Игра по-крупному - Фридрих Незнанский

Я чертыхался, листая ксерокс дела по поводу похищения сына Президента. Детский сад. Этого Алекпера везли на бронированном, как я и думал, «мерседесе», с тремя телохранителями, один из которых был за рулем.

Что, простите, для такой махины, как упомя­нутый «мерседес», наша «девятка»? Пусть даже цвета мокрого асфальта. Отлетит, как шар от кия. А они безропотно остановились. И свидетелей, конечно, как ветром сдуло. Мол, вовсе их не было. И это средь бела дня? Значит, проблема та же, что и у нас: быть свидетелем опаснее, чем преуспевающим банкиром. Что же делать? От­лавливать свидетелей, как бандитов? Силой до­ставлять в участок в наручниках? Чтобы молча­ние для них было опаснее дачи показаний...

Но это я так, к слову. Конечно, свидетелей надо холить и беречь. Как Витя Солонин в дан­ную минуту холит свои ногти, входя в роль арис­тократа. Трудно нам пока что тягаться с мафией, ох как трудно. У нее руки не то чтобы длиннее, чем у нас, незаметнее — вот в чем дело. И нравственных запретов никаких.

Скажем, мы никогда не позволим себе взять в заложники детей бандитов. У них же — не заржа­веет. Мы не можем себе позволить играть по их правилам. И потому они нас опережают.

И потому даже часто обыгрывают...

В номере нас было трое. Кроме меня и Вити, облаченного в роскошный халат с кистями, сидел малоприметный человек, тот самый Новруз Али- заде, которого, уходя от нас, Самед представил как своего в доску человека. Невысокий крепыш с глубоко посаженными глазами неопределенно­го возраста. То ли за двадцать, то ли под пятьде­сят. Но это хорошо, что неприметный. Плохо, что пришел средь бела дня к нам в номер. Или полагает, что в это время суток не бывает свиде­телей?

— Куда он хоть ехал в этот день? — спросил я, продолжая перелистывать следственные доку­менты и не скрывая раздражения. — Здесь ниче­го об этом не сказано.

Новруз пожал плечами и чуть прикрыл глаза. Честные глаза, надо сказать.

— Значит, никто не знает. А похищавшие были осведомлены о его маршруте и времени следования? — спросил я.

— Получается, что так, — кивнул Новруз. — Впрочем, это является секретом полишинеля, я бы так сказал. Я говорю о его поездках.

Краем глаза я заметил, как Витя удивленно уставился на нашего гостя.

— И вы нас посвятите в эти секреты? — спро­сил я.

— Алекпер часто ездил к красавице Деларе Амировой, в то время когда ее муж был на рабо­те, — сказал Новруз. — И весь Баку про это знал. Все у нас сочувствовали влюбленным, а ее муж, почтенный господин Амиров, пресс-секретарь Министерства иностранных дел, смотрел на это сквозь пальцы, делая вид, что ничего не знает. Отец Алекпера запретил сыну разводиться с женой из-за Делары. Это можно было сделать при советской власти, сказал он ему, теперь позд­но. Теперь придется подождать, пока я перестану быть Президентом.

— А что, многие у вас в такой ситуации жале­ют о падении ненавистного режима? — спросил Солонин, оставив в покое свои ногти.

— Многие... — ответил наш гость. — Особен­но те, кто в силу служебного положения вынуж­ден придерживаться законов шариата. Многие полагают, что Алекпер не сопротивлялся, думая, что на него напали родственники и друзья обма­нутого мужа. Он хотел с ними поладить и дого­вориться, чтобы не поднимать скандала. Но дело приняло серьезный оборот. Алекпер исчез. И больше всех об этом сожалеет безутешная Делара, а также ее муж.

— А ему-то какая печаль? — спросил Соло­нин.

Наш гость с легкой, дружественной усмешкой перевел взгляд с Вити на меня.

— Его уже затаскали по допросам, — сказал он. — Разве в деле этого нет?

— Ну да, Амиров, — вспомнил я и полистал дело. — Вот, например... «Уважаемый ..., не мо­жете ли вы сообщить нам, в котором часу вчера прибыли вы к месту службы?..» Или это плохой перевод, или это не допрос, — сказал я, отодви­нув дело.

— Второе, — уточнил Новруз. — Я с вами полностью согласен. Я сам работал в советское время в уголовном розыске, поэтому полагаю, что спросить следует по-другому: что вы, уважае­мый, делали с половины третьего дня до четырех? Хотя и так ясно, что его при захвате сына Прези­дента не было. Что у него очевидное алиби.

Мы с Витей переглянулись. Самед нас не под­вел. Слава Богу, хоть один здесь что-то понимает в нашей профессии. И при этом — верный чело­век, на которого можно положиться. А то хоть волком вой. Или беги отсюда, не оглядываясь.

— После «ухода» из Азербайджана советской власти, здесь сменилось уже два Президента, — сказал Новруз. — И при каждом следственный аппарат перетряхивался до основания. И теперь имеем то, что имеем. Совершенно некомпетент­ные и в силу этого продажные следователи берут­ся за такое щекотливое дело, ожидая, кто больше заплатит.