По тонкому льду - Эрл Стенли Гарднер

Филлис хотела было что-то сказать, но Колтон Эссекс опередилее, коротко бросив:

— Ничего.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовался Селлерс.

— Ничего, — повторил адвокат.

— Прекрасно, — усмехнулся полицейский, — тогда мне придетсяприбегнуть к жестким мерам.

Он направился к телефону, поднял трубку и, набрав номеручастка, сказал:

— Я нахожусь в «Паркридж Апартментс», квартира 609. Возледома стоит «кадиллак» последней модели с побитым крылом… Да, он на парковке.Регистрационный номер ОДТ—067. Я убежден, что именно эта машина сбила на дняхмиссис Харвей Честер. Направьте сюда тягач, заберите машину и отвезите ее влабораторию. Осмотрите самым тщательным образом. Я подозреваю, что на нейдолжны остаться нити от платья, которое было на миссис Честер. Я хочу, чтобывсе это было сделано немедленно. — Селлерс долго слушал кого-то, потом сказал:— Совершенно верно. — Повесив трубку, он повернулся к Филлис: — Мы изымаем вашумашину как вещественное доказательство. Вы получите ее обратно после того, какона будет тщательно обследована. В настоящий момент имеются подозрительныеобстоятельства, и мы обязаны в них разобраться.

— Он может сделать это? — обратилась Филлис к КолтонуЭссексу.

— Он уже смог, — коротко ответил адвокат.

Теперь так, — уверенно продолжал Селлерс. — В связи с тем,что наша вечеринка приобретает достаточно серьезный характер, я довожу довашего сведения следующее. Мы столкнулись с рядом преступлений. Во-первых,машина сбила человека, и это помимо того, что вели ее крайне неосторожно и,скорее всего, в состоянии алкогольного опьянения. Во-вторых, имело местосокрытие факта преступления, что само по себе уже серьезное нарушение закона.

Селлерс резко повернулся ко мне:

— Что касается тебя, то налицо отказ от сотрудничества соследствием и утаивание важной информации при отягчающих обстоятельствах.

— Что значит «утаивание важной информации»? — вежливоспросил Колтон Эссекс.

— Вы меня слышали.

— Я слышал, что вы отвели Дональду время, в течение которогоон должен был назвать вам имя своего клиента.

Селлерс долго смотрел на него, потом изрек:

— Вы все поняли правильно.

— Это время истекло? — не унимался Эссекс.

— Еще нет, — признал Селлерс после непродолжительногомолчания. — Но когда истечет, этому недоростку придется туго. Это уж точно!

— А если он все же назовет это имя в срок, вы позволите емууйти безнаказанно?

Сам себе противореча, Селлерс признал:

— Думаю, именно это я и подразумевал.

Эссекс посмотрел на меня и сказал:

— Самосохранение — первый закон природы. Смелее, Лэм, иназовите ему имя.

Я перевел взгляд на Филлис.

Она молча кивнула.

— Моим клиентом, — произнес я, — является человек, которыйпредставился как Клейтон Даусон. Он указал мне свой адрес в Денвере. Правда,потом выяснилось, что этот адрес — всего лишь почтовый ящик. Я не сумелобнаружить Клейтона Даусона. Все, что я о нем знаю, — опять же с его слов, —что он является помощником президента Финансово-страховой компании Даусона,располагающейся все в том же Денвере, штат Колорадо. Такой компании я, как нистарался, тоже не обнаружил.

Кроме того, этот Даусон сообщил мне, что у него есть дочь,которую зовут Филлис Даусон, но что она сменила фамилию на Элдон. Вот,собственно говоря, и все, что мне удалось разузнать.

— Ну а что за дела у тебя были с миссис Честер? — требовательноспросил Селлерс.

— Это, — спокойно ответил я, — особая статья. Здесь яабсолютно чист.

— Ты ей заплатил?

— Заплатил.

— За то, что она не будет выдвигать обвинение?

— Что вы, сержант! Я передал ей деньги, поскольку мой клиентизъявил желание перекупить у нее права на возмещение ущерба.

— И твоим клиентом была Филлис Даусон, присутствующая здесь?— продолжал наседать Селлерс.

— Моим клиентом был Клейтон Даусон, — поправил я.

Селлерс нахмурился.

— Итак, — заметил Эссекс, — Лэм огласил имя своего клиента.То есть, конечно, с разрешения Филлис Даусон, дочери клиента. Таким образом, оносвобождается от каких-либо претензий. Вы ничего не можете на это возразить.

— Еще как могу! — заявил Селлерс. — Не думайте, что этоткоротышка… этот ублю…

— Следите за своим языком! — осадил сержанта адвокат.

Селлерс одарил его гневным взглядом и с угрозой заметил:

— Я вам этого не забуду.

— Вы бы лучше постарались, чтобы я вам это забыл, —парировал Эссекс.

Селлерс только глубоко вздохнул и по инерции полез в карманза сигарой.

— Эй! — напомнила ему Филлис.

Сержант вернул сигару на место, процедив:

— Я ведь, ребятки, мог допросить вас в управлении, в болеетеплой и дружеской обстановке.

— Это было бы ошибкой с вашей стороны, — сказал ему Эссекс.

— Не обольщайтесь. Я все еще могу доказать, что кое-ктоиграл со мной в молчанку по поводу одного преступления и способствовал скоромубегству жертвы из нашего штата.

— Какого преступления? — сделал Эссекс удивленное лицо.

— Случая, когда сбили миссис Честер, разумеется.

— Хм, вы снова меня заинтересовали, — проговорил Эссекс. —Как офицер полиции, вы отлично знаете, что показаний, данных с чужих слов,недостаточно для построения обвинения. У вас есть свидетели, которые виделиинцидент собственными глазами и могут опознать машину?

— Мы не можем опознать машину, — медленно ответил Селлерс, —но мы считаем, что сможем идентифицировать ее после того, как машина Филлис Даусонпройдет технический осмотр.

— Так вы располагаете свидетелями, которые видели, какмиссис Честер сбила машина? — повторил свой вопрос адвокат.

— Мы располагаем свидетелями, которые видели бедную женщинулежащей на середине перекрестка, которые слышали, как она стонала, лежа наасфальте.

И видели, что она пыталась подняться после того, как машинаумчалась.

— А каким образом они узнали, что ее именно сбили?

— Миссис Честер сказала им, что произошло.

Эссекс молча ухмыльнулся.