Пение под покровом ночи. Мнимая беспечность - Найо Марш

Чарльз приподнял руку, увидел, что она дрожит, и опустил.

— Да, — сказал он. — Приобрел ее неделю назад. Хотел узнать об опрыскивателях для комнатных растений.

— Боже милостивый! — воскликнул Берни и уставился на Чарльза. В комнате повисла напряженная пауза.

— Именно об этом опрыскивателе? — поинтересовался Аллейн, указывая на баллончик.

— Да. Там приведена формула. Вот я и хотел разобраться.

— Ради бога, Чарльз, — вмешался Уорендер, — какого черта? Неужели нельзя выражаться яснее? — Чарльз промолчал, и полковник обратился к Аллейну: — Он очень беспокоился из-за этой дряни, много раз говорил Мэри. Показывал это…

— Да? — Аллейн резко остановился. — Показывал? Кому именно?

— Да мне, черт побери! Мы оба пытались убедить ее не использовать эту гадость. Давал мне почитать справочник.

— И вы прочли?

— Конечно прочел, — ответил Уорендер. — Ну, там полно всякой научной абракадабры, но в целом понятно, что штука опасная.

— И что вы потом сделали с этой книгой?

— Сделал? Да не знаю. Хотя нет, вспомнил. Я отдал ее Флоренс. Попросил показать Мэри, пусть посмотрит и убедится. Верно, Флоренс?

— Не знаю, — сказала Флоренс. — Ничего такого не припоминаю, сэр. Сами разбирайтесь.

— И все-таки постарайтесь вспомнить, — попросил Аллейн. — Так вы показывали эту книгу миссис Темплтон?

— Кто-кто, только не я. Она бы мне спасибо не сказала. — Флоренс развернулась в кресле и взглянула на старую Нинн. — Ага, теперь вспомнила. Я показала ее миссис Пламтри. Вернее, отдала.

— Итак, Нинн? Что вы сделали с этой книжкой?

Старуха Нинн сверкнула глазами.

— Сунула куда-то. Мне она ни к чему.

— Куда именно?

— Не помню.

— Может, отнесли в кабинет на втором этаже?

— Может, и отнесла. Не помню я.

— Довольно о книге, — сухо произнес Аллейн и обернулся к Уорендеру. — Вы, сэр, недавно сами говорили, что щедро полили духами миссис Темплтон перед началом вечеринки. Без всяких там ужасных последствий. Что вы делали после этого?

— Делал? Да ничего. Вышел из комнаты.

— И оставили мистера и миссис Темплтон наедине?

— Да. Хотя… — Тут он сощурился и кивком указал на Флоренс. — Там вроде бы осталась еще и она.

— Да ничего подобного. Вы уж простите, что пришлось напомнить вам, сэр, — вмешалась Флоренс, — но я вышла сразу следом за вами, поскольку там в моих услугах больше не нуждались.

— Так и было? Вы согласны? — спросил Аллейн Чарльза Темплтона. Тот провел ладонью по глазам.

— Я? О да. Думаю, да.

— Будьте добры, расскажите мне, что произошло потом. Между вами и вашей женой.

— Ну, мы говорили с минуту или две. Недолго.

— О чем именно?

— Я попросил ее не пользоваться этими духами. Этот запах просто бесил меня. — Чарльз покосился на Пинки. — Ты уж прости меня, Пинки, но он мне очень не понравился. Очевидно, мои вкусы безнадежно старомодны.

— Да ничего страшного, Чарльз. Бог мой, — тихо добавила Пинки, — никогда и ни за что на свете не захочу больше почувствовать этот запах!

— И миссис Темплтон согласилась не пользоваться больше этими духами?

— Нет, — ответил Чарльз. — Ничего подобного. Она сочла мои доводы не стоящими внимания.

— О чем-то другом вы еще говорили?

— Ни о чем таком, что бы стоило упоминать здесь.

— И это окончательный ваш ответ?

— Окончательный.

— Может, это относилось к мистеру Дейкерсу и полковнику Уорендеру?

— Черт побери! — взорвался Уорендер. — Он же сказал, что не желает обсуждать это с вами.

— К ним это не относилось, — сказал Чарльз.

— Куда вы направились после этого разговора?

— Я спустился вниз в свой кабинет. Примерно в то же время зашел Ричард. Он стал говорить по телефону. И мы оставались там до прибытия первых гостей.

— А вы, полковник Уорендер? Где вы находились в это время? Куда направились, выйдя от мисс Беллами?

— Я? Я был в гостиной. Потом вошла она… Мэри. Сказала, что надо переставить столы. Ну Грейсфилд и еще один парень пошли переставлять, а мы с ней посидели и выпили по рюмочке.

— Она пришла в себя, как вам показалось?

— Нервничала. Была, как говорится, на грани.

— Почему?

— Такой уж утомительный выдался день.

— Но, может, была какая-то конкретная причина?

Полковник покосился на Ричарда.

— Нет, — ответил он. — Ничего такого.

Вернулся Фокс.

— Мистер Марчант будет минут через пятнадцать, сэр, — доложил он.

Пинки, Берти и Таймон Гэнтри начали выказывать признаки беспокойства.

— Хорошо. — Аллейн поднялся, обошел стол и подобрал скомканный листок бумаги, брошенный Ричардом. — Я вынужден попросить полковника Уорендера и мистера Ричарда перемолвиться со мной парой слов наедине. Можем пройти в кабинет.

Оба одновременно и резко поднялись со своих мест и проследовали за ним с напряженно выпрямленными спинами.

Он пропустил их в кабинет и обернулся к Фоксу, который тоже вышел в холл.

— Думаю прибегнуть к этому единственному возможному решению, Фокс. Надо немедленно отправить все эти флакончики на анализ. Скажи, что дело крайне срочное и важное, и мы ищем следы яда для вредителей растений во флаконе с пульверизатором. Полагаю, следы все же найдутся, пусть и мизерные. Результаты нужны как можно быстрее. Потом вернешься сюда. Увидимся позже.

В кабинете Чарльза Темплтона, обставленном уютно и с безупречным вкусом, Аллейна ждали Уорендер и Ричард Дейкерс. Они избегали смотреть друг на друга.

Аллейн сказал:

— Я пригласил вас сюда, чтобы поговорить без свидетелей. Хочу либо подтвердить, либо опровергнуть вывод, который извлек из истории этого дела при нынешнем положении вещей. Это вовсе не означает, что я останусь при своем мнении до конца. Если я ошибаюсь, кто-то из вас или вы оба можете сбить меня с ног или же ударить по лицу, ну или прибегнуть к любому другому жесту, выражающему недовольство. Впрочем, пытаться не советую.

Они смотрели на него в немом изумлении.

— Итак, начнем, — сказал Аллейн. — Моя идея основывается на истории этого письма, и, поскольку вы вроде бы приняли мой выпад, сводится к следующему. — Он разгладил скомканный листок бумаги. — Кстати, все четко совпадает с отпечатком, оставшимся на промокательной бумаге. — Он взглянул на Ричарда. — Оригинал, мне кажется, написали вы, когда в последний раз вернулись в дом, и адресовано письмо было миссис Темплтон. Я собираюсь прочесть вслух копию. Если где-то ошибусь, надеюсь, вы меня поправите.