Смерть в белом галстуке. Рука в перчатке - Найо Марш

Аллейн вдруг почувствовал, что ему начинает доставлять удовольствие этот разговор. Очевидно, она рассчитывала именно на такую его реакцию.

– Постель имеет свои границы.

– Для меня, – возразила Дезире, отбросив все церемонии, – она стоит целого мира. Тебе ли этого не знать?

Аллейн предпочел замять данную тему и вернулся к своим вопросам:

– Почему, доставив мистера Пириода к воротам его сада, ты вышла из машины, пересекла траншею и устроила серенаду мистеру Картеллу?

– Я увидела его в окне и решила, что это будет весело.

– Что ты ему сказала?

– Что-то вроде: «Но что за свет мелькает в том окне?»[62]

– А потом?

– Не помню. Начала его дразнить.

– Ты сказала, что вступила на тропу войны?

После секундной паузы она фыркнула:

– Не думала, что у Пи Пи такой отличный слух. В его-то возрасте! Да, сказала. Но это ничего не значит.

– А потом предупредила, чтобы он «ходил и оглядывался»?

– Может, ты сам расскажешь обо всем, что я говорила?

– Ты ругала его за то, как он поступил с твоим сыном?

– Ага, ругала. Это они тебе разболтали? Энди и девчонка? Ты все из них вытянул, хитрец?

– К сожалению, – уклончиво заметил Аллейн, – они сидели слишком далеко и были слишком заняты неким делом, чтобы быть надежными свидетелями.

– Значит, Пи Пи… – И Дезире подалась вперед и тронула его за руку. – Честное слово, я почти не помню, что говорила Хэлу. Перед этим я пропустила пару стаканчиков и была здорово навеселе. – Она снова помолчала, потом заявила с неожиданной прямотой: – Если это была ловушка, я никак не могла ее устроить, верно? На глазах влюбленных голубков.

– Откуда ты знаешь про ловушку?

– Пи Пи сказал Энди, а Энди – мне. Потом я отправилась прямиком в Бэйнсхолм и приехала без двадцати пяти двенадцать. Скоро вернулись первые пары. После этого я все время была на виду. Разве это не железное алиби?

– Буду рад, если оно подтвердится. А как ты узнала, что приехала в одиннадцать тридцать пять?

– По часам в холле. Я следила за временем, потому что у нас была «охота за сокровищами».

– Кто победил?

– Ты еще спрашиваешь? Конечно, Моппет и ее бандит. Думаю, они как-то сжульничали.

– Да? Каким образом?

– Они слышали, как мы днем говорили о подсказках. Последняя вела в уборную под лестницей.

– Здесь, в доме?

– Ну да. Большинство об этом догадались, но слишком поздно.

– Кто-то может это подтвердить?

– Мое алиби?

– Твое алиби, – бесстрастно кивнул Аллейн.

– Не знаю. Кажется, я говорила с Бимбо. Он должен вспомнить.

– Хорошо… Насчет твоей серенады второму мужу: ты упоминала о наследстве сына?

Дезире расхохоталась. У нее был громкий, тяжелый смех: так мог бы смеяться герцог Веллингтон, будь он женщиной.

– Вообще-то да. Что-то такое было. Хотелось его позлить.

– Он приезжал к тебе вчера днем?

– Приезжал, – быстро подтвердила Дезире. – По поводу Ловкача Лена и его машины. Он так переживал, бедняжка.

– А при этой встрече, – не отставал Аллейн, – ты упоминала о наследстве?

– Упоминала ли я? Ну да, упоминала. Я сказала Хэлу, что он ведет себя как последний скряга. Что было истинной правдой.

– Как он на это реагировал?

– Хэл был так взбудоражен, что почти не обратил на мои слова внимания. Его бесила история с машиной… Я вижу, твои шпионы неплохо постарались. Могу я узнать, кто тебе все это рассказал? Постой-ка. Наверно, сержант Райкс. Вот он повеселился.

– Почему Картелл был против идеи с галереей?

– Дорогой мой, да потому что он – это он. Старый мухомор. Повезло же Энди с опекуном.

– Но у него есть и другие доверенные лица?

– Да. Пи Пи.

– А он как к этому относится?

– Боится, что Энди отрастит бороду и пойдет по миру, что ему совсем не нравится. Но с Пи Пи я как-нибудь договорюсь… Бу был бы не против.

– Бу?

– Бобо Бантлинг. Мой первый. Отец Энди. Ты же знал Бобо. Не глупи.

Аллейн действительно вспомнил Бобо – на редкость никчемного лорда, – но предпочел не отвечать.

– Кроме того, – добавила Дезире после паузы, – Бимбо считает эту сделку очень перспективной. У него чутье на такие вещи. Бимбо даже предложил… – Она вдруг замолчала и прислушалась. В коридоре послышались чьи-то шаги. – А, вот как раз и он! – воскликнула Дезире и громко позвала: – Бимбо!

– Да, – откликнулся недовольный голос.

Дверь открылась, и в комнату вошел Бимбо Доддс. Не успел он переступить порог, как Аллейн вспомнил, где они встречались.