Парижская вендетта - Стив Берри

Быстро пролистав книгу, Элиза остановилась на странице, озаглавленной прописной буквой «R».

— Здесь та же комбинация точек. Согласно предсказанию, ответом для сочетания двух нечетных и трех четных является третий вариант.

Мастроянни забрал книгу — и его брови удивленно поползли вверх.

— Невероятно…

Ларок наконец улыбнулась.

— «Родится сын, но если им вовремя не заняться, хлопот потом не оберешься», — прочитал он вслух. — У нас и вправду будет сын! Мы узнали всего несколько дней назад. Предварительные анализы показали, что есть задержка в развитии. Врачи хотят начать курс лечения, однако это опасно и для матери, и для ребенка. Мы пока никому не говорили, сами гадаем, что делать. — Его волнение улеглось. — Но как возможно такое попадание?

— Рок, судьба.

— Можно попробовать еще раз?

Элиза помотала головой.

— Тут написано, что задавать в один день два вопроса нельзя. Также нельзя задавать один и тот же вопрос в течение лунного месяца. Если задать вопрос при свете луны, то ответ будет более точен. Сколько времени сейчас? Около полуночи, если мы направляемся на восток?

— Значит, вот-вот наступит новый день…

Ларок улыбнулась.

— Знаете, Элиза, должен признать, я впечатлен. Существует ведь целых тридцать два ответа на мой вопрос, но выпал именно тот, что нужен.

Придвинув блокнот к себе, она открыла чистый лист.

— Теперь я. Я сегодня не советовалась с оракулом.

Она ткнула пальцем в вопрос номер 28.

«Повезет ли мне в нынешнем деле?»

— Вы обо мне? — Мастроянни явно смягчился.

Элиза кивнула.

— Я приехала в Нью-Йорк только ради вас. — Она посмотрела ему в лицо. — Вы — ценное приобретение для команды. Я крайне осторожна в выборе. И выбор пал на вас.

— Вы безжалостны! Безжалостны, да еще и замышляете какие-то козни…

Ларок пожала плечами.

— Что поделаешь. Мир — штука сложная. Цены на нефть беспричинно скачут вверх-вниз. То инфляция, то кризис… И правительства бессильны. Либо печатают больше денег, что усугубляет инфляцию, либо вгоняют страну в еще более глубокий кризис. Стабильности не видать. Но я знаю, как решить этот вопрос.

— А сработает? — недоверчиво спросил Мастроянни.

— Должно.

Глаза на смуглом властном лице итальянца решительно вспыхнули. Этот делец понимал Элизу: ему приходилось решать те же проблемы. Мир действительно менялся. Требовалось что-то предпринять. И, возможно, Ларок знает, что именно…

— Сперва нужно внести вступительный взнос, — сказала она. — Двадцать миллионов евро.

Мастроянни пожал плечами:

— Считайте, уже внесены. Но у вас, полагаю, есть другие источники доходов?

Элиза кивнула.

— Миллиарды. Их не отследить, до них не добраться.

Он указал на оракула.

— Давайте же, сделайте пометки. Узнаем ответ на ваш вопрос.

Она быстро набросала карандашом пять рядов черточек. Везде вышло четное количество. Таблица отсылала к ответу «Q». Вот и нужное сообщение…

Видя нарастающее нетерпение итальянца, Элиза едва сдержала улыбку.

— Хотите, чтобы я прочитала?

Он кивнул.

— «Выясни намерения интересующего тебя человека и, если совпадут они с твоими, не бойся, — удача на вашей стороне».

— Похоже, оракулу о моих намерениях известно, — усмехнулся Мастроянни.

Ларок молчала. В тишине слышалось мерное гудение двигателей. Скептик-итальянец узнал то, о чем она знала всю сознательную жизнь (спасибо корсиканке-матери и бабушке): нет знания более могучего, чем передающееся от поколения к поколению.

Мастроянни слегка пожал влажной рукой руку Элизы.

— Так и быть, я с вами, что бы вы там ни задумали.

— Я вам по-прежнему не нравлюсь? — решила уточнить она.

— Давайте отложим вынесение вердикта по этому вопросу.