Убийца сейчас on-line - Татьяна Ефремова

Его обожали девчонки из рекламного отдела и бухгалтерии, и суровая дама-корректор, которую по-настоящему боялись люксовские горе-журналисты, не умевшие даже «уворовать» чужие статейки, не наделав при этом ошибок. «Он милый!» – таково было общее мнение о похожем на плюшевого мишку Совинском. К тому же, он никогда не повышал голоса и не получал, подобно Барсукову, видимого удовольствия, распекая нерадивых работников.

Нет, Совинский определенно не мог убить Вовку. Он даже захотеть этого не мог.

В общем, если и есть среди них двоих убийца – то это определенно Барсуков.

Но чем же помешала Барсукову наша несчастная Ларка? Я представила Лариску, похищенную и запертую в бассейновой галерее Барсуковского дома. Хорошо, что сейчас май – она, по крайней мере, не замерзнет.

Блин! Какая же чушь лезет мне в голову от недосыпа!

Свидетеля нет смысла похищать, его проще убить заодно с запланированной жертвой. А убитой Ларку не нашли. Так может, она и не была никакой свидетельницей? Вдруг Коненко убили раньше девяти вечера?

– Слушай, а во сколько его убили?

– Вечером, – беспечно пожал плечами Леша.

– А поточнее? До девяти или позже?

– Откуда же мне знать? Я к этому делу никаким боком.

– Лешенька! А ты не мог бы узнать это у своего друга из милиции? – Мариша включилась в разговор сразу с конкретной просьбой.

– Ага, так он мне и расскажет! Существует, между прочим, тайна следствия, – заважничал Леша.

– Леша, нам очень надо! – Мариша слегка повысила голос и только все испортила.

– Вам надо – вы и узнавайте! Вон с Ваниным поговорите. Может, он вам что-нибудь и расскажет.

– Ванин расскажет, как же! – пробурчала Мариша. – Из него сроду слова не вытянешь.

– Вот потому он такой модный адвокат, – Леша получал удовольствие, наблюдая, как вытягиваются наши физиономии. Потом сжалился: – Вы все-таки с ним поговорите, объясните ситуацию. Мужик он неплохой – может и расскажет что-нибудь.

Леша явно передумал нам помогать. А все Мариша со своими командирскими замашками. Нашла на кого орать. Человек только-только в третий раз развелся. Еще, небось, свежи воспоминания о семейных разговорах на повышенных тонах. А тут еще и посторонние тетки пытаются им командовать ни с того, ни с сего. Так что Лешу как раз понять можно. А вот что нам теперь делать?

Может, действительно, поговорить с Ваниным? Идея, конечно, неплохая. Беда в том, что адвоката Ванина я, как бы это помягче выразиться, немного побаиваюсь. Нет, не потому, что наслышана о нем каких-нибудь страшных криминальных историй. Я побаиваюсь его как «важного господина из телевизора».

Ванин Глеб Геннадьевич – это самый известный в нашем городе адвокат. Редко какой громкий судебный процесс обходится без него. И если в местных новостях показывают что-то на тему «из зала суда», будьте уверены, на экране обязательно появится Глеб Ванин. Даже если он не участвует в суде в качестве защитника, телевизионщики все равно его покажут – попросят, например, прокомментировать процесс.

Чаще Ванина в криминальных новостях мелькает только начальник областной милиции.

Несмотря на свою популярность, Ванин не имеет собственного офиса а числится в конторе у Борзюка.

Я долго не могла понять, почему, будучи самым востребованным в городе юристом, он продолжает работать под чужой вывеской? Ведь ему, кроме всего прочего, приходится и деньгами делиться с владельцем приютившей его адвокатской конторы. Потом, правда, Мариша мне объяснила, что содержание собственной конторы с приличной обстановкой, бухгалтером и секретарем обошлось бы Ванину гораздо дороже. А совсем без офиса работать тоже нельзя – несолидно. Так что, отдавая Борзюку часть заработка, Ванин избавляет себя от множества организационных проблем. Что ни говори, а человек, у которого честолюбие уступает здравому смыслу, заслуженно считается лучшим в своем деле.

Как-то так получилось, что я, довольно часто бывая у Мариши на работе, ни разу не встретилась с Глебом Ваниным вживую. Для меня он – солидный господин из телевизора. А в телевизоре он слишком важный. Так что предстоящий разговор с модным адвокатом, хоть и был вполне возможен технически, пугал меня невероятно.

К счастью, Мариша была совсем другого мнения.

– Как же я сама не догадалась расспросить обо всем Глеба Геннадьевича? – сокрушалась она после Лешиного гордого ухода. – Не пришлось бы перед этим балбесом лебезить.

– А вдруг он с нами разговаривать не захочет?

– Да ты что! – искренне удивилась Мариша. – Он чудный дядька, тебе понравится.

Появился «чудный дядька» только к вечеру. Мы к этому времени успели отрепетировать предстоящий ответственный разговор практически по ролям. Решили, что начнет его Мариша, к которой Ванин как будто бы неплохо относится. А я в нужный момент вступлю с душераздирающей историей о своем общении с бездушными «ментами».

Глеб Ванин в жизни, не по телевизору, и в самом деле оказался очень приятным человеком. Я вообще первое время не могла поверить, что это и есть тот самый модный адвокат. Со своими очочками, седой бородкой и носом-картошкой Ванин был похож скорее на доктора Айболита, чем на грозу прокуроров и нерадивых следователей. К тому же, в отличие от телевизионного Глеба Ванина, этот Айболит добродушно улыбался, развалясь в кресле и отхлебывая кофе.

Мариша сделала скорбное лицо и начала:

– Глеб Геннадьевич, у нас к вам дело важное.

– Какое дело, Мариночка? – Ванин изобразил внимание, и от этого его сходство с добрым доктором только усилилось.

– Нам про убийство Владимира Коненко надо узнать поподробнее.

– Поподробнее – это не ко мне, – продолжая улыбаться, сообщил знаменитый адвокат. – Такую информацию я разглашать не имею права.

– Глеб Геннадьевич, – Мариша подпустила в голос слезы, – нам очень надо. У нас подруга пропала.

– А при чем здесь убийство Коненко?

– Так она вместе с ним пропала.

– Как это «вместе»? Коненко как раз никуда не пропал. Его, если помните, убили.

– Ну да, его убили. А она в это время пропала… Можно, я все по порядку расскажу?

– Расскажите, – разрешил, улыбнувшись, Айболит.

Надо отдать должное Марише – за эти пару дней она поднаторела в рассказывании историй. Вернее, одной истории. Уже не перескакивала с пятого на десятое, убрала лишние восклицания, из-за которых понять ее порой было невозможно. Рассказ ее теперь лился как река на равнине. Без лишних всплесков и перекатов. Спокойно, размеренно и величаво. Чувствовалось, что Мариша времени даром не теряла и оттачивала мастерство рассказчика на родственниках и знакомых.

Ванин выслушал нас, помолчал пару минут, видимо решая, стоит ли делиться информацией с такими дурехами как мы, потом сжалился.