Заживо погребенные - Иэн Рэнкин

– А сейчас будет интересное место, – сказал Ормистон и увеличил скорость протяжки.

– А тут что? – спросил Ребус.

– Насколько мы заметили, абсолютно ничего. А теперь, спустя семь или восемь минут…

Вдруг на экране появляется второй фургон, поменьше. Задним ходом он тоже въезжает в склад.

– А это еще кто? – удивился Ребус.

– Без понятия.

В этом фургоне один или два человека, значит, грабителей уже шестеро. Через несколько минут оба фургона выезжают со склада. Ормистон перемотал пленку до того места, где зафиксировано прибытие второго фургона.

– Видишь?

Ребус вынужден был признать, что не видит ничего. Ормистон ткнул пальцем в переднюю часть фургона, чуть ниже решетки радиатора.

– Первый фургон, как ты мог заметить, был с номерным знаком…

Теперь Ребус увидел. На втором фургоне номерного знака не было.

– Наверно, сняли, – предположил он.

– Сняли или чем-то прикрыли, – согласился Ормистон, выключая видео.

– Ну и что теперь? – поинтересовался Ребус.

Ормистон пожал плечами:

– Хочешь спросить, что нового, кроме того, что проводится внутреннее расследование и что нас с Клеверхаусом попрут с работы?

Это было сказано таким тоном, что Ребус сразу догадался, о чем сейчас думает Орми: старшим в команде был Клеверхаус. План предложил он, и его уволят. А Орми, может быть, усидит на месте. Но ведь Карсуэл-то об этом плане знал и скрыл его от начальника полиции. Если уж увольнять кого-то, начинать надо не с Клеверхауса, а с тех, кто выше…

– Хорек не давал о себе знать? – спросил Ребус.

Ормистон помотал головой:

– Думаешь, может, он…

– Орми, очнись, ведь о том, что вы прячете на складе, слухи ходили вовсю. Разве так уж невероятно, что могла произойти еще одна утечка? Да о том, что задумал Клеверхаус, полгорода слышало!

– Хорошо, а как они узнали, в каком ящике наркотики?

Ребус покачал головой:

– На это я ответить не могу. Кто, кроме Клеверхауса, знал, где именно товар?

– Только он, – ответил Ормистон, качая головой.

– А этот ящик отличался чем-нибудь от других?

– Ничем, кроме веса.

– Но должно же было быть какое-то опознавательное отличие?

– Он стоял в самом дальнем углу. А на нем – другой ящик.

Ребус задумался.

– Ну, может, еще охрана знала? – Это все, что пришло ему в голову.

– Нет, они не знали.

Ребус развел руками:

– Ну тогда это твой напарник, больше некому.

Ормистон грустно улыбнулся:

– А он считает, что это ты насвистел своему дружку Кафферти.

Он повернулся и увидел в окно, что Клеверхаус идет через двор к ним.

– Налетчики провели здесь не больше десяти минут, Орми, – раздумчиво проговорил Ребус. – Они знали, какой ящик им нужен.

Дверь караулки распахнулась, и на пороге возник Клеверхаус.

– Я только что объяснил Орми, – огорошил его Ребус, – почему можно заподозрить, что это дело твоих рук.

Клеверхаус бросил на него ошалелый взгляд, но Ребус даже не моргнул. Ошарашенный сотрудник Управления по борьбе с наркотиками повернулся и уставился на своего напарника.

– Я-то здесь при чем? – заволновался Ормистон. – Мы же просчитывали это все десятки раз…

Похоже, им предстоит просчитывать то же самое еще десятки раз. Ребус вышел из караулки.

– Ну ладно, – сказал он. – Мне, пожалуй, пора, а вы, джентльмены, пока разбирайтесь друг с другом. Кое у кого остались еще бесценные часы уикенда, и ему не терпится истратить их с пользой.

– Ты никуда не пойдешь, – осадил его Клеверхаус. – По крайней мере до тех пор, пока не представишь отчета.

– Какого еще отчета? – не понял Ребус.

– Обо всем, что тебе известно.

– Обо всем? Даже о том, что я перебросился парой слов с Хорьком?

– Джон, Стрэтерну уже об этом известно, – предупредил его Ормистон.

– Как и о том ночном визите, который Хорек тебе нанес, – злорадно добавил Клеверхаус, растягивая в улыбке бледные губы.

В этот момент дверь в машине Стрэтерна открылась, оттуда вылез Карсуэл и скорым шагом потрусил к караулке.

– Твоя очередь, – буркнул он Ребусу на ходу.

Злорадная улыбка так и застыла на лице Клеверхауса.

– А тебе не приходило в голову, что надо бы и меня посвятить в это дело? – поинтересовался Стрэтерн.

Он держал на коленях ноутбук и нажимал на клавиши ручкой в серебряном корпусе. Они расположились на заднем сиденье его машины. В салоне пахло кожей и средством для полировки дерева. Стрэтерн казался встревоженным, на щеках играл нервный румянец. Ребус не сомневался, что к концу разговора начальник полиции придет в еще большее волнение…

– Признаю свою ошибку, сэр.

– А что скажешь насчет этого Кафферти?

– Детектив Клеверхаус попросил меня с ним переговорить.

– Почему именно тебя?

Ребус пожал плечами:

– Наверное, потому, что в прошлом у нас с ним были кое-какие контакты.

– Клеверхаус считает, что ты пляшешь под дудку Кафферти.

– Каждый имеет право на собственное мнение. Но в данном случае оно неверно.

Ребус видел, как сотрудники Управления по борьбе с наркотиками в сопровождении Карсуэла снова вошли в помещение склада.

– Ты ничего не сказал человеку Кафферти?

– Ничего из того, чего детектив Клеверхаус не велел говорить.

– Но это ведь он разыскал тебя?

– Да, заявился ко мне домой. Мы проговорили с ним несколько минут.

– О чем?

– Он беспокоился о сыне.

– И рассчитывал на твою помощь?

– Не могу сказать наверняка, сэр.

Стрэтерн заглянул в листок с какими-то записями.

– Ты ведь был на этом складе дважды?

– Да, сэр.

– И второй раз ты был здесь?…

– В четверг, сэр.

– Зачем? Клеверхаус утверждает, что ты явился без приглашения.

– Не совсем так, сэр. Я приехал в Главное управление, хотел с ним поговорить. Он был на складе, а сержант Ормистон как раз собирался ехать туда… Детектив Клеверхаус был в курсе, что я приеду. Я думаю, он даже обрадовался. В смысле, что сможет похвастаться своим остроумным планом.