В стране слепых - Майкл Фрэнсис Флинн

– «Общество социальной физики имени Кетле», – сказал Чарли наконец.

– Кегле? – переспросил Коллингвуд. Ред взглянул на него – он сидел белый как мел. – Кетле? О боже!

Ллуэлин озабоченно посмотрела на него.

– Что с вами, Джереми?

Коллингвуд низко опустил голову.

– Это моя вина. Моя вина. – Он поднял глаза. – Гвинн, что еще было в повестке дня того заседания, в день взрыва? Кроме математического доклада Джима?

– Только твое короткое сообщение про Кетле и Бокля… – Она осеклась и тихо произнесла: – Ох… – И еще раз повторила, как будто откуда-то издалека: – Ох…

Ред попался вперед.

– Погодите, давайте разберемся. Вы собирались сделать какое-то сообщение об Адольфе Кетле?

Коллингвуд кивнул.

– Да, после Джима. Если бы осталось время.

Ред откинулся назад и вытянулся так, что оперся затылком о спинку стула. Вполне возможно. Кетле пробовал заниматься «социальной физикой». Изучал статистические закономерности преступности и писал о них. Вызвал среди европейских интеллектуалов целую дискуссию о свободе воли и детерминизме. Не вдохновил ли он подражателей так же, как и Бэббидж? Жаль, что в свое время мы не присмотрелись повнимательнее к тому, что происходило в Европе. А все наше проклятое самодовольство!

– Я собирался сделать сообщение о связях между Кетле и Боклем, – продолжал Коллингвуд. Он поднял глаза, провел языком по губам и снова опустил голову. – Вы знаете, что Бокль умер скоропостижно? Он был еще молод.

– Вы ни в чем не виноваты, – сказала Ллуэлин. – Откуда вы могли знать?

На мгновение Реду пришла в голову дикая мысль – она хочет сказать, что Коллингвуд не виноват в смерти Бокля? Он растерянно взглянул сначала на нее, потом на него, прежде чем опомнился.

– Мы не можем с уверенностью утверждать, – сказал Вейн, – что группа была уничтожена с целью не дать ей коснуться Кегле.

Все переглянулись.

– Нет, не можем, – согласился Ред. – Но совпадение чертовски странное, а я никогда не любил совпадений. В этом стоит разобраться.

– Мы тоже так подумали, – сказал Чарли. – И когда Пенелопа рассказала нам…

– Пенелопа? – переспросила Ллуэлин. – Пенни Куик?

– Интересно, был ли во всей группе хоть один настоящий ученый? – задал вопрос Коллингвуд, ни к кому не обращаясь.

Ллуэлин пристально посмотрела на него.

– Мы все настоящие ученые, – сказала она, и Коллингвуд прикусил губу.

– Пенелопа рассказала нам, чем занимался Коллингвуд, – продолжал Чарли.

– Поэтому мы послали на заседание своих людей. Мы планировали захватить Коллингвуда и выяснить, что ему известно. После взрыва мы продолжали наблюдение, следили за больницей и установили слежку за вами, когда вы попробовали улизнуть. Остальное… – Он взглянул на забинтованную руку своего товарища. – Остальное вы знаете.

– Погодите минуту, – сказал Коллингвуд. – А разве не сестра вас предупредила?

– Какая сестра? Нет. Мы все время были снаружи, на автостоянке.

Коллингвуд и Ллуэлин рассказали про дежурную сестру в больнице. Ред заметил, как все забеспокоились. Если человек поддается программированию под гипнозом, то можно ли доверять кому бы то ни было?

«Сестра звонила в группу „К“, – решил Ред. – Это единственное разумное объяснение. Только оно все равно кажется не слишком разумным. Если группа „К“ действительно устроила взрыв в Денверском университете, у них там непременно должны были быть свои агенты. Но тогда почему группа „К“ не появилась, когда Коллингвуд и его товарищи удирали из больницы? Они беспощадны, они подложили бомбу, как только поняли, что группе может просто прийти в голову поинтересоваться Кетле. Что-то не похоже, чтобы они могли упустить Четырех Мушкетеров».

С двух сторон вокруг особняка Детвейлера шла веранда. Ред стоял на ней, облокотившись на перила и наслаждаясь прохладным ночным ветерком. Перед ним расстилались прекрасно ухоженные владения хозяина. Немного поодаль виднелась залитая лунным светом каменная лестница, которая вела вниз, в парк. Стены, окружавшей его, отсюда не было видно. Из темноты доносился собачий лай. Ред глубоко вдохнул ночной воздух и потер руки. Здесь, на северо-востоке, ночами совсем прохладно. Изо рта у него поднимался пар.

Огромная, рыжая луна опускалась в проплывавшие над горизонтом бурые облака. Ред подумал, что на ту же самую луну, может быть, сейчас смотрит в Сан-Франциско Сара. Мистическая связь. Нет, вряд ли. Она – человек разумный и сейчас, должно быть, уже в постели.

Он услышал сзади какой-то шорох и резко повернулся. Там стоял Джереми Коллингвуд, сунув руки в карманы.

– Прохладная ночь, – сказал он Реду.

Ред еще раз окинул взглядом парк.

– Да, скоро осень. Она приходит каждый год, но каждый год мы этого не ожидаем. Вся теплая одежда еще в кладовой, и приходится наспех ее доставать.

– Мне сказали, что вы пошли прогуляться.

Ред ткнул пальцем в темноту.

– Слышите, как собаки лают? Не люблю гулять в обществе доберманов. Как идет компьютерный поиск?

– Неплохо. Тот номер, который вам сообщил… Кто там, говорите, у вас на том конце модема?

Ред обернулся через плечо.

– Один паренек. Са… Глория Беннет зовет его Умником. Толковый парень. Хакер из хакеров.

Коллингвуд внимательно посмотрел на него, потом пожал плечами.

– Так вот, домашний адрес этой женщины, Говард, который он нам дал… В общем, в день появления распечатки из уличных телефонов-автоматов в Сан-Диего было сделано несколько звонков в Брюссель и Париж. На плане города они образуют аккуратный маленький кружок вокруг ее дома.

Ред кивнул. Этого он и ожидал. Хорошая идея пришла в голову Чарли – проделать кластерный анализ телефонных разговоров с франкоязычными странами и сопоставить их с событиями, последовавшими за появлением распечатки. Правда, найти корреляцию между данными о Морин Говард из файлов Ассоциации и результатами кластерного анализа, уже проведенного Шестеркой, оказалось не так просто: ни он, ни Чарли не хотели идти на риск привлечь внимание к базам данных друг друга. В конце концов они решили использовать нейтральную территорию – терминал в публичной библиотеке в Омахе.

– Я предложил им проанализировать телефонные переговоры между Сан-Диего и Сан-Франциско. Выяснить, выходила ли Говард на связь с кротом, который проник в систему Кеннисона.

– Да кто только не проник в систему Кеннисона! – проворчал Ред. – К тому же… – Он повернулся к Коллингвуду, который, раскинув руки, сидел на деревянном диване-качалке. – К тому же проникнуть в систему можно из любой точки страны. Достаточно пришить «червя» или вирус к какой-нибудь коммерческой программе, или к биржевому бюллетеню, или к рекламному объявлению.