Тайный дневник да Винчи - Анхель Гутьеррес

Тем не менее Боттичелли привез еще одного человека, не считая капитана: брата Джакомо, помощника аббата, убитого Борджиа в злосчастную ночь похищения потомков Христа. Монах был человеком хорошо подготовленным, знатоком военного искусства с древнейших времен, тщательно скрывая свое умение от других братьев общины под маской кажущейся простоты: особые обстоятельства и важность миссии вынуждали к скрытности и притворству. Но хитрость себя не оправдала. Борджиа напал врасплох, и его маневр увенчался полной победой.

Но к чему попусту жаловаться на судьбу? Пора действовать. Не теряя времени даром, надо подготовиться к контратаке и наступать, применив ту же тактику, что и Борджиа. Однако их целью являлась крепость с гарнизоном в несколько десятков вооруженных до зубов наемников, а не смиренная монашеская обитель. Следовательно, они должны незаметно проникнуть в цитадель, используя самые незащищенные, полупотайные места, которые никому и в голову не придет охранять. Точность удара и секретность служили лучшим оружием. Нападать следовало внезапно и стремительно: добраться до заложников и отступить, прежде чем противник успеет среагировать. В ином случае спасателей ждал провал.

Леонардо разложил на столе чертежи одной из новых крепостей в Романии: их оборонительные укрепления маэстро усовершенствовал для Борджиа. Та, о которой шла речь, находилась в Чезенатико, портовом селении на побережье Адриатики. Четыре человека придвинулись ближе, стремясь получше рассмотреть чертежи. Роль стратега отводилась капитану. Ему предстояло составить план операции, руководствуясь картами и пояснениями Леонардо. Ему вызвался помочь монах, поскольку испанец не мог прочитать на технических чертежах больше, чем любой другой военный.

— Вот здесь заканчивается подземный тоннель, выходящий в поле. Чезаре приказал мне его соорудить, надеясь обеспечить удобный путь к бегству в случае смертельной опасности, — сказал Леонардо, указывая на чертеж деревянной палочкой.

— Тоннель наверняка под охраной. Если не у выхода, то со стороны крепости точно. Не годится, — уверенно заявил капитан.

— А вот здесь, по обе стороны стены, есть водоотводы из подвалов крепости. Но они закрыты железными решетками.

Капитан взглянул на чертеж, взвешивая информацию, сообщенную Леонардо, и глубоко задумался.

— Да, у водостоков вряд ли стоят стражники. К ним и так довольно трудно подобраться…

— Среди бела дня, — вставил брат Джакомо.

— Именно, — подтвердил дон Мартин, вновь обретая решительность. — Однако решетка…

— Неужели нельзя ее сломать, распилить, разбить каким-то образом? — спросил Боттичелли, до сих пор почти не участвовавший в обсуждении, хотя ему очень хотелось помочь.

— Можно. Легко, — ответил капитан. — Но возня с решеткой наделает много шума. С этой стороны туда можно войти только таким способом.

— Или перебив воинов и наделав еще больше шума, — заметил Леонардо.

— Совершенно верно. Но тогда мы потеряем преимущество неожиданности.

Положение казалось безвыходным. Причем как раз система защиты, спроектированная Леонардо, спроектированная тщательно, с обычным для него мастерством, явилась камнем преткновения. Божественный даже представить не мог, что когда-нибудь ему придется состязаться на этом ристалище с самим собой. Какая горькая ирония судьбы! Но сожаления делу не помогут. Они совершенно бесполезны, когда необходимо действовать.

— Проникнуть в крепость так, чтобы нас никто не услышал и не увидел, будет очень нелегко. С одной стороны простирается чистое поле, где невозможно спрятаться, а с другой тянется канал, пересекающий Чезенатико. Думаю, мы могли бы подобраться к нему под покровом темноты, соблюдая все предосторожности, но переправиться через него незаметно невозможно.

— Нет, — возразил Леонардо, и глаза его загадочно блеснули. — Сделать это возможно. Но потребуется время. Недели.

— У нас всего несколько дней, друг мой, — вмешался Боттичелли, не смея дать выход ликованию, охватившему его после слов Леонардо, обещавших решение задачи, казавшейся безнадежной.

— Несколько дней, пожалуй. Да, неделя. Мы успеем, — сказал Леонардо, поглаживая бороду. Его осенила превосходная идея. Разносторонне одаренный человек, он мог одолеть гениальную, почти совершенную оборону крепости, плод его изощренного ума, призвав на помощь другие свои таланты.

— И как вы думаете это осуществить, маэстро? — поинтересовался капитан. Гордость военного была уязвлена, и в то же время он горел желанием узнать замысел Леонардо.

— Лучше я вам нарисую…

Божественный взял угольный карандаш, лист бумаги и нанес первые штрихи. Уверенной рукой художника он изобразил некую фигуру, напоминавшую человеческую, но довольно-таки своеобразного телосложения. Увидев законченный рисунок, изумленный монах приглушенно охнул. Он ничего не понимал.

— Это костюм моего изобретения, — пояснил Леонардо заинтригованным слушателям. — Непроницаемый костюм позволяет ходить под водой и дышать, как на поверхности земли.

Все трое издали новый возглас удивления, более громкий и долгий. Боттичелли даже подался назад, словно увидев привидение.

— В нем, — продолжал Леонардо, — можно переправиться через канал под водой, а затем пробраться в крепость по водостокам, не привлекая внимания стражников, тайно и незаметно. Правда, предстоит еще немало сделать, например, изготовить достаточно длинные дыхательные трубки, не говоря о необходимом количестве костюмов. Но я уверен, это выполнимо. Но лишь в том случае, если мы вернемся во Флоренцию и примемся за работу немедленно.

— Само время против нас, — промолвил Боттичелли и поджал губы.

— Да, друг мой, да, — согласился Леонардо.