Тайна Черного моря - Игорь Чубаха

Успокоенные крылья жестяного самолетика выровняли полет, поймали наконец попутный ветер; Анатолий увеличил угол атаки, чтобы подняться выше, и оглянулся – как там поживают наши азиатские друзья в геликоптере?

Друзья поживали ничего себе и отступать пока не собирались: вертолет развернулся по широкой дуге над Васильевским островом и пошел на второй заход. Взрыкивая. Неудержимо. Как бык на красную тряпку. Отточенными секирами лопастей нарезая на ломти ночной прохладный воздух. Догоняя. Задирая обоюдоострый плавник хвоста.

Скорость у вертолета была несравненно больше, зато в маневренности он уступал жестяному крылу. Поэтому китайцы оставили попытки протаранить, скомкать, раздавить махиной вертолета скорлупку «планера».

Когда вертолет завис над Дворцовым мостом, овальная дверь в фюзеляже распахнулась, и внутрь ворвались мокрый ветер и громыхание мотора. Из кабины не пойми что прокричал пилот в наушниках, тыча пальцем в пол. Его не слушали.

Откинув крышку деревянного армейского ящика и скользя не снятыми в запарке роликовыми коньками, один из преследователей подхватил грязно-зеленый тубус, привычно пристроил его на плече и высунулся наружу. Упругий воздух отхлестал его по щекам. Упорхнула снесенная набегающим потоком шапочка, косичка затрепыхалась по плечам, как агонизирующая гадюка. Глаза тут же наполнились слезами. Проморгавшись, стрелок поймал в перекрестие прицела проблескивающий вдалеке над городом жестяной самолетик и плавно потянул пусковую скобу.

Пересекая границу воды и суши над Дворцовой набережной, Хутчиш услышал негромкое, хлопушечное «пуф». Базука! Над городом!

Анатолий покрепче ухватился за края самолетика (пальцы перестали болеть, словно их уже не было) и потянул его на себя, отчаянно давя носками кроссовок и коленями на вибрирующую плоскость.

Совершая маневр ухода, крыло увеличило тангаж, рыскнуло туда-сюда, заметалось над Мойкой. Выпущенная из базуки ракета ширкнула под прапорщиком и булькнулось в канал Грибоедова. Лениво рассеялся тянувшийся за ней белесый дым.

Китаец промахнулся, но даже не заметил этого: вцепившись в поручень возле распахнутого люка и разинув рот от изумления, он смотрел, как прямо под вертолетом из мутных пучин медленно всплывает мятая, ржавая, обросшая водорослями, как хиппи волосами, посудина.

Над Невой разнеслось победоносное, десятикратно усиленное отчаянно хрипящими динамиками: «Врагу не сдае-отся наш гордый „Варяг“! Пощады никто-о не жела-а-ет!»

Китаец прикрыл веки, помотал головой. Потом снова открыл глаза.

Нет, галлюцинация не исчезла: на волнах покачивался невесть откуда взявшийся, доисторический, теперь уже непонятно, в какой цвет некогда выкрашенный буксирчик. Вода стекала по его шершавым бортам, пенилась на палубе, срывала наросты водорослей и ракушек, бурными потоками, как из водосточных труб во время ливня, хлестала из клюзов.

От могучего удара ногой распахнулась дверь надстройки, и на палубу с трудом выбралось нескладное существо в скафандре, подсвеченное сзади тусклым изумрудным светом. Отклонилось назад, разглядывая вертолет, и погрозило ему зажатой в левой лапе бутылкой. После чего бутылка полетела за борт, а существо демонстративно подняло небольшую коробочку в правой лапе и с размаху ткнуло толстым пальцем в какую-то кнопку на ней. Потом оперлось спиной о ржавую надстройку и выжидательно скрестило конечности на груди.

