Власть мертвых - Ольга Погодина-Кузьмина

Игорь, который почему-то был уверен, что Гиена и Павиан лежат в кровавой луже на кафельном полу пристройки для слуг, мотнул головой.

– Нет, они бы не смогли.

– Да ладно, из-за денег можно все, – пожал плечами Чистяков.

Когда они забрали машину с парома, было уже поздно продолжать путь, и Виталик предложил заночевать в рыбацком городке с говорящим названием Сцилла. Немного поблуждав по центру, они нашли студенческий хостел и сняли номер с двумя кроватями, с общей ванной в коридоре. Пока Виталик умывался, Игорь вышел в холл, приткнулся спиной к кофейному автомату, включил планшетник. Он поймал вай-фай и, прихлебывая кофе, отдающий водорослями, набрал по скайпу Бяшку.

– Не, я бодрый, как электрический скат, – отозвался приятель на вопрос о самочувствии. – А ты чего там? Все изображаешь жертву?

– Кто-то утопил в бассейне Коваля, – сообщил Игорь. – Вскрыли сейф… В общем, я теперь в бегах.

Бяшка присвистнул.

– А Минздрав предупреждал.

– Наверное, поеду к Вальтеру. Ну, это компаньон Измайлова, он в Женеве… Вообще, не знаю, что делать. Можно, конечно, в полицию пойти – у меня вроде алиби. Но все равно как-то стремно.

– Чего, реально Ковалю карачун? – потягиваясь перед камерой, удивился Бяшка.

– Ну да. В бассейне, с кляпом во рту.

– И что теперь? – спросил Бяшка, видимо, туго соображавший с похмелья.

– У меня есть аргентинский паспорт, денег немного. Но в Россию мне нельзя. В общем, надо с кем-то обсудить, кто может дать совет.

Бяшка хмыкнул.

– Ну, Вальтер тебе даст и совет, и минет… А сейф чего? Много бабла-то было?

– Откуда я знаю? Коваль вроде гостей каких-то ждал… По ходу, они его заставили сейф вскрыть. У нас сигнализацию должны были подключить на будущей неделе.

– Ясно… Китаец сказал, твой Измайлов с зоны откинулся. Знаешь уже?

– Знаю, только он не мой, – сказал Игорь.

– Ну понятно… И что теперь делать будешь?

Бяшка тормозил, связь тоже. Игорь пообещал завтра перезвонить и отключился.

– Это у тебя Коваля айпад? – спросил Виталик, который тоже вышел в холл.

– Нет, это мой, – сказал Игорь и увидел, что Чистяков ему не поверил.

В тесном номере они разделись в темноте, улеглись в узкие кровати, разделенные тумбочкой. Игорь слышал прерывистое дыхание Виталика и ждал, что тот заговорит, протянет руку или просто переберется к нему в постель. Все эти несколько часов он видел, что в душе младшего Чистякова происходит непростая борьба. Ему совсем не нравился Виталик, но сейчас он был готов ответить на чужое чувство, только чтобы не оставаться одному. Но сосед так и не решился что-то предпринять; немного поворочавшись на скрипучей кровати, он затих. Игорь тоже начал засыпать.

События прошедшего мешались в его сознании. Как наяву он видел спину утопленника, белеющую в воде, и все же не мог по-настоящему поверить в смерть Майкла и не чувствовал скорби. Он испытывал только страх перед будущим, как человек, спасшийся после кораблекрушения на надувном плоту и затерянный в океане. Никто не спешил ему на помощь, некому было послать сигнал SOS. Оставалось только надеяться, что его прибьет течением к дружелюбному берегу, а не к острову людоедов.

Пробудился он оттого, что почувствовал рядом чье-то присутствие. На мгновение мелькнул давнишний повторяющийся кошмар – сухопарый старик без половины лица склоняется над ним и смотрит пустой глазницей; но человек, присевший на тумбочку у его постели, принадлежал к миру живых. Это был Илья Ефимович, отец Виталика, рано полысевший мужчина в дорогом костюме и щегольском галстуке.

Самого Виталика уже не было в номере. В тесной комнатке находился еще один посторонний, водитель Чистякова. Он вытряхивал вещи Игоря из рюкзака.

– Вставай, одевайся, – в приказном тоне потребовал Илья Ефимович. – Где планшетник Коваля?

Игорь достал компьютер из-под подушки.

– Что здесь?

– Музыка, игры, – проговорил Игорь, поднимаясь и натягивая джинсы. – Это мой планшет.

– Проверим, – пообещал Илья Ефимович. – Ну, рассказывай, что знаешь.

– Ничего, – ответил Игорь, в эту минуту испытывая острую неприязнь к Виталику, его папаше и ко всей их несимпатичной семье.

Старший Чистяков наклонил низко висящий пластиковый плафон и направил свет лампы в лицо Игоря, как делают следователи в фильмах про контрразведку.

– Я, конечно, не думаю, что ты причастен, у тебя кишка тонка для таких дел. Но вот моего сына ты зря в это втянул… В общем, отвезем тебя в полицию.

Игорь натянул футболку и начал запихивать свои вещи обратно в рюкзак. Он чувствовал злость.

– Да без проблем, поедем. Только я расскажу там про вашего Виталика.

– Что ты расскажешь?

– Ну, например, про незабываемый секс на диком пляже. И в вашей конюшне. И в нашем бассейне. Может, это он Коваля утопил? От ревности. Он не первый, кто сходит по мне с ума.

Илья Ефимович брезгливо скривился.

– Ну ты, наглая зверюшка… Только посмей впутать моего сына, я тебе доставлю!

– Он уже впутался, – возразил Игорь. – Поехал же со мной… И еще я скажу, что вы забрали планшет, чтобы украсть пин-коды и номера счетов.

Хрустя пальцами, Чистяков какое-то время молча разглядывал его, потом схватил за ворот футболки.

– Ты хоть понимаешь, на кого наехал? Да я тебя как муху раздавлю. Мокрого места не останется!

– И что вы сделаете? Мне-то нечего терять, а вот ваш Виталик…

– У вас правда что-то было?

Игорь оттолкнул лезущий в лицо белый, словно парафиновый кулак.

– Спросите у него.

Илья Ефимович подумал с полминуты.

– Ладно, можешь катиться на все четыре стороны. Но учти – если попадешься, мою семью не впутывай. Мы тебя не знаем. Коваль, может, различал, а для меня вы все на одно лицо… И про Витальку лучше забудь, что ты с ним вообще знаком.

Илья Ефимович сунул планшетник под пиджак, еще раз оглядел комнату и вышел вместе с водителем.

Игорь хотел крикнуть им вслед что-нибудь обидное – про Виталика, про его мамашу, которой нужно разводить не лошадей, а коров, таких же, как она сама, – но сдержал этот порыв. Он понимал, что злить Чистякова опасно и глупо и что нужно убираться из города как можно скорее. Побросав вещи в рюкзак, он вернул сонному портье ключ от номера и отправился на автовокзал.