Миллион на три не делится - Анна и Сергей Литвиновы

Секретарша опустила голову.

– Они… они пишут… может, я плохо поняла, я только начала учить французский язык, весь день со словарем сидела…

– Короче, – оборвал ее Валя. Отлуп от французиков его совершенно не расстроил. Честно говоря, не до них.

– Они пишут, – пролепетала секретарша и залилась краской, – что в конкурсе победил именно наш автор.

– Кто? – нетерпеливо и радостно спросил Валя.

– Маргарита Кислова…

В первую секунду он даже не понял, что речь идет о его Ритке.

– Кто-кто?

– Ваша подруга… Рита… – еле слышно пискнула секретарша.

– Вау! – не сдержался Валька. Ах ты, Ритка, чертова скромница! Ничего ему и не сказала, что сама собирается участвовать в конкурсе! Он приказал:

– Ну-ка, набери ее. Быстро!

Секретарша подняла голову:

– Маргарита… Рита только что звонила сама… Она просила передать, что никакого договора с вами она не подписывала. И потому ее интересы будет представлять другое издательство.

* * *

Как все могло пойти так плохо, так плохо… Кажется, на пару секунд он заснул и увидел во сне Ритку, и услышал, как она говорит:

– Эх, Валюнчик, Валюнчик… Проморгал ты меня. Закрутился.

Идиот, ненормальный придурок! Он все надеялся, что Ритка его подождет. Что она все понимает. И верит, что совсем скоро они сядут в новенький «Брабус» и поедут на нем прямо в Париж!

Ритка кинула его на десять штук баксов – ведь раз ее представляет другое издательство, значит, они и получат комиссию, верно? Но Валя совсем не жалел о деньгах. Он отчаянно, впиваясь ногтями в щеки, тосковал по Рите, звал ее, ловил в подсознании ее улыбку и голос. И понимал, что она не вернется. А за каким тогда чертом ему нужно выстраданное «Сайнс-Райт»? На фиг ему это издательство, если он – один, один как перст?!

Рита оказалась права. Он действительно Невезунчик.

Валя яростно отверг робкие утешения коллег. Отправил девушку-архивариуса за водкой. Сорвал две важные встречи и обозвал преданную бухгалтершу старой каргой.

Водку он не закусывал. Ночь и день мешались перед глазами. Риткины телефоны не отвечали. Все кончено.

* * *

Удача не может быть с тобой вечно.

Рита чувствовала: она пропала. Кажется, просто сошла с ума. Что она делает? Назло кому? И зачем?

Эх, Валька, Валька… Предатель и трус. Даже сам позвонить не мог. Выставил в авангард свою фифу: «Риточка? Мне нужно с вами поговорить… Дело в том, что мы… мы с Валей давно и плотно работаем… целый день вместе, в одном офисе… ну, вы понимаете…»

Рита ничего не понимала и молчала в ответ. А секретарша глубоко вздохнула и выпалила: «В общем, у нас с Валей совсем скоро будет ребенок!»

Вот все и стало понятно: дела, никуда ходить некогда, получи, Ритусик, за свою работу сто баксов…

И негодяй-крупье никак не хочет оставить ее в покое:

– Девушка, вы играете?

– А что мне еще остается… – вздохнула она.

Деньги, сдуру, вот уж точно – сдуру, скопленные на свадьбу, больше ей не понадобятся.

Она открывает карты и видит опять – все то же самое: десятка, двойка, четверка, туз и – еще одна четверка. Играть не с чем. Две четверки, какая дрянь, подумать только…

Рита задумчиво смотрела в серенькие, непобедные карты. Была б с ней прежняя, любимая удача – она и с парой двоек только выигрывала бы. Но удачи нет. Удача от нее ушла. Ушла к Невезунчику.

Рита в сердцах отодвинула карты. Пас. Лучше подождать следующей сдачи. И услышала за спиной пьяненький, но такой родной голос:

– Проигрываешь большой гонорар?

Она вздрогнула, обернулась.

Валька. Глаза налились кровью, волосы растрепаны, губы кривятся в жесткой ухмылке.

Пару секунд Рита не могла вымолвить ни слова. Потом выпалила:

– А, это ты… Я думала, ты уже в роддоме.

Крупье скептически прослушал их диалог и вопросил:

– Девушка, вы сбрасываете?

Рита решительно отвернулась от Валентина. Отделила две карты, швырнула поверх них деньги:

– Поменяйте.

– Крутая оч-чч… очеркистка… Крутая игра… – ядовито произнес Валя.

– Что это ты без своей секретутки? – зло спросила Рита.

– Какой секретутки? – холодно спросил Валя.

– А какой гонорар? – ледяным голосом парировала Рита.

Крупье выдал ей карты. Она даже смотреть не стала, накрыла их фишками. Сыграет не глядя. В последний раз и на последние деньги.

Валя тяжело опустился рядом с ней.

– Я не знал, что ты любишь ходить в казино.

– Я тоже не знала, что ты сюда ходишь.

Он слабо улыбнулся – и на секунду оказался прежним Валькой, добрым и беззащитным:

– Да я… я напился… Сам не знал, что делаю… Кажется, в кабаках каких-то был… В клубах… Вот и в казино занесло…

Крупье открыл свои карты и объявил:

– Три туза!

– Я проиграла… – прошептала Рита.

Вале было плевать на ее проигрыш. Он тут же согнал с лица улыбку и рявкнул:

– В какое издательство ты ушла?!

И тут она начала понимать.

– Я что – победила в конкурсе?

– А то ты не знаешь! – буркнул Валя.

– Не знаю.

– Ты же сама мне звонила. Через секретаршу.

– Нет, это ты, мой друг, мне звонил… И тоже через секретар… – Тут она внезапно все поняла и воскликнула: – Так, значит, это все вранье! Что она от тебя ждет ребенка!

– Чего?

Рита вскочила:

– Тогда увольняй ее! Немедленно!

– Эй, ты о чем? – непонимающе уставился на нее Валя.

Она схватила его за руку:

– Пошли отсюда!

Валя поддался ее напору и встал. Они направились к выходу. Рита намертво вцепилась в его плечо.

Крупье крикнул им вслед:

– Девушка, стойте! Вы же не видели свои карты! У вас каре! Четыре четверки! Поздравляю! Ваш выигрыш – тысяча пятьсот пятьдесят долларов! Полу-чите!

Вьетнамец, игравший рядом с ней, завистливо проворчал:

– Фарьтовая девуська…

А Рита, ссыпая в сумочку победные фишки, радостно подумала: «Вот уж действительно, мне и правда всю жизнь везет!»