Лживая правда - Виктор Метос

Дилан сидел всуде, ожидая, когда пристав объявит его дело, итут ему наэлектронную почту пришло сообщение отМэдлин. Дилан направил молодую женщину нанужный путь, носам по-прежнему колебался, нежелая светиться вделе Арло Уорда.

Вкнигах икино частенько изображают, какадвокат сготовностью спешит защищать невиновного. Вконце концов, кому хочется защищать виновного, помогая ему спастись отсправедливого возмездия засовершенные преступления? Однако вреальности невиновный клиент– это кошмарный сон. Если адвокат проиграет дело, невиновного человека упрячут втюрьму. Или, прихудшем сценарии, каквслучае сАрло Уордом, его, возможно, предадут смерти. Подобные дела порождали атмосферу одержимого трудоголизма, когда Дилану приходилось работать повосемнадцать часов всутки испать усебя вконторе. Он твердил себе, что внастоящий момент неможет браться заподобное дело. Оно непозволит ему должным образом заниматься Марки. Иеще нужно было принять решение насчет приглашения вЛос-Анджелес.

Нет, он попросит подключиться кделу своего друга Роджера. Сего помощью Мэдлин справится.

Ивсеже Дилана непокидало беспокойство. Арло страдает серьезным психическим расстройством и,похоже, неотдает себе отчет впроисходящем. Он думает только отом, какзаработать деньги длясвоей семьи иувидеть собственное лицо вновостях. Это позиция ребенка.

Дилан открыл сообщение отМэдлин. Кнему было приложено извещение отпрокуратуры отом, что защита будет требовать смертный приговор.

Дилан почти нераздумывал.

«Я перезвоню черезчас».

После окончания заседания– речь шла обугоне машины, идело должно было продлиться еще месяц,– Дилан вышел изздания суда исел наступени. Ослепительное солнце резало глаза, иему пришлось надеть темные очки. Полестнице вобе стороны сновал оживленный поток людей, поэтому Дилан вынужден был сдвинуться насамый край, чтобы получить хоть какое-то уединение.

–Прокуратура округа Джексон,– сказала секретарша.

–Здравствуйте. Я звоню поповоду дела Арло Уорда, имне нужно поговорить смиз Уайтвулф.

–Минуточку.

Втрубке раздался щелчок, затем заиграл приятный джаз. Наконец послышался женский голос:

–Келли Уайтвулф слушает.

–Здравствуйте, Келли. Незнаю, помнители вы меня, я Дилан Астер. Впоследние годы унас свами было несколько общихдел.

–Я вас помню. Чем могу помочь?

Никаких любезностей. Плохой знак.

–Ну, я попросьбе одной знакомой просматриваю дело Арло Уорда иобратил внимание, что вы намереваетесь просить смертный приговор, так что, полагаю, осделке соследствием речь неидет?

–Да, совершенно верно.

–Арло психически болен, исерьезно; вам это известно,так?

–Мистер Астер, позвольте остановить вас прямо сейчас. Я помню вас гораздо лучше, чем вы думаете. Втом деле окраже совзломом, которое унас было несколько лет назад, вы подали тридцать один протест.

–Тридцать один. Вы запомнили точную цифру,да?

–Вы произвели наменя впечатление адвоката, который неостановится ниперед чем, лишьбы выиграть процесс, независимо оттого, что произошло вдействительности. Я нежелаю играть потаким правилам. Арло Уорд жестоко убил трех человек иедва неубил четвертую жертву. Еслиб я предложила сделку, то непредставилабы народ штата Невада должным образом.

Дилан шумно выдохнул.

–Доводить досуда дело серьезно больного психически человека– несамое умное решение.

–Вы закончили? Меня ждут дела.

–По-моему, мы нетам ищем. Я звоню вам потому, что, намой взгляд, вделе есть определенные серьезные проблемы. Уверен, что, если хорошенько покопаться, всплывут новые проблемы, что позволит нам поставить вопрос оразумном сомнении^[12]. УМэдлин просто нет необходимого опыта длявоздействия наприсяжных. Поэтому я считаю, что признание Арло невменяемым– это хорошее решение длявсех.

–Чтобы через пару лет какой-нибудь занюханный психиатр выпустил его насвободу продолжать заниматься темже самым?– Келли горько усмехнулась.– Япас.

–Вы серьезно хотите сказать, что намереваетесь добиваться казни человека, который, возможно, непредставляет себе, что сделал ипочему?

–Да.

Потрясенный Дилан умолк. Ему уже приходилось сталкиваться стакими упрямыми прокурорами– ноеще ниразу вделе, которое грозило обвиняемому смертным приговором. Втаких процессах ставки очень высоки, ималейшие ошибки обеих сторон придирчиво изучаются приапелляции, поэтому прокуроры обыкновенно проявляют бо́льшую осторожность, чем обычно.

–Это неправильно. Намой взгляд, Арло неотдает себе отчета впроисходящем.

–Уменя много работы, мистер Астер, авы даже незанимаетесь этим делом. Подайте заявление оготовности представлять интересы Арло, ия срадостью буду говорить свами столько, сколько вам угодно. Адо тех пор, пожалуйста, больше мне незвоните.