Ее звали Атаманша - Сергей Дышев

В оперативных сводках по городу Москве в феврале, марте и апреле 1998 года стали регулярно появляться сообщения об исчезновении владельцев автомобилей. Бесследно пропадали и их машины, дорогие и престижные иномарки.

Оперативникам Московского уголовного розыска удалось выяснить немногое. Первыми 9 февраля пропали без вести супруги Хигрины. Они сели в свой автомобиль «Гранд Чероки», поехали продавать машину и не вернулись. 13 февраля отец Константина Хигрина подал заявление в милицию об исчезновении своих родственников. Сотрудники криминальной милиции УВД ЗАО города Москвы возбудили уголовное дело по статье 105, завели и розыскное по факту пропажи супругов.

В последующие два месяца черный список пополнился еще девятью пропавшими гражданами. Серийность этих преступлений оперативники МУРа выявили не сразу. Люди пропадали в различных районах Москвы: Чертанове, Солнцеве, Измайлове, Перове, Нагатине, а также в подмосковных городах Домодедово и Подольске.

16 марта подобный случай произошел в Восточном административном округе. А. Степанов, 1971 года рождения, уехал с целью продажи автомобиля «Мерседес-280» и не вернулся. Родственники подали заявление о розыске.

2 апреля на машине «Ауди А-6» уехал из дома и не вернулся Збандут В. В., 1962 года рождения. 13 апреля Перовской межрайонной прокуратурой города Москвы по факту его безвестного исчезновения было возбуждено уголовное дело.

8 апреля на джипе «Гранд Чероки» уехали и бесследно исчезли жители микрорайона Солнцево В. Лапин, 1969 года рождения, и И. Кутепов, 1962 года рождения.

Вскоре оперативники выяснили, что все эти случаи исчезновения владельцев машин объединяло одно общее обстоятельство. Прежде чем продавать машину, звонил покупатель и договаривался о встрече у казино «Винсо-Гранд» на Таганке. Продавец приезжал на место встречи и пропадал без вести.

Во всех этих исчезновениях явно проглядывалась серия. Решено было создать штаб из сотрудников МУРа и окружных подразделений. В него вошли начальник 2-го отдела МУРа Игорь Губанов, начальник отделения Андрей Храпов, оперативники Владислав Новиков и Алексей Вареник и начальник отдела уголовного розыска УВД Западного округа Игорь Зиновьев со своими сыщиками.

Сначала оперативники сделали выборку по аналогичным случаям, когда владельцы продавали машины и не возвращались. Так они выявили еще несколько фактов исчезновения людей. Среди таковых был и житель Подольского района Московской области Соколов А. Г., который 19 марта уехал продавать «Мицубиси Паджеро» и пропал.

Оперативники проверили автосервисы на юго-востоке и востоке от Таганской площади. Но все было безрезультатно. Ни пропавших машин, ни других следов преступлений сыщики не обнаружили.

А люди продолжали исчезать. Из города Домодедово 23 апреля пропали граждане Якушин, 1951 года рождения, и Зимин, 1957 года рождения. Как выяснилось, они уехали в Москву продавать «Жигули» девяносто третьей модели и не вернулись. Накануне им позвонил покупатель и договорился о встрече.

От этих случаев веяло жуткой мистикой – люди и их машины исчезали бесследно. Неизвестно, сколько бы еще пополнялся черный список, если бы у одного из пропавших не стоял дома телефон с определителем номера. Супруга владельца машины нашла номер телефона покупателя и сообщила его в милицию. Там тут же пробили этот телефон и определили, что он находится в сервисе «Автолюкс» по адресу Проектируемый проезд, дом 8.

На задержание поехали оперативники Домодедовского УВД. Двери сервиса были закрыты. В течение шести часов сотрудники милиции пытались прорваться внутрь. Все это время люди, запершиеся там, созванивались со всевозможными знакомыми и говорили, что их штурмует милиция. Выяснилось также, что «блокадники» связывались с Алексеем Мигуновым. Именно ему по документам принадлежал «Автолюкс», также он занимался продажей телефонов и пейджеров.

Когда оперативникам удалось-таки прорваться внутрь, они увидели, что все это время за ними велось наблюдение при помощи видеокамеры. Монитор находился в глубоком подвале.

Сотрудники Домодедовского УВД провели обыск и задержали неких Евгения Нагорного, 1972 года рождения, уроженца Харьковской области, и Виктора Инже, 1971 года рождения, уроженца Молдовы, который проживал в Люберцах вместе с женой. В сервисе он работал слесарем. Нагорный тоже числился слесарем, но фактически был руководителем предприятия.

Обыск домодедовские оперативники провели формально и обнаружили в сервисе лишь техпаспорт на машину Хигрина. У них же по учетам пропавших без вести числились только Якушин и Зимин. О находке техпаспорта сыщики сообщили своим коллегам в МУР, те тут же приехали в Домодедово. Под вечер они были в сервисе и обратили внимание на кучу песка внутри помещения, на цементном полу.

Когда опера уезжали, по указанию начальника МУРа Виктора Владимировича Голованова оставили в засаде нескольких сотрудников. Чутье сыщика в очередной раз не подвело Голованова.

Ночью в сервис приехали некто Панин и Ставицкий, оба 1977 года рождения. Их задержали и доставили в УВД Печатники, где Ставицкий тут же попытался повеситься, но его успели вытащить из петли. Они, как выяснилось, в «Автолюксе» занимались черновой работой, были на побегушках, продавали запчасти.

Тем временем оперативникам стало известно, что среди убитых были и два члена солнцевской преступной группировки. Близких друзей погибших вызвали дать свидетельские показания. Братки буквально умоляли выдать им подозреваемых, чтобы разобраться с ними без канители и ненужных формальностей.

Тут у оперативников созрел план. Они сами решили сыграть роль бандитов, жаждущих мести. Подозреваемых из Домодедова повезли в Москву. По дороге конвой был блокирован «друзьями» пропавших, роль которых сыграли бойцы ОМСН под командованием В. И. Баранова.

В течение получаса мнимые бандиты, отчаянно жестикулируя и щедро перемежая речь уголовным жаргоном, требовали немедленно выдать им на расправу подследственных. Позже Нагорный признал, что те минуты были самыми страшными в его жизни. По приезде на Петровку он тут же стал давать показания.

Ставицкого тем временем выходили в институте Склифосовского. Сам факт попытки суицида показался операм подозрительным. Просто так люди не вешаются. Сыщики забрали Ставицкого в МУР, стали с ним работать. Он долгое время молчал, потом с ним по душам поговорил заместитель начальника МУРа Владимир Будкин.

После этого Ставицкий написал чистосердечное признание аж на четырнадцати листах. Он изложил все – как и кто убивал, согласился давать показания под протокол.