Жгучее желание - Джейн Энн Кренц

– Вы хотите сказать, что наделены паранормальной версией этой способности?

Зак взглянул на Рейн поверх кончиков пальцев.

– Да. И это позволяет мне, дотронувшись до орудия преступления, тут же ясно увидеть действия и мысли человека, державшего его в руках. Я чувствую его намерения и ощущения жертвы. Эта способность очень помогает, если назревает драка, например в баре.

Рейн напряглась:

– Прошу прощения?

Зак улыбнулся:

– Я способен предвидеть действия противника, но стараюсь избегать ситуаций, где можно было бы воспользоваться этой способностью.

– Хотелось бы надеяться. – Рейн нахмурилась. – А я тоже обладаю зеркальным талантом?

– Нет. Психометрия яснослышащего работает иначе: вы же не видите картин, но ваш талант наверняка тоже десятой степени, как и мой.

– Откуда вы знаете, что это десятая степень, хотя я и не совсем понимаю, что это означает?

– Все члены Тайного общества делятся в соответствии с так называемой «шкалой Джонса». В зависимости от количества вырабатываемой человеком энергии его таланту присваивается степень от одного до десяти. Наши аналитики дали вашему таланту приблизительную оценку, ибо тетя не пожелала подвергать вас тестированию, когда ваши способности начали обретать силу.

Рейн не знала, как на это реагировать и что сказать в ответ, поскольку не могла поверить, что сидит здесь и разговаривает о паранормальных способностях с незнакомым мужчиной, который ведет себя так, словно все, о чем идет речь, так же естественно, как карие глаза или каштановые волосы.

Кроме Бредли, тети Веллы и узкого круга близких друзей, она ни с кем не обсуждала эту сторону своей натуры, а тетя и вовсе пресекала подобные разговоры на корню, напоминая племяннице, что никому не следует рассказывать о своих способностях. И она была абсолютно права: попытка объяснить все Бредли действительно привела к катастрофе.

Словно прочитав ее мысли, Зак сочувственно улыбнулся:

– Черт, вы так много всего упустили, воспитываясь за пределами общества! Сколько обладателей врожденных паранормальных способностей вы встречали в своей жизни, если не считать тети и отца?

– Я разыскала людей, называвших себя ясновидящими, – призналась Рейн. – Некоторые из них работали консультантами в полицейских управлениях, двое зарабатывали на жизнь предсказаниями судьбы, а один даже написал книгу о том, как выявить у себя паранормальные способности посредством снов.

Зак одарил ее белоснежной улыбкой:

– Читал. Чушь несусветная.

– Так и есть. – Рейн неожиданно для себя улыбнулась. – Приятно знать, что кто-то пришел к такому же выводу. – Она вновь заколебалась. – Хотя книга числилась в списке бестселлеров на протяжении нескольких недель.

– Вокруг полно как легковерных, так и жуликов, готовых воспользоваться их доверчивостью. – Зак задумчиво посмотрел на Рейн. – У меня складывается впечатление, что так называемые «ясновидящие», встречавшиеся на вашем пути, были обыкновенными шарлатанами. За исключением вашей тети, разумеется.

– О да, моя тетя действительно исключение.

– И я готов поклясться: каждый раз, заглядывая ей в глаза, вы боялись, что такое же будущее уготовано и вам.

Горящее в глазах Зака понимание лишало Рейн присутствия духа, она не привыкла к столь глубокому анализу ее мыслей и ощущений и поэтому не знала, как ответить.

– Я собираюсь сказать вам то, чего нет в этом досье, – произнес Зак, бросая взгляд на конверт. – Один из наших аналитиков составил ваш психологический портрет, после чего пришел к выводу: просто чудо, что вас не поместили в психиатрическую лечебницу и не накачали лекарствами, когда вы впервые ощутили наличие у себя паранормальных способностей.

По спине Рейн пробежал холодок, хотя она постаралась ничем не выдать своих эмоций.

– Значит ли это, что я закончу свои дни в психиатрической клинике, как и моя тетя?

– Господи, нет. – В голосе Зака прозвучала твердая уверенность.

Рейн затаила дыхание, боясь ему довериться.

– Статистика утверждает, что психологические проблемы, связанные с паранормальными способностями, возникают довольно рано, обычно в тот самый момент, когда они только набирают свою силу, а именно в подростковом возрасте. Если бы перед вами маячила перспектива оказаться в специализированном лечебном заведении, вы уже знали бы об этом.

– Но у тети Веллы проблемы начались лишь в возрасте тридцати двух лет. Именно столько сейчас мне.

– Не стану вводить вас в заблуждение, ибо никто не знает, почему ваша тетя закончила свои дни в лечебнице. Но я сильно сомневаюсь, что это как-то связано с ее способностями. Ведь до тридцати лет все было нормально.

– И все же, как вы сказали, вашего аналитика удивило то обстоятельство, что я до сих пор не в лечебнице.

– Считается, что с таким талантом, как у вас, особенно когда он достигает силы десятого уровня, очень сложно справиться, потому что звучащие в голове голоса причиняют сильное беспокойство. И если рядом нет человека, который научит с этим справляться, очень легко поверить в собственное сумасшествие. Окружающие, как правило, делают неправильные выводы и отсылают вас к врачам. А в результате вы впадаете в зависимость от лекарств или оказываетесь в психиатрической клинике, поскольку тоже начинаете верить в то, во что верят остальные.

Рейн так крепко сжала подлокотники кресла, что ногти впились в обивку.

– Я чувствую себя так, словно кто-то совершенно незнакомый завладел моим разумом, проник в него ужасно глубоко. Это так отвратительно, будто меня… осквернили.

– Поверьте: видеть, как преступник вонзает нож в грудь своей жертвы и испытывать те же ощущения, не менее ужасно. Чувствуешь себя так, словно это злодеяние – дело твоих собственных рук. А после приходит ощущение… – Зак внезапно осекся.

Рейн поняла, что он не хотел так широко распахивать перед ней свою душу, но, помолчав и постучав кончиками пальцев друг о друга, он тихо произнес:

– Приходит ощущение, что тебя вываляли в грязи. Словно тьма, наполнявшая душу убийцы, просочилась тебе под кожу.

Рейн заглянула Заку в глаза:

– Я испытываю то же самое.

Губы Зака изогнулись в какой-то странной смущенной улыбке:

– Я еще никому не рассказывал об этом – я имею в виду ощущение тьмы, просачивающейся под кожу.

– Я тоже. – Рейн судорожно вздохнула. – Я всегда считала, что с моей стороны будет ужасно глупо рассказывать всем подряд о своих страхах. А ведь я действительно боюсь, что каким-то образом впитаю в себя темную энергию убийц и маньяков. Я не хочу пугать близких мне людей, да и на вечеринках о таких вещах говорить не станешь.

– Я предпочитаю помалкивать по этим же самым причинам.