Красивые, дерзкие, злые - Анна и Сергей Литвиновы

В сумочке Алиса нащупала жетон телефона-автомата. Подошла к будке – выбиты все стекла, стенка разрисована граффити. Однако таксофон, на удивление, работал.

Она наудачу набрала номер Теплицына. И – о чудо! – тот вдруг ответил. Сам. Его голос Алиса узнала бы из миллиона. В трубке послышалось деловитое:

– Слушаю, Теплицын.

– Привет, это Алиса.

– Кто-кто? – переспросил голос.

– Алиса, – повторила она. – Из Бараблина. Которая...

– Я все помню, – прервал красавчик.

Голос его звучал сухо. Наверно, у него совещание, полный кабинет людей. А может, жена рядом.

Алисе хотелось сказать, как она волновалась, когда его арестовали, и что она провалилась во ВГИК, и как ей одиноко в Москве – но слов не нашлось, и девушка вдруг разрыдалась.

– Ты где находишься? – спросил Теплицын.

– Я здесь, в Ма-аскве-е... – сквозь слезы пропела Алиса. – Я в твой ВГИК проклятый провалила-ась...

– Где ты находишься сейчас конкретно? – терпеливо повторил Андрей. – Адрес?

Алиса глубоко вздохнула, подавила слезы и сообразила назвать адрес общаги. Дом, улицу, номер комнаты.

– Будь там через час, – приказал красавчик. – И собери вещи. Я пришлю за тобой машину.

* * *

Через час Алиса медленно, чтобы насладиться триумфом, проследовала из дверей обшарпанного общежития к черному «Мерседесу». Шофер бережно нес ее чемоданчик. Открыл перед ней заднюю дверцу машины. Из десятков окон Алису, машину и шофера провожали завистливые взгляды.

На улице было жарко, а в машине прохладно, пахло кожей и играла классическая музыка.

В таком лимузине никакой московский беспредел на дорогах не страшен. Напротив, все участники движения тебе путь уступают, и можно сидеть королевой, наслаждаться видами. Москва-река, пароходики, Кремль. Дом Пашкова, новое здание Ленинки, Манеж...

Пронеслись по Моховой, потом шофер свернул налево, на Тверскую. Алиса думала, что он везет ее в офис к Андрею. Однако «Мерседес» въехал в переулок и остановился у старинного многоэтажного дома.

Водитель помог Алисе выйти. Достал из багажника ее чемодан. Затем набрал код на домофоне и распахнул перед ней дверь подъезда.

На ступеньках лежала ковровая дорожка, на стенах висели зеркала, а шахта старинного лифта была украшена затейливой решеткой.

В лифте шофер нажал кнопку последнего этажа.

– Куда вы меня везете? – спросила Алиса, но тот будто и не заметил ее вопроса.

Они вышли на четырнадцатом этаже. Лестничная площадка оказалась совсем не такой, как в обычном доме. Она походила скорее на гостиничную. Длиннющий коридор – метров, наверно, сто. И справа, и слева – ряды дверей с номерами. Только там и сям у дверей стоят то детская коляска, то лыжи, то стопки старых журналов. В этом старинном, похожем на гостиницу доме люди, судя по всему, жили от рождения.

Шофер открыл одну из дверей своим ключом. Пропустил вперед Алису, втащил чемодан.

– Куда вы меня привезли? – опять спросила она.

И снова сопровождающий не ответил. Вместо этого снял со стены трубку телефона, набрал номер, почтительно проговорил:

– Андрей Федорович, мы на месте.

Передал трубку Алисе. Голос Теплицына на сей раз звучал весело:

– Алисонька, располагайся. Чувствуй себя как дома. В холодильнике – еда, если проголодалась. А я скоро приеду, тогда поговорим.

Перед тем как испариться, шофер распахнул шторы, и Алиса застыла у окна, потрясенная. Вся Москва была как на ладони. И Кремль, и недавно построенный храм Христа Спасителя, и дом на Котельнической набережной, и другие высотки и переулки центра.

Шофер оставил ключ на столе, записал на бумажке Алисин новый адрес и код домофона. Значит, она не пленница. Она в любой момент может уйти отсюда.

Уйти – и что делать? Возвращаться в Бараблино? Или остаться в Москве и ночевать на вокзале?

В холодильнике и в самом деле оказалась еда. Самая разнообразная, от икры до замороженной курицы. В шкафчиках на крохотной кухне помещался сервиз и запасы чая, кофе и сладостей.

Главное место в единственной комнате занимала кровать. В зеркальном шкафу-купе обнаружились два костюма, джинсы и несколько рубашек – все мужские. В ванной имелись зубная щетка, бритва и набор разнообразной мужской косметики. Никаких следов присутствия женщины.

«Все ясно, – подумалось Алисе. – У Теплицына, похоже, есть жена, дети. А это – квартира для тайных свиданий. Андрей хочет сделать меня своей содержанкой. И это, конечно, лучше, чем с позором вернуться под крыло к тете Вере и дяде Коле. Но куда хуже, чем учиться вольной студенткой в престижном ВГИКе. Надо подумать. Очень серьезно».

Красавчик явился через два часа. В руках – огромный букет роз.

– Здравствуй, лиса Алиска, – ласково проговорил он. – Здравствуй, наша юная звезда. Я соскучился.

И от его слов, и от его взгляда, и от улыбки веяло такой теплотой, что в них растопились и Алисин гнев («Со ВГИКом меня обманул!»), и упреки («Сам в общагу не приехал, шофера прислал!»). Теплицын бережно погладил ее по щеке. Она уже почти растаяла, но не поддалась, отбросила его руку. Зло проговорила:

– Значит, ты все решил за меня? Я стану сидеть здесь и покорно ждать, пока придет мой повелитель? А ты будешь появляться у меня, чтобы отдохнуть от семьи и дел? Чтоб я тебе тут стриптиз на халяву танцевала?

Андрей расхохотался. Она сбилась.

– Чего ты ржешь? – спросила грубо.

– Во-первых, ты очень дурнеешь, когда злишься. Во-вторых, ты неправильно все поняла. Совсем неправильно.

– А как прикажешь тебя понимать?

– Во-первых, видеться мы с тобой будем, только когда и если ты захочешь. Во-вторых, я не собираюсь держать тебя взаперти, как какую-нибудь гейшу. У тебя появится множество дел.

– Каких еще дел? – нахмурилась она.

– Самое главное: ты пойдешь учиться.

– Учиться? Куда?

– В одно частное заведение.

– Такая же туфта, как твой ВГИК?

– Нет. Не чета ВГИКу. Это очень элитное и закрытое заведение. И, кстати, дорогое – но платить за тебя буду я.

– И чему меня там станут учить?

– Примерно тому же, что и во ВГИКе. Но на другом уровне, куда выше. Актерскому мастерству. Движению. Речи. И к тому же – иностранным языкам (очень серьезно, не сравнить с творческим вузом!), этикету и куче разных других полезных дисциплин.

– И на кого меня будут учить? – нахмурилась она. – Какой такой профессии? Шпионки? Проститутки?

– А вот об этом мы сейчас поговорим. Пошли на кухню, попьем чаю, тортику поедим. И я тебе все расскажу. Я не люблю тайн мадридского двора и предпочитаю играть открытыми картами.