Дело супруга-двоеженца - Эрл Стенли Гарднер

Делла Стрит остановила машину у бровки тротуара напротивдома номер 367 по Мандала-драйв, где жили Граймсы.

– Ничего не записывай, – сказал Мейсон и открыл переднююдверцу.

Она выбралась из машины, скользнув по сиденью исоблазнительно сверкнув стройными ногами перед носом Мейсона, и через секундууже стояла на тротуаре, оглаживая юбку.

– Что ж, шеф, пойдемте.

Они пошли по бетонированной дорожке.

Делла Стрит тихонько спросила:

– Вы ей много собираетесь рассказать?

– Не знаю. Придется действовать по обстоятельствам,полагаясь на интуицию. Посмотрим, как будут развиваться события.

Мейсон позвонил в дверь. Ему открыла Нелл Граймс.

– Доброе утро, – сказал Мейсон. – Я адвокат. А это миссДелла Стрит, моя секретарша. Мы бы хотели войти и поговорить с вами, если вы невозражаете.

– Перри Мейсон! – воскликнула женщина, глядя на негоокруглившимися глазами.

– Он самый, – подтвердил Мейсон.

– Удивительно! Я читала о вас в газетах и знаю вас пофотографиям. Пожалуйста, входите!

Она провела их в гостиную.

– Я хочу задать вам несколько вопросов, – сказал Мейсон. –Вам придется довериться мне.

– Я готова, – ответила она. – Можете спрашивать. Япостараюсь ответить на любые вопросы и помочь, чем смогу.

– Мои вопросы, – начал Мейсон, – касаются Гвинн Элстон.

Миссис Граймс вздрогнула от неожиданности.

– Гвинн! Боже мой, что она натворила?

– Мисс Элстон, насколько мне известно, живет у вас, – сказалМейсон.

– Да. У нее своя комната, и она здесь завтракает. Иногда мыприглашаем ее пообедать с нами, но наша финансовая договоренность включаетпроживание и завтрак.

– Она торгует книгами?

– Да.

– Вам известно, где она была вчера вечером?

– Вчера вечером, – ответила Нелл Граймс, тщательно подбираяслова, – она занималась какими-то крайне таинственными делами.

– Она рассказывала вам, как ее остановил полицейский?

– Гвинн повторила басню о полицейском, который остановилмашину и бросил ей на колени револьвер на тот случай, если он… позволит себеслишком много.

– Вы поверили?

– Конечно, нет.

– Вы дружите с мисс Элстон?

– Она моя лучшая подруга. Я знаю ее много лет.

– Она когда-нибудь лгала вам?

– Пару раз привирала. И я тоже лгала ей. Но это… это былосовсем другое дело.

– Она показывала вам револьвер?

– Да.

– Вы не заметили в нем ничего необычного?

– Боже, мистер Мейсон, я так мало понимаю в этом, чтобызнать, что там обычно, а что необычно! Гвинн хоть как-то разбирается, а я –никак, кроме того, что она мне сказала.

– А что она вам говорила?

– Что в барабане один стреляный патрон. Я увидела, что на одномпатроне посередине зазубрина, – это, наверное, и есть стреляный. Вот и все, чтомне известно, кроме, конечно, этой сказки Гвинн, будто кто-то дал ей револьвер,чтобы защищаться, а потом сбежал от нее, оставив револьвер.

– Значит, вы ей не поверили?

Нелл Граймс покачала головой.

– Извините, мистер Мейсон, я не собираюсь вам лгать: я ей неповерила.

– А вам не приходило в голову, что из этого револьвера могликого-то застрелить, а потом избавиться от него как от улики?

Нелл подумала несколько секунд и ответила:

– Нет, такое мне в голову не приходило. Откровенно говоря,мистер Мейсон, я решила, что Гвинн попала в переделку, выдумала всю эту историюпро полицейского и рассказала мне, чтобы посмотреть, пройдет ли номер, поверюли я ей.

– Вы дали ей понять, что не верите?

– Да. Она достаточно хорошо меня знает, чтобы понять, что яи не думала верить ее выдумкам.

– Вы случайно не знаете, откуда она взяла револьвер и где онсейчас?

– Гвинн взяла его с собой.

– А где сейчас Гвинн?

– От нее не было известий с утра. Ей звонила… какая-тоженщина с приятным голосом, которая не захотела оставить своего телефона.

– Ваш муж дома?