Душитель со 120 страницы - Валерия Леман

Иван облегченно перевел дух и вновь широко улыбнулся.

– «Колитесь» – это жаргон? – он рассмеялся. – Тогда колюсь! Так вот, все в порядке: ваша подруга жива и здорова, просто после всех этих нервных потрясений спит под легким наркозом.

Как хотите, но от подобного жизнерадостного ответа мне ни на грамм не стало легче. Я едва не взвыл:

– Какие еще нервные потрясения? Пенка спит под наркозом? Да что случилось, вы можете мне сказать?!!

– Конечно, могу, я же вам объясняю – у меня русская мама, потому комиссар и отправил именно меня вас встречать, – бедняга слегка испугался моей истерики, но изо всех сил старался сохранять улыбку на лице. – С Пенкой Петковой все в порядке, она просто немного устала от всех этих нервных потрясений с трупом.

Черт возьми, этот славный парень с очаровательной улыбкой кого угодно мог свести в могилу своими жизнерадостными репликами про наркоз, нервные потрясения и усталость от трупов.

– О господи, тут еще и труп до кучи! Объясните мне: что за трупы, из-за которых у Пенки нервное потрясение?!

Каюсь, в этот момент я не сдержался и схватил Ивана за грудки, пару раз как следует встряхнув, от чего он лишь испуганно выпучил на меня глаза и молниеносно выпалил в ответ:

– Извините, но труп только один, совсем свеженький. А у Петковой нервный срыв, потому что утром она обнаружила этот труп в своем саду.

Все было просто замечательно: я прилетел в солнечную Болгарию, чтобы расстроить свадьбу возлюбленной, и с первых же шагов меня встречали улыбающийся полицейский и свеженький труп в саду старой подруги. Мне только и оставалось, что отпустить белоснежную рубаху полицейского, благодарно ему улыбнуться и, усевшись в полицейский автомобиль, отправиться в гости к Пенке.

Мой довольно богатый опыт общения с полицией разных стран позволяет сделать вывод, что сотрудники правоохранительных органов в своем большинстве не шибко разговорчивы, а уж по поводу дела, по которому начато следствие, и вовсе будут помалкивать, тем более перед абсолютно левым человеком вроде меня. Так вот на этот раз мне несказанно повезло: этот улыбчивый инспектор Млнчев в первые же пять минут дороги с легким сердцем выложил мне все известные факты по трупу в саду Пенки.

Во-первых, как выяснилось, Пенка уже не первый год жила не в Софии, а неподалеку от столицы, в крошечном городке под названием Дупник: почти три года назад умерла ее бабушка, завещав домик любимой внучке.

– Знали бы вы, какое интересное это самое название – Дупник, – не преминул хохотнуть Иван, на хорошей скорости ведя автомобиль к оному Дупнику. – Как бы это выразиться помягче? Дело в том, что по-болгарски «дупа» – это…

Тут он заерзал на месте, головой кивая куда-то себе за плечо.

– Ну, вы понимаете? Пятая точка! Это самое! Вот и представьте себе, как переводится название городка.

Я сдержанно улыбнулся и кивнул, а Иван вновь расплылся в широченной улыбке.

– Понимаете, да? Правда здорово: я живу в… В Дупнике! Ха-ха! Именно туда мы с вами сейчас и направляемся.

Отсмеявшись, инспектор тут же поспешил напустить на себя важный вид и даже чуть нахмурил светлые бровки.

– Пенка Петкова живет в Дупнике уже три года. И пишет свои детективы. Ее романы в Болгарии очень известны, нарасхват. Представляете, я первый раз в жизни видел настоящую писательницу, у нее целая полка собственных книг! – Тут в голосе Ивана появились восторженные нотки. – Обязательно куплю себе штук десять и попрошу Пенку подписать их. Да мне все управление обзавидуется!

Как выяснилось благодаря моим назойливым и упорным вопросам, Пенка незадолго до ЧП отправила очередной свой шедевр редактору в Софию: получила за него гонорар, а потому последнюю неделю просто отдыхала и радовалась жизни, ухаживая за фруктовыми деревьями в своем саду. Под огромным деревом грецкого ореха, которому, по семейным архивам Петковых, насчитывается девяносто семь лет, она и обнаружила в шесть часов утра труп. Да какой!

Тут мой собеседник невольно снизил тон и заговорил едва ли не шепотом:

– Представляете, труп сидел под деревом, спиной опершись о ствол, – такой худой, лицо бледное, чуть ли не зеленого цвета, и зубы вампирские торчат, – Иван боязливо передернул плечами. – Это же надо: неизвестный убийца позаботился и купил в магазине забавных подарков детскую игрушку – вставную челюсть Дракулы. Но смотрелось все это жутко. Наверное, поэтому бедная Пенка сразу впала в ступор. Полицию вызвала только спустя полчаса, а потом буквально кратко доложила о том, как нашла труп, что понятия не имеет, откуда он взялся в ее саду, после чего сказала, что ей плохо и она хочет спать. Мы попросили нашего судмедэксперта сделать ей укол успокоительного, и она до сих пор спит.

– А что полиция?

Парень надулся от гордости.

– Мы не сидим сложа руки. Всех допросили! Сразу же выяснилось, что труп – некий таинственный тип, что поселился в доме мамки Иванки – ее в Дупнике все знают, у нее свой магазинчик и кафе на террасе перед магазинчиком под названием «У мамки Иванки», где пол городка каждый день собирается. Но сама мамка Иванка ничего нам о жильце сообщить не смогла. Говорит, молчун был ужасный, как она его ни заваливала вопросами, он только улыбался да молчал. Известно одно: приехал он из Софии, чтобы отдохнуть. Вот и все! И отдыхал странно: весь день спал, а как вечер – шел на прогулку. Может, и вправду вампиром был?

Иван несколько нервно хохотнул, дернувшись плечом. И тут же продолжил:

– Но мы быстро вычислили, кто этот парень. Вор из Софии с почти что мировой «славой», известный под кличкой Сова, – грабил богатые дома, за ним море грехов. Интересно, он действительно приехал в Дупник просто отдохнуть или приглядывал там себе новый домик для работы? Всем известно, что особо богатых людей в Дупнике нет, все – середнячки. Правда, эта ваша русская уверяет, что домушник влюбился в нее. Он сразу же начал носить ей подарки – цветы и прочее.

Я невольно вздрогнул, взглянув на парня, как смотрит баран на новые ворота: что еще тут за «ваша русская»? Я так и задал вопрос, на что Иван посмотрел на меня с искренним удивлением.

– Хотите сказать, что не в курсе? А вот она нам все уши прожужжала, что вы в России – почти что второй Шерлок Холмс. Когда Пенка сообщила, что вы прилетаете, а у нее нет сил вас встретить, эта подруга сразу же заявила…

У меня терпения не хватило дослушать бедолагу до конца, и я, быть может немного грубовато, прервал его на полуслове:

– Да какая еще подруга, ты можешь имя назвать?!

И парень покорно произнес имя, которое и без того уже вертелось у меня на языке:

– Соня Дижон. Из Москвы. У нее папа…

– Швейцарец, я в курсе, – я в очередной раз его прервал, невольно сжав кулаки, и кривовато усмехнулся. – Значит, наша невеста, проигнорировав номер в роскошном отеле в Софии, обитает в провинции, у подруги, ожидая прибытия жениха.