Поэзия убийства - Наталия Антонова

С Морисом они встретились за обеденным столом. И она ни о чём не спрашивала его до завершения трапезы. Впрочем, и тогда он заговорил первым:

–Вы ещё не отказались от своей идеи?

–Нет.

–Тогда слушайте. Королёв действительно до сих пор преподаёт в школе историю. Он вдовеет уже двадцать пять лет. Имеет двоих детей, сына и дочь. Его сыну Ивану двадцать два года. Он учится в медицинском институте.

На лице Мирославы промелькнуло то ли озарение, то ли всего лишь предположение.

Морис счёл своим долгом сказать:

–Не похоже на то, чтобы парень нарушал заповеди Гиппократа.

–Судишь по соцсетям?

–И по ним тоже,– уклончиво ответил Морис.

–А Иван точно сын Королёва?

–Что вы имеете в виду?

–По возрасту он больше годится ему во внуки.

–Нет, он именно сын.

–Поздний ребёнок. И если жены нет уже двадцать лет, то выходит, что мальчика он воспитывал в одиночку.

–Думаю, что ему помогала дочь.

–А сколько лет дочери?

–Сорок два года.

–Ого! Какая разница в возрасте у брата с сестрой.

–Всякое бывает.

–Да. Как её зовут?

–Марина Ярославовна Полянская.

–Она замужем?

–Да. Муж Глеб Витальевич Полянский. У них, как и у отца Марины, двое детей. Дочь Мария перешла в десятый класс, а мальчик Артём в этом году пойдёт в первый.

–Кем работает дочь?

–Бухгалтером в строительной компании.

–А зять?

–Инженер-технолог на заводе.

–Семья дочери живёт с отцом?

–Сейчас нет. Несколько лет назад Марина Ярославовна купила двухкомнатную квартиру у компании, в которой она работает.

–Откуда деньги?

–Судя по всему, семья расплачивалась за квартиру несколько лет. Вероятно, Полянская, как сотрудник компании, получила скидку.

–Вероятно,– согласилась Мирослава.– Что ты можешь ещё сказать о Марине Ярославовне?

–Собственно, больше ничего о ней выудить из интернета не удалось. Сама она в соцсетях не светится. Информация со страниц дочери Маши.

–По всему выходит, что Марина Ярославовна серьёзная женщина, занятая семьёй и работой.

–Похоже на то,– кивнул Миндаугас.

–Придётся разговаривать с ней.

–Вы уверены, что нам это нужно?

–Нам?

–Да. Я имел в виду наше агентство.

–Не уверена, что это нужно нашему агентству,– улыбнулась Мирослава.– Но я очень хочу с ней познакомиться. Да и узнать о том, не тревожила ли их семью полиция, тоже узнать не помешает.

–Шура же сказал.

–Мало ли что сказал Шура. Насколько я его знаю, он, несмотря на произведённое на него Королёвым впечатление, не преминет познакомиться с членами его семьи, чтобы узнать, чем они дышат. К тому же Стелла Эдуардовна сказала, что она заставила мужа в своё время уволить зятя Королёва. И я просто уверена, что и полицию она проинформировала об этом факте.

–И вы думаете, что полиция могла заподозрить Полянского в том, что он затаил обиду на Тавиденкова и через столько лет устроил животную бойню.

–Я не знаю, в чём и кого могла заподозрить полиция. Ты же видишь, что Шура не особо делится информацией.

–Он и так на этот раз, как мне кажется, сказал нам немало.

–Возможно. Но я должна играть на опережение.

Морису только и оставалось, что снова пожать плечами. Единственное, что он сказал через некоторое время:

–Разрешите вам напомнить, что завтра воскресенье.

–Вот и чудесно!– обрадовалась Мирослава.– Марина Ярославовна, скорее всего, будет дома.

–Они могут с семьёй уехать на дачу, если у них такая имеется.

–Точно! А разве в соцсетях об этом не написано?

–Нет,– покачал головой Миндаугас.

–Значит, дачи, скорее всего, нет,– заключила Мирослава.

–Возможен ещё один вариант,– проговорил Морис.

–Какой?

–Маша не любит дачу и поэтому ничего не написала о ней на своих страницах.

–А по-моему, девочка в любом случае должна была где-нибудь о ней обмолвиться.

–Может быть, вы и правы.

–Да что тут гадать,– сказала Мирослава.– Я позвоню сегодня Полянской и попрошу её о встрече. Надеюсь, ты выудил из пучин интернета номер её мобильника?

–Обижаете,– и он придвинул к ней листок.

–Ты просто бесценный сотрудник!

–Это намёк на то, что я могу попросить прибавку к жалованью?– пошутил он.

–Перебьёшься.

–Чего же следовало ожидать от вас, кроме сладких слов.

–Доброе слово и кошке приятно,– нравоучительно произнесла Мирослава.

–Но я же не кошка!

–Конечно, нет. Ты же мальчик.

Морис рассмеялся и спросил:

–Чем я займусь завтра?

–Чем хочешь.

–Что ж, пока у нас нет никакого расследования, не считая любительского,– в его глазах запрыгали дерзкие искорки,– я займусь завтра садом и наберу яблок для варки варенья и приготовления начинки для пирогов на зиму.

–Шура непременно оценит твои труды,– подмигнула ему Мирослава.

–Надеюсь, что и вы тоже оцените,– ответил он без тени улыбки.

–И я тоже,– согласилась Мирослава, подхватила на руки кота и ушла наверх, в свою комнату.

Когда она позвонила Полянской, было почти девять вечера.

–Здравствуйте, Марина Ярославовна!

–Здравствуйте. С кем я говорю?– поинтересовался приятный женский голос.

–Я детектив Мирослава Волгина.

–Опять полиция?– возмутилась женщина.

«Ага,– подумала про себя Мирослава,– я была права, Шура не мог не сунуть носа в гнездо учителя». Вслух она сказала:

–Нет, я частный детектив.

–Частный? Не понимаю!

–Давайте завтра встретимся, и я вам всё объясню.

Женщина задумалась на некоторое время, потом спросила:

–Стелла Эдуардовна подложила отцу поросёнка, который грозит превратиться в полноценную свинью?

–Типа того.

–Хорошо. Давайте встретимся. Где?

–Можно в сквере возле вашего дома.

–Вы знаете, где я живу?

–Вы забыли, что я детектив…

–Но не ясновидящая же,– нашла в себе силы пошутить Полянская, хотя, судя по её изменившемуся голосу, ей было не до шуток.