Эпитафия шпиону. Причина для тревоги - Эрик Эмблер

— Очень приятно слышать.

— Ерунда, мой дорогой! Все финансовые вопросы утрясете с Фитчем. Возможно, оставшееся время вам придется провести тут и ввести его в курс дела, чтобы он мог подготовить для меня отчет. А пока, — Пелчер протянул руку, — позвольте пожелать вам удачи.

Мы тепло пожали друг другу руки. Я еще раз его поблагодарил, и мы подошли к двери.

— Кстати, — вдруг сказал он, — хотелось бы знать ваше мнение как инженера о моей новой клюшке. Фитч настроен скептически… зануды эти любители гольфа! Вы не играете в гольф и поэтому должны оценить красоту идеи.

Я поужинал с Фитчем. Из Вулвергемптона удалось выбраться только затемно. Я ехал в купе вместе с хорошо одетым, атлетичным джентльменом, который сидел под огромным чемоданом, не очень надежно пристроенным на багажной полке. К ручке чемодана была привязана бирка туристического агентства. Какое-то время он читал бирмингемскую газету. Я смотрел в окно. Затем вдалеке показались огни доменных печей.

Газета зашелестела.

— Приятно видеть, что они снова работают, правда? — заметил мой попутчик.

— Да, очень.

— Вы из Бирмингема?

— Нет.

— Дела у нас тут идут неплохо. Не успеваем выполнять заказы.

— Хорошая новость.

— Да. А я отправляюсь в путешествие по Италии. Первый класс после Лондона, все дополнительные услуги включены в билет, и язык учить не надо.

— Недурно.

— Я уже ездил туда на пару дней, на Пасху. Италия — отличное место для отдыха. Теперь, когда у руля Муссолини, поезда там ходят почти так же хорошо, как у нас. Попробуйте как-нибудь.

Я откинулся на спинку сиденья. Внезапно навалилась усталость.

— Боюсь, в Италии для меня слишком жарко.

Попутчик понимающе кивнул:

— Да, не все люди хорошо переносят жару. Как моя бывшая жена. Либо ты ее переносишь, либо нет. Таким уж уродился — я всегда так говорил.