Водные ритуалы - Эва Гарсиа Саэнс де Уртури

Я сел на диван в гостиной, машинально глядя на белые балконы с восточной стороны площади Белой Богородицы. Включил мобильный и увидел сообщение в «Ватсапе».

Но первым делом я открыл почту и отправил долгожданное письмо: написал своему неврологу Диане Альдекоа и попросил контактные данные логопеда, чтобы как можно скорее начать реабилитацию. Ответ пришел через минуту. Я назначил встречу и дал себе слово, что не отменю ее и не опоздаю.

Затем вошел в «Ватсап». Сообщение было от Тасио. По-видимому, он узнал что-то еще о чудесном котле, который там, в горах, унес с собой жизнь двух человек — моего коллеги и моей первой девушки, ни больше ни меньше.

«Тасио, вчера не смог ответить тебе, нас завалило градом в туннеле».

«Все в порядке?» — написал он.

«Не для всех, к сожалению».

«Прости… мне очень жаль».

«Я понимаю. Это случилось внезапно… И все-таки продолжим, если ты не против. Так, говоришь, ты что-то нашел? Давай, выкладывай».

«Выкладывай? Ого, Кракен! Вижу, что ты действительно восстановился, раз так хорохоришься».

«Тасио, не утомляй меня, — нетерпеливо ответил я. — Ты не представляешь, какой день у меня впереди. Итак, к делу».

«О’кей. На фото, которое ты мне прислал, действительно изображен Кабарсенский котел, найденный в Кантабрии в шахте Пенья-Кабарга столетие назад. Это примерно 900–650 год до нашей эры, бронзовый век. Типичный представитель ирландских или британских котлов, и очень напоминает те, что были найдены в Дублине или Баттерси. Считается, что эта штуковина использовалась в религиозных церемониях».

«Ты имеешь в виду кельтские ритуалы?»

«Типа того. Раньше он выставлялся в Музее древнейшей истории Кантабрии в Сантандере, но несколько недель назад его забрали на временную экспозицию в частном музее — он называется МАК, или Музей археологии Кантабрии. Вскоре они сообщили о краже, но новость не вышла за рамки обзора в местной газете».

Я знал руководство МАК — братьев Кастильо, историка и археолога. Мы познакомились несколько лет назад, когда я проходил практику по криминальной психологии в полицейском участке Сантандера, и несколько странных убийств с головой погрузили меня в сложное расследование. Они шли навстречу. Всегда. Это была хорошая новость, такое знакомство явно не помешает.

«Есть какая-то связь между этим котлом и туннелем Сан-Адриан?» — спросил я.

«Я поискал кельтские корни, которые могли бы связывать котел и туннель. Ты же знаешь, в этих местах всегда существовали легенды о подземных ходах, связывающих отдаленные районы. Поговаривают, что в туннеле Сан-Адриан есть галерея, ведущая к некоему колодцу. Якобы одна женщина из Зегамы пошла стирать белье к этому колодцу и пропала. А затем в ручье Итурруцаран в Арайе, деревне недалеко от Залдуондо, нашли человеческую руку».

«Так, пока все ясно. Что еще?»

«В том самом урочище, в Арайе, был найден ара, римский алтарь, посвященный нимфам. Всего в ста метрах от местного металлургического завода на реке Зираунза. Алтарь нашли в воде, буквы едва читались, но кое-что можно было разобрать».

«Нимфы. Римские».

«Нимфы — божества источников, прудов, рек… Они существовали до римлян, которые, как тебе известно, адаптировали и присваивали религиозные верования завоеванных народов. Происхождение нимф кельтское, индоевропейское. Это три Матры, триада богинь-матерей. Очень популярный культ, распространившийся более двух тысячелетий назад по Центральной Европе, Галлии, Британии…»

«А как связан котел с этими божествами?»

«Не перебивай, Кракен. Ты стал более нетерпеливым с тех пор, как разучился говорить. Эта триада связана с плодородием природы и человека. Имеется в виду в основном женское чадородие. Матры связаны с гении кукуллати^[8], они хранители троицы, которая изображается в виде трех фигур в капюшонах и отвечает за плодородие. Посылаю тебе несколько фотографий».

Я просмотрел фотографии: рельефное изображение трех фигур в капюшонах, неплохо сохранившихся, несмотря на древность. Форма капюшона наводила на мысль о фаллической символике этих хранителей.

«Говоришь, они защищают чадородие… Ты имеешь в виду беременность?»

«Ты меня опередил. Да, они покровительствуют беременным. А что, это тебе о чем-то говорит?»

Я не стал рассказывать Тасио о том, что рядом с котлом находится жертва, беременная мертвая женщина. А в нескольких метрах мы нашли ее куртку с капюшоном. Эта троица крепко засела у меня в голове: два местных жителя-горца, отец и сын, и с ними Аннабель… Интересно, эти двое тоже были в капюшонах?

«Ладно. Ты нашел что-нибудь еще?»

«На данный момент это все. Если ты дашь мне какие-либо подсказки, что именно я должен искать…»

«Думаю, этого более чем достаточно, Тасио. Очень тебе благодарен и невероятно ценю твои знания и готовность помочь».

«Взаимно. Обращайся, если понадобится помощь».

«Договорились. Ты тоже пиши, если еще что-нибудь вспомнишь. А теперь отключаюсь».

«Одна просьба: если расследование увенчается успехом, сообщи в прессе Витории, что я тебе помогал».

«Это уже слишком», — подумал я, забыв об одержимости Тасио Ортиса де Сарате восстановлением своего пострадавшего реноме.

Затем я прочитал сообщение от Германа, которому первому написал, что мы спасены, и все утро младший брат засыпал меня вопросами, здоров ли я.

«Я в порядке, Герман. Дедушка у меня, готовит картошку с чорисо и чичикис. Будет кормить меня на убой».

«Знаю, я сам его об этом просил. Могу я увидеть тебя сегодня вечером после работы?»

«У меня деловая встреча. Увидимся в выходные в Вильяверде, мне нужно будет передохнуть».

Герман не возражал. Он плотно опекал меня с тех пор, как мне выстрелили в голову, но ведь и он пережил свою драму, и виновен в этом был я: Мартина погибла из-за моей нерасторопности, из-за того, что я вовремя не поймал Нанчо, поэтому я всячески потакал его настойчивому желанию контролировать меня, при том что терпеть не мог отчитываться кому-либо о своих приездах и отъездах.

Я помог дедушке накрыть на стол и позволил ему отвлечь меня рассказом о разрушениях, которые буря вызвала в огороде. Вильяверде тоже досталось, хотя это не шло ни в какое сравнение с градом, обрушившимся на туннель.

Тревожно поглядывая на небо, которое по-прежнему грозило дождем, я составил краткий отчет о Кабарсенском котле и его связи с туннелем Сан-Адриан и распечатал его на принтере. Я решил временно отложить свои первые впечатления об убийце или убийцах — прежде следовало выслушать экспертизу и криминалистов и только потом делать выводы; но голова моя была занята исключительно тем, что я видел в Сан-Адриане.