Я Пилигрим - Терри Хейз

Оказавшись внутри движущегося катера, я облегченно вздохнул: ситуация несколько улучшилась. Но расслабляться не следовало: ведь и положение на правом борту «Титаника» первоначально было лучше, чем на левом. Я по-прежнему был заперт внутри ангара, и каждый из нескольких дюжин турецких копов мог в любую минуту меня обнаружить.

Я неверной походкой пересек палубу катера. На этот раз я сумел точно рассчитать время. В обратном направлении плавно скользила красивая отреставрированная «рива» 1960-х годов. Спрыгнув с борта «сигареты» на сделанную из древесины тикового дерева корму «ривы», я теперь, с трудом удерживаясь на ней, двигался в сторону погрузочных платформ в задней части ангара.

У меня за спиной раздался оглушительный треск: очевидно, столкнулись еще две большие круизные яхты. Катамаран, который я спустил с привязи, появился из темноты прямо передо мной.

Его стальной нос, усиленный для океанских путешествий, мог бы перерезать «риву» надвое, но я не был способен как-то повлиять на ситуацию – мне оставалось только держаться покрепче. Если бы я сейчас покинул яхту, от меня осталась бы кучка сломанных костей вперемешку со щепками в пятидесяти футах внизу. Я уже приготовился к столкновению, но в последний момент «рива» проскочила вперед, и я видел, как большой катамаран прошел сзади, ободрав краску на ее корпусе совсем рядом со мной.

Внезапно свет рассеял тьму. Я посмотрел вниз и увидел, что копы вкатили со двора прожекторы рабочего освещения. Первым моим побуждением было открыть по ним огонь, но я сдержался, зная, что это почти наверняка выдаст мое местоположение. Мне пришлось наблюдать, как полицейские направили свет вверх, на рельсы и мечущиеся в разные стороны суда, чтобы обнаружить, куда я подевался.

Каждую секунду «рива» приближала меня к погрузочным платформам, но копы методично работали с прожекторами, высвечивая участок за участком. Еще несколько мгновений, и свет упадет на старую лодку. Тогда они увидят меня. Соскользнув с борта «ривы», я завис на мгновение, высматривая, нет ли полицейских непосредственно подо мной. Вроде бы все было чисто, но из-за спешки и неразберихи я не сразу заметил копа в костюме из гладкой блестящей ткани, который опробовал кабель для дополнительного освещения.

Свешиваясь с борта лодки, держась за него только кончиками пальцев, я подождал немного и… отпустил руки. Пролетев двадцать футов, я чуть не вывернул плечевые суставы, когда ухватился за горизонтальную трубу, питавшую водой спринклерную систему. У меня просто не было времени, чтобы закричать: перебирая руками, я двигался по трубе, пока не сумел спрыгнуть на крышу кладовой. Отсюда я добрался до боковой стены, и пока копы взбирались вверх, чтобы отыскать меня, я уже лез вниз по алюминиевой наружной обшивке стены – от одной скобы до другой.

И вот я добрался наконец до пола, так и не выбросив пульт дистанционного управления, пока копы искали меня среди балок и лодок вверху. Я устремился в заднюю часть ангара и, обогнув угол, увидел в тридцати футах впереди погрузочную платформу. Полицейские, войдя в ангар, оставили поднятой одну из дверей-жалюзи. Я знал, что скутер всего в каких-то двадцати ярдах отсюда, спрятан в темноте за мусорными баками.

На бегу я заметил слева какое-то быстрое движение. И уже взвел курок вальтера, но тут увидел, что это всего лишь бездомная собачонка, которая забрела сюда в поисках пищи.

Собака, конечно, проблемы не составляла, гораздо хуже был голос, пролаявший какую-то команду по-турецки у меня за спиной. В некоторых ситуациях вполне можно обойтись без переводчика. Наверняка коп кричал: «Бросай оружие, руки вверх!» Или что-нибудь в этом роде.

Я понял, что полицейский вооружен, а это означало, что он попадет мне прямо в спину. Судя по звучанию его голоса, он был в десяти ярдах от меня. Ну и положеньице: этот парень находился слишком далеко, чтобы я мог допрыгнуть, но слишком близко, чтобы он промахнулся. Я бросил вальтер на землю, но пульт оставил при себе.

Полицейский что-то сказал, и по тону его я сообразил, что он приказывает мне повернуться к нему лицом. Я медленно обернулся. Это был тот самый коп в костюме. Он стоял на коленях, по-прежнему согнувшись, потому что подсоединял кабель к рабочему освещению. Отвратительный маленький глок был направлен мне прямо в грудь. Вот так встреча: это оказался Губка Боб собственной персоной.

Он, похоже, удивился еще больше меня.

– Seni?! – сказал он и повторил это слово по-английски: – Вы?!

Когда коп понял, в каком глубоком дерьме я оказался, то презрительно скривил губы и удовлетворенно улыбнулся. Я уже упоминал, что приобрел в его лице врага на всю жизнь, и, кажется, не ошибся: для него это был очень приятный сюрприз, ибо появилась возможность расквитаться со мной.

Я увидел, что «сигарета» за его спиной достигла конца рельсов и движется в обратном направлении, быстро приближаясь к нам. Губка Боб не скрывал ликования. Не оборачиваясь, он что-то крикнул товарищам, наверняка велел им быстро подойти к нему. К счастью, моего имени коп не упомянул: наверное, еще не оправился от удивления. А «сигарета» была все ближе и ближе…

Раздался топот башмаков быстро приближающихся людей. «Сигарета» уже угрожающе маячила над Губкой Бобом, и у меня была лишь секунда, чтобы сделать что-то – иначе вся моя миссия будет провалена. И я нажал на желтую кнопку на пульте дистанционного управления.

Губка Боб, услышав дребезжание цепей, метнул взгляд вверх. Когти захватного устройства, удерживавшего огромную лодку, разжались. Коп пришел в такой ужас, что даже не закричал, а попытался молча убежать. Однако он не был спортсменом, а тесный костюм из гладкой блестящей ткани позволил ему лишь сделать неловкий шажок в сторону.