Ловушка. Форс-мажор - Андрей Константинов

– А чего он у тебя натворил, этот Козырев?

– Денис, ты задаешь слишком много лишних вопросов. К тому же это немного не телефонный разговор, не находишь?… Ну так что? Мы делаем ченч?

– Черт с тобой, делаем. Только еще одно условие: с тебя не просто ужин в «Магрибе», но и грудастая блондинка в качестве десерта к оному.

– А харя не треснет?

– Не боись, сдюжим.

– Хорошо, если что-то действительно интересное надыбаешь, будет тебе блонди. Всё, считай, время пошло…

Старший убрал трубу, вернулся в машину и скомандовал:

– Иваныч, давай на Невский. Особо можешь не гнать – время есть…

В вечерне-ночные часы клуб-ресторан «Магриб» превращается в далеко не самое лучшее для деловых встреч и переговоров место. Слишком уж здесь делается шумно (от громкой навязчивой музыки), тесно (по причине паломничества «колбасеров», шлюх и интуристов) и душно (кальянных дел мастера чадят). Однако для VIP-персон и в подобном содоме всегда сумеют организовать-отгородить небольшой оазис, полностью изолировав его от внешнего воздействия зажигающего тусняка. И как раз здесь-то, комфортно сидючи в приглушенном свете на восточных диванчиках с мягкими подушечками (а при желании и полулежа) и вкушая тигровые креветки гриль, бланшированные коньяком, особенно хорошо вести неторопливую беседу и решать любые проблемы. Включая судьбы мира. Что уж тогда говорить за персонально-заурядную судьбу сотрудника наружки Павла Андреевича Козырева? Под хорошую закуску да в предвкушении сговорчивой блондинки с этим разберутся в два счета. Тем более что один из «решателей» по роду своей службы курировал работу питерского ОПУ на правах «старшего брата».

– …Денис, дальше пересказывать содержание общей части личного дела офицера милиции Козырева мне не нужно. А то, чую, ты сейчас начнешь вещать про деловые и моральные качества вкупе с профессионализмом, кои предсказуемо окажутся на недосягаемой высоте. Ведь так?

– В общем, где-то так.

– Засим поэзию выплевываем, переходим к прозе. Выражаясь казенным языком, к материалам, связанным с прохождением службы. В первую очередь меня интересуют заключения по материалам служебных проверок, связанных с нарушением законности и служебной дисциплины. Если этот парень, работая на «земле», действительно отвечает описанию «деловой и морально-профессиональный», то служебные проверки обязательно должны иметь место быть. Иначе – полная липа, либо явный формализм со стороны твоих подчиненных.

– Сам ведь знаешь, если факты нарушений со стороны сотрудника не подтвердились, приобщать соответствующие заключения к материалам личного дела запрещено. Равно как материалы самих служебных проверок…

– «…в личном деле не хранятся». Стоп!.. Денис, мы с тобой знакомы не первый год, так что перестань меня лечить. У тебя это получается скверно. Такое ощущение, что ты пытаешься обозначить звероподобные усилия и тем самым набить цену. Так вот – твои возможности и твою реальную цену я знаю. И нечего тут жалобным голосом в окна заглядывать. Prozit?

– Prozit!.. Ладно, черт с тобой. Короче, есть в отношении этого твоего Козырева несколько любопытных моментов. Начнем с того, что два года назад его, вместе с приятелем (тоже из наружки), не без труда, но отмазали от административки по факту драки, которая закончилась разбитием витрины магазина «Титаник».

– Драка по пьяни, естественно?

– Никак нет. Экспертиза показала – ни грамма. Собственно, это и стало решающим доводом не раздувать историю.

– И в чем тогда цимес?

– А цимес в том, что дрались они с неким Дроновым, ранее судимым, ходившим в ту пору под Ташкентом. Причем в это же время на соседней улице сам Ташкент при весьма странных обстоятельствах был сбит машиной. Насмерть. Водителя не нашли. Дело закрыли. К всеобщему, как ты понимаешь, удовольствию.

– Они там что, пасли кого-то?

– Нет, это случилось во внеслужебное время.

– Интересно.

– В общем-то, да. Особенно если учесть, что примерно за месяц до этого Ташкент схожим образом совершил наезд на сотрудника из экипажа наружки, в котором работал Козырев. И тоже с летальным исходом.

– Очень интересно. Намекаешь на вендетту по-корсикански?

– Таких фактов у нас нет. Но почему бы и не помечтать, что среди ментов еще может встречаться такое вот реликтовое благородство?

– Разве что помечтать… Хорошо, допустим. Что еще?

– В прошлом году во время работы наружки в движении за вором в законе Суриным…

– Ты хочешь сказать, что ментовская «семерка» таскала Ребуса?

– Как говорил император Петр Алексеевич: «и небывалое бывает»… Помнишь, в Малой Вишере Ребус соскочил из поезда, разбив стекло в вагоне-ресторане? Вот это та самая песня и есть.

– Я, честно говоря, был не в курсе, что, помимо людей Есаулова, его еще и наружка водила. И что там случилось?

– В эту ночь в Вишере скоропостижно скончался подполковник Нестеров, старший смены «грузчиков». Опять-таки – той самой, в которой работал Козырев.

– Что, тоже задавили?

– Почему задавили? Сердце.

– Ну, сердце – не криминал.

– А за криминал разговора нет. Просто странная какая-то напасть: за один год в экипаже Козырева сразу два покойника. Согласись, нетипично?

– Согласен. Ситуация нездорова. Это всё?

– Почти. В свое время у Козырева был роман или роман с «грузчицей» из их экипажа. Соответственно, живой свидетельницей всех вышеназванных событий, Полиной Ольховской.

– Если дошло до постели – тогда точно, роман.

– Не знаю, со свечкой не стояли. Так вот, сразу после смерти Нестерова та ушла из наружки, и отношения прекратились.

– Похвально – не видать ренегатам и изменникам нашего богатырского стояка. Благородная сперма – только членам профсоюза грузчиков и такелажников.

– А ушла она, между прочим, к небезызвестному Игорю Михайловичу Ладонину, ныне задержанному по подозрению в краже из Эрмитажа. И до настоящего момента вроде как является его законной сожительницей. Вот теперь всё.

– Прям бразильский сериал «Богатые тоже хочут». В смысле, комиссарского тела… Н-да, а мой Иваныч оказался прав: паренек действительно непростой… Ладно, Денис, спасибо. Ведь можешь, когда захочешь. И без этих твоих выкидонов. Кстати, сколько там натикало?

– Без четверти.

– Ого! – присвистнул старший. – Пора выдвигаться.

– Не свисти – девок не будет.

– Не боись, будет тебе девка. Как договаривались. На, держи…

– Что это?

– Это, как нетрудно догадаться, номер мобильного телефона. Барышню зовут Жасмин, по паспорту Зоя. Кому как больше нравится. Час назад она согнулась в низком полустарте и ждет твоего трубного зова. Расчетное время прибытия после звонка – семь-восемь минут. Достаточно, чтобы тщательно разжевать таблетку «Виагры».