Няня для принцессы - Ольга Хмельницкая

– Мой водитель вас отвезет, – сказал папа.

– Сервиз не побейте, – улыбнулась мама.

– Кругловым привет, – добавил папа. – Скажите, что мы не пришли, потому что страшно заняты по работе. И можете еще сообщить, что мы нянчим Дашеньку, хотя на самом деле Дашенька у бабушки.

– Непременно.

Елена Варфоломеевна кивнула. Ася была одета в полосатое голубое платье. На Мише была темно-зеленая мастерка и черные джинсы с черепом и костями на попе.

– Там, наверное, будет ужасно скучно, – тихонько сказала Ася брату. – Но я закачала в плеер саундтрек к «Аватару», как-нибудь надеюсь продержаться до вечера.

– Угу, – кивнул Миша.

Он думал о том, что сломал стены в темнице подозрительно легко. Нет ли в этом какого-то скрытого смысла?

– Поехали, – позвала Елена Варфоломеевна, улыбаясь. – Свадьба – это прекрасно. Белое платье, музыка, веселье, угощенье…

– Вы были замужем, Елена Варфоломеевна? – спросила Ася.

Няня тут же помрачнела.

– Да, – ответила она. – Я вдова.

– Это ничего, – сказал Миша, – у нас вот есть сосед, дедушка, ветеран двух войн… Ледового побоища и Бородина. Мы с Асей можем вас познакомить. Может, вы ему понравитесь?

– Мне всего тридцать семь, – сообщила няня.

– Ого, – восхитился Миша, икнув.

– Мдя, – кивнула Ася. – Я же говорю, дедушка подойдет.

Они притормозили перед рестораном, где уже сгрудилась кавалькада машин.

– Горько! Горько! – кричали гости.

Миша отметил, что уже почти у всех такие же сизые носы, как обычно у его папы.

– Горько, – робко сказала Ася, прихлебывая сок.

– Дорогие гости, а теперь тост скажет дядя невесты, Виталий Дмитриевич, – произнесла тамада.

Елена Варфоломеевна сфокусировала взгляд на тамаде. Крупная, высокая и статная женщина с большой грудью, широкими бедрами и вполне отчетливым намеком на талию, она притягивала к себе взгляды. Черные глаза, слегка раскосые, с длинными наращенными ресницами, хищный алый маникюр, громкий и при этом мелодичный голос.

– Виталий Дмитриевич, просим! – сказала тамада.

Ее ресницы на секунду кокетливо опустились и снова взлетели.

«Интересная женщина, – решила про себя Елена Варфоломеевна. – И замужем».

На безымянном пальце правой руки у тамады было толстое обручальное кольцо.

– Дорогие Катя и Сергей, – проникновенно начал Виталий Дмитриевич, покачиваясь.

Миша посмотрел на Катю и Сергея. Катя была худенькой бледной девушкой, смотрящей в тарелку. Сергей – высоким и широким в кости мужчиной, килограммов в сто тридцать весом, с двойным подбородком, висящим жирной складкой, и маленькой бородкой. Он гордо вертел головой, и время от времени, услышав «горько», впивался губами в бледные губы невесты.

Асе было ее жаль.

– Такая бледная, до прозрачности, – сказала она Мише. – И глаз не поднимает.

– Родители заставляют, – решил Миша, – видно же, что она не хочет.

– Такого противного и я бы не захотела, – согласилась Ася. – И взгляд такой масляный, довольный.

Жених как раз вперил в детей тяжелый взгляд. Невеста не отрывала глаз от пустой тарелки.

– Дорогие Катя и Сергей, – повторил дядя невесты, – дорогие Сергей и Катя!

Он покачнулся, но под строгим взглядом тамады принял вертикальное положение.

– Мы собрались здесь, в этот прекрасный день, чтобы поздравить вас с днем рождения.

Его затуманенный водкой разум уловил какую-то логическую нестыковку.

– Вы, наверное, близнецы, – продолжил дядя.

– Со свадьбой, свадьбой, – зашикали вокруг.

– О, точно, с Восьмым мартом, дорогие женщины, – сказал дядя и пролил шампанское из бокала на прическу сидящей рядом дамы.

– А что, сегодня и правда Восьмое марта? – спросил мужчина с аккуратным пробором, друг детства жениха. – Я думал, Новый год.

Дядя залпом допил шампанское и плюхнулся на свой стул, явно довольный собственным выступлением. Жених полез сально целоваться к невесте, а потом закинул руку и обняв девушку за плечи.

– Как-то нерадостно тут, – сказал Миша.

– Невесту жаль, – согласилась Ася, – как в Средние века.

Крупный мужчина в джинсах и клетчатой рубашке, сидящий в углу, смотрел на Мишу, Асю и Елену Варфоломеевну.

– А теперь танцы! – объявила тамада.

Ее туманно-серый костюм натягивался на пышной груди. Ася заметила, что многие мужчины поглядывают на тамаду с интересом. Крупная, яркая и уверенная в себе, она говорила с легким придыханием.

Дядя невесты сориентировался первым.

– Позвольте вас пригласить, – сказал он, упав перед тамадой на одно колено.

– Попозже, котик, сейчас танец жениха и невесты, – улыбнулась тамада.

Дядя облизал губы. Жених выплыл на середину комнаты, демонстрируя бородку и ноги буквой «икс». Невесомая невеста вышла за ним, по-прежнему глядя в пол.

– Катя, прекращай строить из себя жертву! – прошипела мама невесты, цепко схватив ее за руку. – Улыбайся!

Невеста улыбнулась одними губами. Заиграла музыка, жених обнял невесту, притянул к себе, что-то сказал в ухо жирным ртом, открывая желтые зубы. Его бородка шевелилась, как будто там шныряли тараканы.

– Дорогая, – сказал он. – Я так счастлив.

Они закружились в танце. Пару раз жених наступал невесте на ноги, но она даже не поморщилась.

– Как они прекрасны! – воскликнула мама невесты, прикладывая платок к совершенно сухим глазам.

– Не то слово, – кивнул папа новобрачной, пожимая руку папе жениха.

– Ну, по рукам, – произнес тесть.

Невеста вдруг споткнулась и чуть не упала. Ее лицо стало совсем бледным.

– Тут душно, – сказала Ася.

В воздухе витала тысяча запахов, духи и туалетная вода волнами поднимались к потолку, формируя парфюмерные облака. С трудом закончив танец, невеста вернулась к столу и налила себе стакан минеральной воды.

Крупный мужчина в клетчатой рубашке, расстегнутой на груди, и джинсах сел рядом с Еленой Варфоломеевной. Стул под ним жалобно скрипнул.

– Здравствуйте, девушка, – приветствовал ее он.

– Добрый день, – сказала няня, продолжая смотреть на детей.

– Тут явный недостаток приятных лиц, – произнес мужчина, – и посмотреть не на кого. Разве что на вас, детишек ваших да на невесту.

– А вы кто? – спросила Елена Варфоломеевна.

– Кум невесты, – сообщил мужчина. – Мы вместе крестили сына ее подруги, и она меня пригласила. Знал бы, что это будет так выглядеть, ни за что бы не пришел.