому. Я ведь тоже был у Эрика в гостях, поэтому вряд ли мне поручат расследовать убийство, которое гам произошло.

— Скажи хотя бы, отправили бедняжку Хоуп в тюрьму?

— Нет, с чего ты взяла? Завтра утром она предстанет перед судом магистратов.[2]Скорее всего, она отделается штрафом и обязательством впредь не нарушать общественное спокойствие. Я прочитал ей нотацию и отправил домой. Если после своей эскапады она простудится, это послужит ей хорошим уроком, — менторским тоном заключил Маркби.

Пол вышел в кухню сварить еще кофе. Лора встала:

— Пожалуй, пойду лягу. Увидимся утром!

Оставшись наедине с Мередит, Маркби бросил на нее затравленный взгляд.

— Извини… я рассчитывал, что мы весело проведем выходные.

— Тут ничего не поделаешь.

— Весь завтрашний день я тоже буду занят. Сам себе не завидую: полицейский, который случайно оказался на месте преступления! И начальству почему-то кажется, будто у меня фотографическая память. А у меня память самая обыкновенная! И в довершение всех наших бед, по округе рыщет маньяк-педофил! Наши силы напряжены до предела. — Маркби вздохнул. — Я-то надеялся, что мы с тобой как следует погуляем и поговорим о том о сем.

Мередит спустила ноги на пол и потянулась:

— О чем именно?