Так убивать нечестно! Рождественский кинжал - Джорджетт Хейер

– Он так быстро это понял?

– Да. Сначала я ему не поверил. Попросил Стивена принести зеркало. Мне не хотелось верить. Но Стивен оказался прав. Правда, он подумал, что у Натаниэля был удар. Он сразу это сказал, и некоторое время я имел счастье пребывать в этом заблуждении.

– А потом?

– Сейчас вспомню. – Джозеф сжал пальцами виски. – Это походило на кошмар. Все представлялось каким-то… нереальным, фантастическим. Форд принес бренди. Стивен взял у него бутылку и отправил звонить доктору.

– Вот как, – усмехнулся Хемингуэй. – Значит, Форд мало времени находился в комнате?

– Да. Все равно он ничем не мог помочь. Когда он вошел, я сделал это ужасное открытие. Я был только рад, что Стивен отослал его. Мне не хотелось, чтобы при этом присутствовал кто-либо чужой.

– О каком открытии вы говорите, сэр?

– Я увидел на своей руке кровь! – воскликнул Джозеф с дрожью в голосе. – Кровь была на теле брата, в том месте, где я до него дотронулся. Только тогда я заметил маленькую рану и понял, что моего брата убили!

Инспектор пробормотал: «Предательски убили», – но, спохватившись, закашлялся, чтобы как-то сгладить свои эмоции. Но Джозеф ничего не слышал. Он упивается своим актерством, подумал Хемингуэй.

– Сочувствую, сэр, – произнес он. – Простите, что заставляю вас заново переживать тяжелые моменты, но я хотел бы уточнить, что произошло после того, как Форд отправился звонить доктору. Инспектор Колуолл говорит, что нашел все двери запертыми, а окна закрытыми.

– Да, и это совершенно необъяснимо!

– Вы сами видели, что окна были закрыты?

– Нет, зато видел мой племянник. Я был слишком потрясен. Мне бы и в голову не пришло смотреть на окна. Но мой племянник – сильный человек. В трудные минуты он не теряет головы и делает все, что нужно.

– Значит, он проверил окна, сэр?

– Несомненно. Я даже помню, как он подошел к ним и отдернул шторы. Да, вот еще что! Стивен спросил, заметил ли я, что обе двери заперты, а окна закрыты.

– Но сами вы окна не осматривали, сэр?

– Нет, зачем? Достаточно того, что это сделал один из нас. В тот момент мне было безразлично: меня словно оглушили.

– Выходит, и запертую дверь в ванную комнату тоже видели не вы?

– Стивен, все Стивен, – кивнул Джозеф. – Не знаю, что бы я без него делал.

Хемингуэю начинало казаться, что все проблемы в доме, включая и его собственные, так или иначе связаны с действиями мистера Стивена. Он попрощался с Джозефом, сказав, что больше не смеет его задерживать, а сам отправился искать Форда.

Камердинер, уже дважды допрошенный полицией, выглядел мрачным и сильно нервничал. Но когда инспектор спросил, не пробовал ли он открыть дверь в ванную, когда пытался достучаться до своего хозяина, тот с готовностью ответил, что пробовал, и дверь была закрыта. Пола Джерард, которой пришлось прервать свою дискуссию с Ройдоном по поводу возможной переделки второго акта «Полыни», раздраженно заявила, что, разумеется, не пыталась открыть дверь в ванную, и отвернулась от инспектора. Выйдя в коридор, он удачно столкнулся с Валери, которая направлялась из холла к лестнице. Увидев его, она вздрогнула и застыла с испуганным видом.

– А я как раз вас искал, мисс, – любезно произнес инспектор.

– Ну и зря: я ничего не знаю, – быстро ответила Валери.

– О, конечно, нет, – кивнул Хемингуэй, заставив ее открыть рот от удивления. – Такая леди, как вы, не может иметь ничего общего с убийством.

Валери вздохнула с облегчением, но все еще держалась настороженно. Зная, что хорошая порция лести помогает сократить дистанцию, инспектор добавил:

– Простите мою откровенность, мисс, но я немного удивлен, что встретил здесь такую женщину, как вы.

Валери отреагировала мгновенно:

– Не понимаю, о чем вы говорите? По-вашему, я какая-то особенная?

– Честно говоря, мне редко доводилось встречаться с такими очаровательными молодыми леди, тем более на работе, – беззастенчиво соврал Хемингуэй.

Мисс Дин хихикнула.

– Очень мило, не предполагала, что полицейские умеют говорить комплименты!

– Просто обычно у них нет повода, – возразил инспектор. – Кажется, вы выходите замуж за мистера Стивена Джерарда?

Ее лицо помрачнело.

– Да, вроде того.

– Странно, я не слышу уверенности в вашем голосе, – заметил он, удивленно вскинув брови.

– Честно говоря, я сама не знаю. Все это как-то необычно. Столько перемен! И потом, я ненавижу этот дом, а Стивен его обожает.

– Наверное, он любит старину, – навострил уши Хемингуэй.

– По-моему, это не дом, а склеп. Я не хочу, чтобы меня погребли в нем заживо!

– На вашем месте я бы не беспокоился, мисс. Уверен, мистер Стивен будет жить там, где вы пожелаете.

Она вытаращила глаза.

– Кто, Стивен? Господи, нет! Я в жизни не видела таких упрямцев! Если он что-то вобьет себе в голову, то его уже ни за что не сдвинешь.

– Похоже, вам приходится несладко, – сочувственно заметил Хемингуэй.

Валери, вконец расстроенная своими неудачами и к тому же обиженная на мать, которая тщетно призывала к ее благоразумию, была только рада излить душу. Она шагнула к нему ближе:

– Да-да, это так. Знаете, я ужасно ко всему чувствительна. Ничего не могу с собой поделать!

Инспектор уже сообразил, что подобрал нужный ключик, и легко отозвался:

– О, я сразу понял, что вы – комок нервов.

– Вот именно! – с благодарностью воскликнула она. – Но тут никто этого не понимает, все думают лишь о себе! Кроме дяди Джозефа: он очень милый. Еще мне нравится Уиллоби Ройдон. А остальные меня просто не выносят.

– Похоже, боятся конкуренции.

Она рассмеялась и поправила свои кудряшки.

– Нет, с чего бы? К тому же Стивен ведет себя не лучше других. Даже хуже.

– Значит, он тоже ревнует, только по-иному. Я его понимаю.

– О, Стивен совсем не из таких! – отмахнулась Валери. – Ему безразлично, что я делаю. Честно! Порой мне кажется, что ему вообще на меня наплевать, хоть он и привез меня к своему дядюшке. Впрочем, зря я вам все это рассказываю, – добавила она, вдруг вспомнив, с кем имеет дело.

– Говорите все, что хотите, – успокоил инспектор. – Я знаю, как важно иногда бывает выговориться. Вам очень многое пришлось пережить.

– Как мило с вашей стороны! После убийства мистера Джерарда наступил сплошной кошмар, и тот, первый, инспектор вел себя очень грубо. Настоящая деревенщина. Постоянно спрашивал про портсигар Стивена.

– Не ожидал такого от инспектора Колуолла! – искренне удивился Хемингуэй. – Кстати, что случилось с портсигаром?