Тайна семьи Вейн. Второй выстрел - Энтони Беркли

– Хм-хм. Вы и вправду так думаете?

– Да, думаю. И более того, уверен, что в пользу версии несчастного случая можно набрать куда больше аргументов, чем против любого из семерых названных мной подозреваемых. Теперь мы знаем, что Скотт-Дэвис сам принес винтовку в лес, верно? Сдается мне, что именно незнание этого факта и заставило вообще заподозрить убийство. Знай вы об этом с самого начала, сомневаюсь, что вы бы всерьез задумывались о такой вероятности. Конечно, тут можно возразить, что один из семерых все-таки мог найти винтовку и припрятать для собственных целей – как я сейчас и продемонстрировал, пытаясь убедительнее обрисовать версии с убийством. Однако ровно с той же вероятностью Скотт-Дэвис сам оставил ее внизу, намереваясь, по всей видимости, после представления немного прогуляться по лесу до чая. Он ведь, понимаете, знал, что в гараже она ему не нужна, зато понадобится позже – так зачем тащить ее вверх по холму к дому, а потом снова вниз?

Кроме того, на ней обнаружены отпечатки пальцев. В большом количестве. И очень убедительные. Не такие, какие остаются, когда оружие вытерли, чтобы удалить отпечатки пальцев второго лица, а потом всунули в руку убитому. Весомый довод, а? Я бы сказал – почти решающий.

Давайте рассмотрим, какие препятствия стоят на пути версии несчастного случая. На мой взгляд, их четыре: два крупных и два незначительных. Сперва рассмотрим два главных: горизонтальное направление входящей пули и отсутствие следов пороха. На самом деле, не думаю, что первое особо существенно. На этот счет есть вполне очевидное объяснение, прекрасно соответствующее тому, что и должно было произойти при подобном несчастном случае. Если это была случайность, Скотт-Дэвис должен был волочить винтовку за собой, держа ее за дуло, так что спусковой крючок зацепился за какое-то препятствие. А что случилось бы, если бы приклад внезапно за что-то зацепился? В таком случае Скотта-Дэвиса дернуло бы назад и, если препятствие было достаточно прочным, туловище у него отклонилось бы – что и дает нам горизонтальную траекторию пули. Ну а то, что попала она прямо в сердце, да еще через красное пятно на пиджаке – уже чистейшая случайность. Вы согласны?

– Целиком и полностью, – кивнул полковник.

– По-моему, это вполне ясно, – подтвердил суперинтендант.

– Отлично! Теперь что касается отсутствия пороховых следов. Я… нет, пожалуй, временно оставлю эту тему. Сперва разберусь с двумя менее значительными сложностями. Насколько мы понимаем, Скотт-Дэвис сообщил мисс Скотт-Дэвис, что собирается с кем-то встретиться. Увы, никто не признался, что встреча назначена именно с ним. Вы считаете, что все это весьма подозрительно, а встреча скорее всего предполагалась именно с будущим убийцей. Что ж, если моя теория верна, мисс Скотт-Дэвис непреднамеренно ввела вас в заблуждение. Я еще не разбирал с ней этот вопрос, поскольку хотел сделать это при вас. Чем сейчас и займусь. Миссис Пинкертон, по вашему рассказу у нас сложилось впечатление, что слова вашего кузена подразумевали заранее назначенную встречу в каком-то определенном месте. Вы именно так их и поняли?

– Что вы имеете в виду? – настороженно спросила Арморель.

– Ну, вы сказали, что не помните точных его слов, однако суть примерно такова. Насколько я понимаю, точных слов вы так и не вспомнили, но вот что меня сейчас интересует: поняли ли вы с его слов, что у него была назначена встреча – или, вероятно, что он просто надеялся кого-то встретить, почему и не пошел с вами?

– Ой, да, – с готовностью отозвалась Арморель. – Я уверена, он не говорил прямо «назначено». Это, знаете, вообще не из его репертуара слово. Нет, он просто откровенно дал понять, что мое общество ему сейчас нежеланно. Естественно, я восприняла это так, что он ждет кого-то еще. Вот и все.

– Именно. Тогда я прав. Никакой твердо условленной встречи не предполагалось. Он просто надеялся с кем-то увидеться. И если мы вспомним, что он только что обручился, что его нареченная должна была пройти неподалеку оттуда, поскольку из всего общества только она одна была дальше него от дома, за ручьем, и что он направился прочь от мисс Скотт-Дэвис именно в ту сторону – что ж, как косвенное доказательство убийства этот довод лопается, словно мыльный пузырь. Да, полковник?

– При таком объяснении, пожалуй.

– Что же до четвертого возражения – мол, немыслимо, чтобы настолько привычный к оружию человек проявил такую беспечность – ну, тут можно одно ответить: и не такое случается. Мы с вами, полковник, наверняка знаем с полдюжины столь же невероятных историй каждый. В данной же ситуации, на мой взгляд, ближе всего к истине объяснение, предложенное, если не ошибаюсь, Пинкертоном: Скотт-Дэвис забыл, что ружье заряжено. И коль скоро мы дошли до этого пункта, интересно отметить, что существует не менее трех доказательств того, что именно так оно и произошло.

– В самом деле, сэр? – осведомился суперинтендант скептически.

– Именно, – резко ответил Шерингэм. – А вы не заметили? Вам бы следовало. Первое – это отпечатки пальцев на конце дула, по кругу. Второе – отчетливая полоса смятой травы, где травинки были придавлены к земле (когда я видел эту полосу, они уже начали расправляться, так что при вашем первом осмотре полоса должна была быть еще явственнее), указывающая, что по ней протащили узкий предмет среднего веса – полагаю, ни больше ни меньше, как приклад ружья. И третье – посередине тропы близ того места, где, по словам вашего подчиненного, лежало ружье, валяется обломок раздвоенного корня, достаточно большой, чтобы послужить ровно таким препятствием, о котором я и говорил. Отдачи от выстрела, пусть и слабой, вместе с конвульсивным движением руки Скотта-Дэвиса в тот миг, когда в него вошла пуля, должно было хватить, чтобы отбросить его в другую сторону. Вот вам, как я и сказал, уже три доказательства. Больше, чем у вас есть в поддержку любой версии убийства. Что скажете, полковник?

– Должен признать, Шерингэм, вы приводите крайне правдоподобные аргументы. А, суперинтендант?

– Весьма изобретательно, сэр. Не то чтобы и впрямь доказательства, хотя признаюсь, что просмотрел след на траве, однако в данном случае любое доказательство на вес золота. Но что насчет отсутствия пороховых следов, сэр? Я заметил, что этого вы еще не объяснили.

– Нет. Приберегал напоследок. И ответьте, суперинтендант: если я предоставлю вам не просто объяснение, но реальное доказательство в поддержку моей версии, что вы тогда скажете? Согласитесь, что это несчастный случай, или продолжите цепляться за гипотезу про убийство?

– С вашего позволения, сэр, я бы предпочел сперва выслушать объяснение и посмотреть на доказательство, – невозмутимо ответствовал суперинтендант.

Шерингэм засмеялся и встал.

– Пойду принесу доказательство, – сказал он и вышел из комнаты.

Через минуту он вернулся, держа в руке веточку с несколькими привядшими и сильно помятыми листьями, и победоносно вручил ее суперинтенданту.

– Пожалуйста!

Суперинтендант принялся очень пристально ее разглядывать, полковник Грейс наклонился к нему, чтобы тоже взглянуть поближе. Мы, все остальные, затаили дыхание.