Список запретных дел - Коэти Зан

Я заказала в номер травяного чая, чтобы успокоиться после этого разговора, а затем вновь отправилась в Килер — нанести визит Ною Филбену в его новом офисе. До сегодняшнего дня я старалась избегать любых контактов с людьми радикальных взглядов. Фанатики, приверженцы мистицизма и экстремисты имели склонность к неожиданным и иррациональным поступкам, которых нельзя было просчитать с помощью статистики.

Если бы люди соответствовали своему положению в обществе — возраст, образование, уровень дохода, — при помощи этих сведений можно было бы понимать и предсказывать их действия, выбирать подходящую линию общения. Без этого могло произойти что угодно, как считали мы с Дженнифер. Однако, к моему сожалению, существовало слишком много категорий, не вписывающихся в рамки статистики.

Бензина оставалось еще больше чем полбака, тем не менее я заехала на очень опрятную заправку. К моему превеликому удовольствию, обслуживающий работник сидел за непробиваемым органическим стеклом. Вот бы всем иметь такое.

Затем я без всяких проблем нашла нужный торговый центр и припарковалась поближе к супермаркету с его непрерывным потоком покупателей, громыхающих тележками по неровному асфальту. С минуту просто сидела в машине, размышляя, что, черт побери, я здесь вообще делаю.

Порывшись в сумке, выудила мобильник, по привычке проверила заряд батареи: полностью заряжена, на иконке сигнала — пять делений. Это немного успокаивало, мои плечи чуточку расслабились, и я сделала глубокий вдох.

Правда, стоило мне подумать о следующем шаге, как захотелось тут же умчаться обратно в Нью-Йорк и забыть про эту вылазку. Достаточно лишь дать показания, как того хотел Джим. Они не посмеют выпустить Джека Дербера на свободу — наверняка слушание о досрочном освобождении всего лишь формальность, принятая в штате Орегон. Мне не обязательно идти туда.

Но что, если есть хоть малая вероятность?

Исходя из того, что я знала о судопроизводстве, такое вполне могло случиться. Система уголовного правосудия не всегда распределяла наказания справедливо и равномерно. Кто-то мог провести за решеткой всю жизнь за хранение грамма кокаина, а насильники, похитители и педофилы — отделаться коротким сроком. Вдруг штат Орегон посчитает, что десяти лет заключения вполне достаточно? Может дойти и до освобождения, особенно если они поверят в историю про духовное перерождение. Не сомневаюсь, в тюрьме Джек вел себя безупречно. Я слышала, что он даже ведет курс для своих сокамерников. Черт возьми, мне придется поговорить с Ноем Филбеном!

Вопреки моим ожиданиям, здание выглядело довольно приветливым. По-прежнему здесь преобладали яркие цвета, на фасаде красовалась гигантская радуга, оставшаяся еще со времен культурного центра. Сквозь стеклянную дверь, по левую сторону от себя, я увидела офис. Служащие, молодые девушка и парень, с серьезным видом перебирали бумаги. Приятной наружности, энергичные. По обстановке совсем не похоже на секту, скорее на христианскую молодежную ассоциацию. Мое волнение усилилось.

Я все же собралась с духом, открыла дверь и вошла в офис. Парень поднял голову и улыбнулся. Он выглядел вполне симпатичным, смущали лишь его глаза с блестящим взглядом фанатика. Я замешкалась.

—  Добро пожаловать в церковь Святого Духа. Чем могу быть вам полезен? — даже слишком оживленно спросил парень.

После глубокого вдоха я как можно вежливее объяснила ему, что хочу поговорить с Ноем Филбеном. Тот нахмурился, будто не зная, как поступить. Наверное, у Ноя Филбена не бывает много посетителей.

—  Я не уверен, что он на месте. Э… подождите минутку, — сказал юноша и ушел.

Я осталась наедине с девушкой. Она тоже улыбнулась мне, более открыто, чем ее коллега, и вновь опустила глаза, продолжив в тишине перебирать бумаги. Нормальный человек в такой ситуации заведет вежливый разговор, поздоровается, по крайней мере, скажет что-нибудь про погоду. Но я от такого отвыкла, поэтому лишь стояла под люминесцентными лампами и с чувством неловкости озиралась по сторонам.

Через несколько минут парень вернулся, ведя за собой высокого мужчину лет пятидесяти. Должно быть, это Ной Филбен, решила я, глянув на пасторский воротник и черную сутану до щиколоток. Всклокоченные светлые с проседью волосы до плеч, глаза пронзительно голубого цвета, на лице мужчины застыла маска спокойствия. Ной Филбен явно умел контролировать свои эмоции.

Заходя в офис, он криво улыбнулся девушке за стойкой. Та робко отвела взгляд, видимо смущенная его вниманием. По моей спине пробежал холодок. Отвратительное зрелище, подумала я, однако, когда мужчина приблизился, заставила себя поприветствовать его улыбкой. Даже попыталась сделать шаг навстречу, но ноги будто приросли к полу.

В это время вдруг зазвонил мой мобильник. Возможно, это доктор Симмонс, ведь сегодня наш обычный день сеанса. Я не стала отвечать.

Ной Филбен взглянул на мой карман, откуда доносился звук, и так же мерзко усмехнулся:

—  Хотите ответить?

—  Нет, это подождет. — Я сунула руку в карман и выключила звук. — Мистер Филбен, я…

—  Вообще-то — преподобный Филбен, мисс…

Видимо, это был намек, что мне следует представиться, но я целых три секунды стояла молча, пытаясь собраться с мыслями. Он терпеливо ждал, пока я разъясню ему, зачем пришла.

—  Мое имя Каролина Морроу, — наконец выдавила я. — Очень рада, что вы здесь. Не хочу прерывать ваши дела, но я кое-кого ищу, старую подругу. Ее зовут Сильвия Данхэм. Как я понимаю, она прихожанка вашей… церкви.

Я мельком взглянула на девушку, но та, опустив голову, по-прежнему перебирала бумаги. Юноша говорил по телефону в противоположном конце комнаты. Казалось, они меня не слушают.

Ной Филбен нахмурился.

—  Интересно, — проговорил он, обдумывая мои слова. — Может, пройдем в мой кабинет?

Он указал на коридор, в конце которого была дверь. Ну уж нет, меня не затащить в какой-то кабинет в дальнем углу этого офиса. Туда я не пойду ни с этим мужчиной, ни с кем другим, ведь там могло произойти что угодно. Я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее и махнула на скамейку возле входа.

—  О, я не отниму у вас много времени. Могли бы мы поговорить всего минутку, вон там?

Он пожал плечами и приглашающе протянул руку в сторону скамейки:

—  Как пожелаете. После вас.

Я медленно опустилась на скамью, ни на секунду не сводя глаз с лица мужчины. Ной Филбен садиться не стал. В ту же секунду я пожалела, что села сама, — теперь он нависал надо мной, словно башня. Скрестив руки на груди, он прислонился спиной к стене, не обращая внимания на висевшую там доску объявлений со словами «Приходите помолиться с нами». Буквы, вырезанные по трафарету из цветной бумаги, слегка всколыхнулись от ветерка.