Вавилон-Берлин - Фолькер Кучер

Доктор М. уже хотел сделать своим людям знак, но ему помешали. Со стороны Рюдерсдорферштрассе приближались двое в коричневых рубашках. Что это значит? Кто вызвал штурмовой отряд? Да еще в полном обмундировании! Идиоты!

Вольтер узнал Генриха Рёллекке, который маршировал бодрым шагом. А рядом с ним шел Германн Шеффнер, комендант с Луизенуфер, с черной кожаной сумкой. Болван!

Бруно растерянно смотрел на этих двоих в форме. Когда они подошли к площадке, штурмгауптфюрер протянул ему руку. Слава богу, что он не додумался до нацистского приветствия!

– Все готово, – сказал Рёллекке. – Как договаривались.

Вольтер ничего не понимал.

– Что это значит? – спросил он. – Зеегерс прислал вас в качестве подкрепления? Этого не требуется! У меня здесь достаточно людей!

– Почему Зеегерс? Ты ведь сам прислал ко мне своего человека. Мы хотим только забрать свою долю. Грузовик ждет на Рюдерсдорферштрассе.

– Какого человека? О чем ты говоришь?

– В любом случае деньги у меня с собой. И я надеюсь, что у тебя есть оружие.

– Оно должно прибыть с минуты на минуту.

– Это «красные»? – Генрих указал на Марлоу и его людей, которые стояли в углу.

– Они из команды Красного Хуго, но это тоже своего рода «красные».

Сумерки потихоньку становились ночью. На некотором расстоянии в полумраке образовались три светящиеся точки, которые постепенно увеличивались. Все не отрываясь смотрели на приближающийся треугольник. Один маневровый локомотив толкал по пути два крытых товарных вагона. Издавая глухой звук, вагоны приближались, все больше замедляя ход, пока первый из них мягко не уткнулся своими амортизаторами в цистерну и не остановился. Локомотив зашипел и замер на месте, напоминая призрак. Ни один из мужчин, находившихся на погрузочной площадке, во время этого зрелища не проронил ни единого слова.

Наконец Вольтер нарушил молчание.

– Вот и товар, – обратился он к Рёллекке. – Где деньги?

– Будут только после того, как я смогу убедиться в качестве товара.

– Тогда проверяй! – Бруно остался возле цистерны, у которой он дежурил, чтобы контролировать людей Марлоу. У него было нехорошее предчувствие. Если это была ловушка, то пусть туда войдет Генрих.

Оба штурмовика направились к первому вагону. Шеффнер торопливо открыл засов и отодвинул тяжелую дверь. Он уставился внутрь вагона с изумленным видом, как будто увидел там привидение. Рёллекке нетерпеливо подошел ближе.

– Что там? Отойдите в сторону.

Когда он посмотрел внутрь, его лицо приняло такой же удивленный вид. Негодуя, Генрих приблизился на пару шагов к Вольтеру.

– Что за шутки?

– То есть?

– Почему там этот человек? Где оружие?

– Какой человек? – спросил Бруно.

– Тот самый курьер, которого ты ко мне вчера посылал.

Рёллекке указал на товарный вагон. Из темноты появился Гереон Рат с пистолетом в вытянутой руке.

***

У него был как минимум такой же удивленный вид, как у Германна Шеффнера. Рат уж никак не рассчитывал на то, что вагон откроет хозяин его квартиры. Скорее он ожидал, что это будут люди Марлоу или Бруно Вольтер. Тем не менее сцена удалась. Гереон огляделся по сторонам. Все взгляды были устремлены на него. Постепенно темнело. Он надеялся, что самое важное Грэф заснял.

– Я бы на вашем месте не стрелял! – прикрикнул Рат на парней из команды Вольтера, которые нервно выставили свои пистолеты в его направлении.

– Посмотрите-ка на него! Господин комиссар, да вы выдающийся хитрец! – воскликнул Бруно. – А почему, – спросил он, улыбаясь, – я не могу приказать моим людям просто тебя пристрелить?

– Наверное, потому, что наверху, под крышей товарного склада, засели снайперы, которые взяли на мушку каждого из вас и у которых чешется палец на спусковом крючке. Кроме того, я пришел не один.

Рат поднял левую руку. Мужчины в товарном вагоне только и ждали этого знака. Они выпрыгнули наружу – каждый из них держал в вытянутой руке оружие. Через мгновение на площадке стояли два десятка вооруженных гражданских чиновников. Вслед за ними из локомотива выбрался Лян.

– Настоящая маленькая армия, – сказал Вольтер. – Можно и испугаться! Но, надеюсь, они ничего не предпримут.

Несколько молодых членов «Стального шлема» неуверенно ухмыльнулись на это замечание. Двух штурмовиков, очевидно, не так забавляло то, что их сделка с оружием сорвалась. У Рёллекке был такой вид, будто он сейчас начнет извергать огонь.

– Эта маленькая армия состоит из благонадежных полицейских и арестует вас и ваших людей, старший комиссар Вольтер, – объявил Гереон.

– С какой стати она это сделает? Разве запрещено находиться на вокзале?

– В этой комедии больше нет необходимости. Мы достаточно слышали и достаточно сфотографировали.

– Боюсь, что я тебя опять не понимаю.

– Очень просто: там, наверху, рядом со стрелками, находится тот, кто умеет хорошо фотографировать.

– И что? Что это означает? – Глядя на Вольтера, нельзя было подумать, что он поражен.

– Это означает, что у Берлинской полиции достаточно доказательств того, что один из ее сотрудников – старший комиссар по уголовным делам Бруно Вольтер – сотрудничает со штурмовым отрядом и осуществляет нелегальные сделки с оружием.

Дядя громко рассмеялся.

– Я сотрудничаю со штурмовым отрядом? Как тебе пришло это в голову?

Он еще не закончил фразу, как раздался выстрел. Вольтер с улыбкой нажал на спусковой крючок, словно между прочим выстрелив с бедра, как другие люди во время беседы закуривают сигарету. Один-единственный выстрел.

Генрих Рёллекке больше с удивлением, чем с ужасом смотрел на небольшое красное пятно на своей груди под коричневой рубашкой, которое все больше расплывалось. Потом он наполовину повернулся вокруг собственной оси, его колени подкосились, и он рухнул на бетонную площадку.

Германн Шеффнер сразу же подбежал к нему, присел на корточки и стал искать пульс. Только он, похоже, больше не прощупывался. Потрясенный штурмовик растерянно посмотрел на своего погибшего шефа. Это продолжалось какое-то время, пока он не осознал, что случилось. Но потом Германн стал действовать стремительно.

– Свинья! – прорычал он и, продолжая сидеть на корточках, выхватил свой «Браунинг-кольт» и стал без разбора палить в направлении Вольтера. Он успел пять раз нажать на спусковой крючок, пока выстрел из «Люгера» Бруно не выбил пистолет у него из руки.

Вольтер засмеялся, когда его схватили двое полицейских. Ни одна пуля не попала в него.

Однако некоторые угодили в цистерну рядом с ним, а одна из них, должно быть, задела выпускной клапан средней секции.