Пилот вертолета заметил, что погасла одна из лампочек на приборной доске – зелененькая. Несколько секунд он тупо смотрел на нее, пытаясь смекнуть, что это означает. К несчастью для себя, пилот не читал по-русски, и о чем предупреждает надпись между лампочкой и неприметным тумблером, гласящая «СИСТ. ОПОВЕЩЕНИЯ „СВОЙ-ЧУЖОЙ“ ВКЛ/ОТКЛ», не понимал. Может, стоит щелкнуть тумблером? А вдруг это прибор аварийной остановки двигателя?

Он повернулся к напарникам и открыл рот, чтобы попросить совета, но опоздал.

Вообще-то, воздушные границы города на Неве от проникновения извне призваны охранять истребители МиГ-21, но при чрезвычайных обстоятельствах, когда, например, в силу каких-либо причин означенное проникновение уже произошло или же имеет место несанкционированная попытка не отвечающего на запрос воздушно-транспортного средства покинуть границу города, дежурный офицер сообщает о нарушении воздушного пространства вверх по инстанции и ждет ответа. Если поступает приказ «уничтожить цель», включается автоматическая система пресечения «Душанбе 87».

Однако вчерашний инцидент с запуском из центра города неустановленной баллистической ракеты научил дежурного, что, пока дождешься приказа, цель может уйти, а ведь по шапке надают именно ему, дежурному. Поэтому, когда автоматика засекла над городом неопознанный объект и зарегистрировала отсутствие ответа на вторичный запрос «свой-чужой», дежурный не колебался. И, не дожидаясь приказа, задействовал систему «Душанбе 87».

Для активизации этой системы требуется четырнадцать секунд (приведение в боевую готовность систем ПВО последнего рубежа, предупреждение объекта о нарушении воздушного пространства, уведомление командования Ленинградского военного округа о нарушении воздушного пространства, внесение координат цели в бортовой компьютер ракеты, зажигание). Тактической же крылатой ракете «Молния» класса «земля-воздух» с головкой теплонаведения и неядерной начинкой требуется восемь секунд для поражения воздушного объекта в пределах города – старт, выход на боевой курс, обязательная «горка» для уточнения координат и засечения низколетящего объекта, включение системы наведения и – подрыв боеголовки в радиусе не более трех метров от цели.

Спустя двадцать одну секунду после того, как на приборной доске вертолета погасла лампочка, китаец-стрелок, все ещё разглядывающий кораблик, всплывший из Невы самым загадочным образом, был отвлечен движением тени по правому борту. Он обернулся и увидел (впрочем, увиденное осознать не успел) рядом с собой повисшую в воздухе белую сигару метров семи длиной, с выведенной по трафарету красной краской надписью «МОЛНИЯ ПВО ЛЕНИНГРАДСКИЙ ВО РФ». И мир потонул в белом сиянии.

Вспышка желто-оранжево-голубого пламени озарила полнеба, разорвав сгущающийся мрак ночи, высветила корпус восставшего из пучины и теперь неторопливо сносимого течением буксира. Фигура на палубе кораблика нырнула в рубку, рванула рычаги, открывающие цистерны главного балласта. Ржавый механизм заело, – как гирляндами, увешанный водорослями буксир со скрипом накренился на правый борт. А дальше – ни в какую.

Небо над Невой наполнилось тысячью горящих, разлетающихся во все стороны обломков, похожих на искры брошенной с балкона и ударившейся об асфальт сигареты. Объятый пламенем остов вертолета рухнул в реку на расстоянии четверть кабельтова от таинственного буксира, поднятая им волна швырнула человека в скафандре на рычаги, стекло шлема разлетелось вдребезги, и давление внутри прорезиненной скорлупы скачком сравнялось с наружным.

Вышедшая в свой последний боевой поход госпожа Даккара, Капитан Тротил, как её называли недруги, умерла в страшных мучениях – растворенный в крови под давлением азот снова вернулся в газообразное состояние. Кровь закипела. Тело Капитана Тротила осело на палубу и замерло в позе морской звезды.